Что думают об импортозамещении российские производители ИТ? Чтобы выяснить это, мы обратились к вице-президенту по коммерческой деятельности компании «Аквариус» Владимиру Пискунову.

PC Week: «Аквариус» — один из немногих оставшихся на нашем рынке российских производителей аппаратного обеспечения ИТ. Как вы относитесь к проблеме импортозамещения? Что вы понимаете под этим термином? Каким оно должно быть?

Владимир Пискунов: В России исторически всё развивалось сверху, от государства. То, чему государство отдавало приоритет, всегда шло хорошо. И российский рынок ментально по-прежнему так и развивается. Государство как было у нас основным заказчиком, так и остается. Оборонка, специальное оборудование для государственных нужд... Все лучшие отечественные технологии создавались под конкретные задачи и являются, по сути, «индивидуальным пошивом». И этот «индпошив» классный, зачастую лучше западных аналогов. А вот в потребительской продукции мы всегда отставали. Массовому потребителю в период отсутствия импорта доставалась малая толика от государственных разработок в рамках процессов конверсии.

Когда в 1990-х барьеры перед Западом были сняты, международные компании заполнили российский рынок массовой ИТ-продукции. Причем спрос был настолько велик, что рынка хватило и на поставки из-за рубежа, и на продукцию, собранную в России. Собственно в это время и появились российские сборщики, в том числе и «Аквариус», которые, по сути тогда и начали процесс импортозамещения, выраженный в замещении импортного труда на свой, отечественный. По мере развития и накопления опыта начался процесс адаптации зарубежного «железа» и разнообразного софта под задачи отечественных заказчиков. Так начала выкристаллизовываться отечественная интеграция, внедрение, консалтинг, сервис и техподдержка. На мой взгляд, импортозамещение в области услуг было и остается, возможно, единственным естественным способом развития российских информационных технологий.

Когда говорят, что надо провести импортозамещение «железа» и софта, то задача на первый взгляд логично выглядит, но есть нюансы. Примитивный подход не сработает, так как очень серьезно зависит от сегмента рынка. Государство — одна история, массовый консьюмерский рынок — другая. На одном теоретически возможно, хотя бы частично в далекой перспективе, на другом — вряд ли.

Я считаю, что главное в теме импортозамещения совсем другое, нежели разговоры о попытках сделать что-то похожее на импортное. Предположим, что у нас появилось всё свое, абсолютно все: и железо, и ПО, провели полное импортозамещение. Дальше что мы будем с этим всем делать? Через три месяца, максимум через полгода, всё это уже технически устареет, а через год и морально.

На мой взгляд, надо стремиться не «железки» и софт, и даже не технологии импортозамещать, а выращивать свои «мозги», компетенции и экспертизы, которые позволят развивать в дальнейшем российскую ИТ-индустрию самостоятельно и по направлению создания «железа» с софтом, и в направлении различных услуг.

В тучные времена все привыкли брать готовое, настраивать и перепродавать, не занимаясь продвижением собственных идей по развитию компьютерных систем. Сейчас ситуация изменилась, и стало понятно, что проблема не в «железе» и софте, которые можно приобрести в другом месте, или частично сделать здесь, а в том, что технологии надо уметь самостоятельно поддерживать и развивать.

Меня расстраивает, что Россия, родина Кулибиных, талантливых изобретателей, не может создать хорошие условия для их жизни и работы здесь, и их идеи продолжают утекать на Запад. Нам надо делать все, чтобы их интеллектуальная собственность, их идеи и решения оставались российскими. А ведь это и есть настоящее импортозамещение с одной стороны, и реальные предложения на экспорт — с другой.

PC Week: То есть вы считаете, что импортозамещение проходит не так? Что нужно не менять западные ИТ-системы на китайские, а выращивать своих специалистов, способных создать их?

