Примерно год назад компания Red Hat открыла офис в России, а недавно заключила дистрибьюторское соглашение с фирмой “Аксофт”. Планируется значительное расширение российского офиса и партнерской сети. Чем вызван такой интерес к нашей стране?

По cловам Фила Эндрюса, вице-президента Red Hat по Северной и Восточной Европе, с одной стороны, российский рынок ПО невелик, так как в среднем его вклад в доход любой крупной софтверной компании не превышает 1—1,5%, но, с другой стороны, в России сложилась благоприятная ситуация для продвижения свободного ПО: “Имеется большая инсталлированная база Unix, происходит переход телекоммуникационных и государственных ИТ-инфраструктур на веб-технологии, предприятия сокращают ИТ-бюджеты, но требует от ИТ-подразделений больше отдачи. Поэтому мы решили инвестировать в Россию, хотя это — не самая дешевая страна для развития бизнеса”.

Сейчас деятельность Red Hat в России проходит стадию становления. “В течение ближайших двух лет мы будем фокусироваться на трех областях: расширять сеть по продвижению продуктов, устанавливать тесные партнерские отношения с системными интеграторами и привлекать независимых поставщиков ПО к нашей платформе”, — сказал Фил Эндрюс.

Уже есть первые результаты. По словам Сергея Бугрина, главы представительства Red Hat в России и СНГ, в этом финансовом году ожидается увеличение дохода на 75—100%, такой же темп запланирован и на ближайшие годы. При этом он подчеркнул, что это — рост не с нуля, так как компания работает в нашей стране уже семь лет, но раньше действовала не напрямую. “Для полного развертывания деятельности в стране нужно три-пять лет. Например, в Великобритании за четыре года наш бизнес вырос втрое. Думаю, что в России будет примерно то же самое”, — выразил надежду Фил Эндрюс.

Сейчас в российском представительстве работает пять человек, но в течение года планируется нанять еще 13 сотрудников по продажам и маркетингу, 10 специалистов по поддержке заказчиков и двух человек для управления заказами. “Регион Восточной Европы является для нас ключевым с точки зрения инвестиций”, — пояснил Фил Эндрюс.

Что касается бизнеса Red Hat в мире, то он стабильно растет. Так, на 2012 финансовый год запланирован доход 1,13 млрд. долл. (в прошлом году — 909 млн. долл.). Наибольший вклад в оборот вносит Америка (58%), далее следуют регионы EMEA (25%) и APAC (17%). При этом компания зарабатывает только на подписках на техподдержку, так как само ПО — бесплатное. Продукты Red Hat применяются в самых разных отраслях, но наиболее перспективными являются финансовый, телекоммуникационный и государственный сектора.

Хотя Red Hat существует уже 20 лет, стремительный рост начался шесть-семь лет назад. Фил Эндрюс объяснил это рядом причин. Во-первых, качество открытого ПО выросло, заказчики стали доверять этой технологии свои ответственные задания. Во-вторых, люди убедились, что самостоятельно внедрять и поддерживать СПО сложно и лучше передать это на аутсорсинг другим компаниям, таким как Red Hat. “У нас этим занимается 2500 специалистов, на это мы тратим порядка 250 млн. долл. в год”, — сказал Фил Эндрюс. В-третьих, Red Hat несколько лет назад занялась диверсификацией бизнеса и превратилась из поставщика Linux в компанию, продвигающую целый ряд продуктов для ИТ-инфраструктуры, включая связующее ПО JBoss, средства виртуализации RHEV, системы хранения данных и пакеты для облачных вычислений.

Все эти продукты компания продвигает и в России, но с фокусом на Linux, средства виртуализации и облачные решения. Как и в других странах, продажами занимаются только партнеры. “Одна из наших приоритетных задач — расширять территориальный охват. Это был решающий критерий при выборе дистрибьютора”, — объяснил Сергей Бугрин и добавил, что по плану у компании будет два дистрибьютора.

“У нас 31 региональное представительство, больше половины за Уралом. Это обеспечивает присутствие в регионах, — рассказал Михаил Прибочий, генеральный директор “Аксофт”, — В нашем портфеле продукты свыше тысячи вендоров, порядка тридцати из них мы считаем ключевыми и сотрудничаем с ними как VAD-дистрибьютор, помогая партнерам в работе с конкретными заказчиками, в предпродажном обслуживании и в обучении. План на стартовый период мы выполнили и даже перевыполнили — за три месяца мы сделали половину оборота Red Hat в России за весь предыдущий год”.

Михаил Прибочий отметил, что по темпам роста российский рынок СПО опережает мировой, и в качестве доказательства привел оценки независимых аналитиков. По данным компании Gartner, мировой рынок СПО в среднем ежегодно растет на 18% и в результате увеличился с 4 млрд. долл. в 2010-м до 6 млрд. долл. в 2012. В России темп роста выше — 30% в год, а объем — 150 млн. долл. в 2012-м и, по прогнозу, 200 млрд. долл. в 2013-м.

По его словам, у нас СПО уже используют 25 министерств и федеральных госорганизаций, 21 регион России принимает и обрабатывает федеральные сведения в среде СПО, а порядка 100 тыс. российских школ оснащены Linux.

Но у нашего рынка СПО есть свои особенности. “К сожалению, крупные заказчики пока покупают лишь немного подписок, поэтому сейчас наш фокус направлен на реализацию действительно больших проектов, которые уже на подходе”, — сказал Сергей Бугрин.

Однако Фил Эндрюс считает, что это — не национальная особенность, а типичная картина: “Когда мы выходим на рынок в какой-либо стране, то на первом этапе продвигаем Linux в качестве замены Unix на x86-серверах. Но обычно заказчики не выбрасывают все сразу, а сначала покупают несколько подписок, и лишь убедившись в сокращении затрат и получив опыт, увеличивают число Linux-серверов и внедряют другие наши продукты. Тогда начинается быстрый рост. Так, на Западе в некоторых банках установлено 30—40 тыс. Linux-серверов”.

По словам Фила Эндрюса, в России тоже уже есть внедрения в банках, а на подходе проекты с нефтехимической и транспортной отраслями. Для продвижения продуктов Red Hat сейчас проводит их сертификацию по стандартам ФСТЭК.

Что касается госсектора, то там тоже намечаются проекты, но, по мнению Сергея Бугрина, они важны, скорее, для повышения известности и узнаваемости компании: “Мы считаем, что помимо госсектора есть и другие перспективные отрасли — финансовая, телекоммуникационная. Там люди считают деньги и реализуют серьезные проекты”.

В ближайших планах компании расширение сотрудничества с ассоциацией РАСПО и университетами. Что касается создания центра разработки, то пока таких планов нет. В Восточной Европе уже есть подобный центр в Чехии, в котором работает 500 человек.

Версия для печати (без изображений)