В. П.: Абсолютно точно. Замена американских продуктов на китайские вопрос импортозамещения не решит. А на создание собственных производств всего спектра ИТ не хватит никаких, даже фантастических ресурсов. Экономической выгоды в этом никакой нет, а политика — дама капризная и переменчивая.

Но если мы поддержим процессы инвестирования в инновационные центры, вузы, академическую науку, в поддержку талантов — это будет реальным шагом в процессе импортозамещения. Он очень долгий, как и процесс выращивания кадров. Отрадно, что он продекларирован, начат и идет. В том числе и у нас.

«Аквариус» сейчас занимается производственными услугами по интеграции компонентов или готовых изделий. Это то же самое, что сборка машины из разных частей. Российская сборка иномарок. Это первый этап импортозамещения, когда есть возможность и поучиться и поучаствовать в изменении имплантируемых технологий. Я считаю, что локализация и производственные кооперации с мировыми ИТ-лидерами обеспечивают хорошую базу этому процессу. Фактически мы, при поддержке зарубежных и российских компаний, перенимая их опыт и знания, осваивая технологии, можем в дальнейшем их развивать уже самостоятельно. Еще раз отмечу — это колоссальный плюс локализации. Не в том, что сейчас можем произвести, а в том, что обладая знаниями и кадрами, которые могут это сделать, мы получим возможность все это дальше развивать.

PC Week: А как у нас обстоят дела с защитой интеллектуальной собственности? Заинтересованы ли люди в том, чтобы все это развивать? Есть ли смыcл оформлять патенты?

В. П.: Очень важна юридическая поддержка изобретателей. В этом состоит одна из особенностей нашего менталитета: изобретений много, но их никто не оформляет, не защищает патентами. На мой взгляд, оформлять патент имеет смысл в любой ситуации. С точки зрения защиты авторских прав дела у нас обстоят плохо. Но оформлять все равно надо.

В СССР это было поставлено государством на поток. Я, будучи когда-то молодым специалистом, приходил к руководству и говорил, что у меня есть идея. Мне давали патентоведа, который помогал мне эту идею оформлять и всё документировал. С меня же требовалась только идея. Не зря японцы претендовали даже на отказные авторские свидетельства СССР. Это была уникальная культура изобретений и рационализации, система сбора новых технологий по крупицам. А теперь эта система порушена. Кто сейчас у нас оформляет идеи? Никто.

Даже из кубиков «лего» можно сложить что-то уникальное. Например, нечто умеющее ходить. И это будет не просто сумма кубиков, а еще и интеллектуальная составляющая. Вот ее-то как раз и надо защищать патентом.

Специалисты спорят о том, по какому критерию определять, российский продукт или нет. На мой взгляд, российское — это то, что нам принадлежит на правах интеллектуальной собственности.

Например, разработали у нас ракетный двигатель. Неважно теперь, где он выпущен, — в Китае, в США или во Франции. Он российский. И все его так называют. И никто не переживает, что там 80% металла и рабочие руки не из России.

PC Week: А как сейчас идет процесс импортозамещения в стране? Вообще-то он идет или только декларируется? Есть что-то реальное?

В. П.: Процесс импортозамещения несомненно идет. Но не так быстро, как хотелось бы. Хотя бы по банальной причине кризиса и отсутствия денег. Впрочем, я не считаю, что государство должно всё финансировать. Это неправильно. Компании тоже должны участвовать. Вкладывать в себя, в свои ресурсы, в собственные инновации.

Но и компаниям сейчас трудно. Любой бизнес получает деньги от своих проектов, от продаж своей техники, своих рук и мозгов. С рынка. А на рынке им приходится конкурировать с глобальными международными компаниями. Это очень сложно. Не из-за того, что российские компании хуже. Просто финансовые возможности глобальных компаний неизмеримо выше, в том числе из-за размеров их рынка. Ведь российские компании работают на локальном рынке, который составляет, наверное, не больше 2% от мирового.

Заказчику все равно — российский поставщик или зарубежный. Бизнес есть бизнес. Ему надо решить свою задачу и сделать это максимально эффективно. Когда государство, понимая это, начинает давать преференции российским производителям, это позволяет им получить дополнительные средства, которые компании смогут вкладывать в свое развитие. Это и есть новые технологии, и мозги, и экспертиза, и разработка новой техники, импортозамещение.

Важная часть рынка ИТ — отрасль, связанная с защитой интересов государства, в первую очередь обороноспособность страны. Там мы всегда старались обеспечивать себя сами, но с некоторых пор начали мигрировать на импорт. Сейчас, слава Богу, опять пришло понимание, что всё надо делать свое, независимое. Истории с бэкдорами, потерей управляемости, потерей поддержки заставляют думать и действовать. Отсюда и ГЛОНАСС, и спецоборудование, и свои процессоры вроде «Эльбруса». Процесс идет.

PC Week: Вы считаете, что импортозамещение в ИТ нужно проводить сразу по всем направлениям — услуги, ПО и железо? Заменить всё?

В. П.: В идеале да. Но исторически процесс импортозамещения идет со стороны рынка услуг. Получив заказ от государства, мы через услуги начинаем приспосабливать к его требованиям ПО и железо и на выходе получаем уникальное ИТ-решение.

На Западе государство приспосабливается к тому, что есть на консьюмерском рынке. Все идет от бизнеса. Государство говорит — есть смартфоны. Сделайте так, чтобы мои сотрудники могли управлять через них бизнес-процессами. И появляется облако, удаленные доступы, шифрование каналов.

У нас не так. Государство говорит — сделайте мне защищенное облако. Сделали. А теперь давайте подумаем, кто в нем может работать. А сделайте мне так, чтобы там могли жить смартфоны сотрудников. То есть идеология совершенно обратная. И поменять ее в России — это из области фантастики. Надо просто воспринимать ее как данность и это поможет ставить правильные задачи.

PC Week: Некоторые считают, что все ограничивается декларациями. Что реального импортозамещения нет. Что вы думаете об этом?

В. П.: Государство выдало сигнал чиновникам и близким государству организациям: нужно импортозамещение. И процесс пошел. Но он не быстрый. Мгновенно это сделать невозможно. У заказчиков уже есть отстроенные ИТ-инфраструктуры. Предприятия могут перейти на российские продукты, когда они есть в наличии и нормально работают. А по многим направлениям у нас до сих пор ничего на замену нет.

Сейчас говорить о результатах еще рано, прошло слишком мало времени. Какие-то оценки можно будет давать лет через пять. В госструктурах полгода уходит только на рассмотрение проекта. Как минимум полгода — на внедрение. Причем проекта небольшого, не глобального.

Так что процесс идет, но по объективным причинам идет медленно.

PC Week: Я двадцать лет работал в ИТ-службах банков. За это время у меня не сломался ни один коммутатор известной американской фирмы. После принятия закона о защите персональных данных мы провели частичное импортозамещение и купили четыре отечественных криптошлюза. Два из них сгорели в течение года. Как повысить качество продукции российских компаний?

В. П.: Всё должен регулировать рынок. Если я не занимаюсь развитием собственного производства, улучшением качества компонентов, тестированием продукции — я просто умру на рынке, перестану существовать.

Если компания не вкладывается в повышение надежности своего оборудования, она будет вытеснена конкурентами с рынка. В том числе и российскими конкурентами. Рекомендация приобретать отечественное — это лишь рекомендация, аванс производителю в определенном смысле. Дальше все в его руках. Почивать на лаврах не удастся.

PC Week: Как стимулировать наши компании, чтобы они использовали российские разработки?

В. П.: Среди заказчиков всегда найдутся те, кто пробует новое, и те, кто ждет до последнего, когда появится некий пул отзывов и будет понятно, как оно все работает. Инноваторы и консерваторы. Так что теперь, когда появилась политическая установка государства на импортозамещение, пробовать российские разработки обязательно будут. Дальше российским компаниям придется соответствовать реальным требованиям рынка.

PC Week: Нужны ли гранты на поддержку российского производителя ИТ?

В. П.: Нам гранты государство не дает. И я считаю, что это правильно. Государство должно финансировать не коммерческие компании, а идеи, чтобы стимулировать развитие «мозгов» в стране, поддерживать академическую науку. Будет коммерческая отдача или нет — неизвестно, но именно это должно поощрять и развивать государство.

Ответственные коммерческие структуры должны быть соинвесторами подобной деятельности. Например, «Аквариус» ведет совместные разработки с вузами. И это не бизнес-проекты. У нас есть коммерческий интерес получить уже подготовленных студентов, умеющих с нами работать, но в целом — это инвестиции именно в академическую науку, в мозги и идеи. И мы не знаем, дадут ли эти инвестиции бизнес-отдачу, но с точки зрения полезности подготовленных кадров результат, несомненно, будет.

По бизнес-идеям должна быть государственная поддержка венчурных фондов, желательно российских.

PC Week: Но всё же реальные деньги государство выделяет?

В. П.: С точки зрения грантов — государство действует. Пусть дает их не столько, сколько хотелось бы. Схема взаимодействия с коммерческими организациями тоже есть. Государство дает вузу грант на разработку с перспективой получить отдачу после внедрения результатов в коммерческой структуре. И дает коммерческой фирме льготный налоговый период для ее внедрения. Или создаются стартапы, которые освобождаются от налогового бремени. Это нормальный процесс государственной поддержки.

PC Week: А нужна ли законодательная поддержка российского производителя?

В. П.: Я против того, чтобы государство ставило законодательные барьеры для бизнеса. Это неэффективно. Как минимум полгода нужно для принятия закона. И еще полгода, чтобы он начал действовать. А наш рынок очень динамичный. Три месяца прошло — и всё поменялось. Я уже жить по-другому начал. А закон, который уже устарел, только вступил в силу.

И еще высока вероятность ошибки. Сколько в Госдуме чиновников, разбирающихся в ИТ? Немного. И людей от бизнеса там мало. Государство должно регулировать, а не ставить барьеры.

PC Week: Вы отметили важность учебы, перенятия передового опыта у лучших иностранных компаний. А как сейчас, в условиях санкций и политики импортозамещения, выглядят взаимоотношения с западными вендорами?

В. П.: Взаимодействие стало даже лучше. Если компания хочет остаться на нашем рынке, она понимает, что работать здесь без кооперации с российскими партнерами не получится.

С другой стороны, мы видим укрупнение бизнеса в области ИТ в России. Мелкие игроки пропадают, разоряются, поглощаются крупными российскими компаниями. Это укрупнение приводит к диалогу «на равных»., что тоже отрадно для западных компаний.

Нет ничего плохого в том, чтобы международным вендорам поделиться с российскими компаниями технологиями. Они идеями не делятся, а технологиями — пожалуйста. Они понимают, что технология — это не всё. Нужна элементная база, инфраструктура, техподдержка. Нужна экосистема. Смотрите. Вы работаете не на весь мир, а на локальный рынок. Вам нужно не миллион изделий, а, грубо говоря, два. А затратить при его разработке нужно столько же, сколько на весь мир. И затея становится бессмысленной.

Так что если глобальные компании видят интерес к себе, то с ними выстраивается нормальное взаимодействие. На уровне глубокой техподдержки, на уровне разрешений. Что-то открывают, что-то нет. Но свою интеллектуальную собственность не отдают никогда. Идеи — не отдают!

PC Week: А как конкретно вы конкурируете с глобальными компаниями, у которых есть мировой рынок?

В. П.: Мы предлагаем широкую линейку аппаратных средств — серверы, различные системы хранения данных, настольные и офисные ПК, рабочие станции, ноутбуки... Всё это собрано здесь и обладает нашей гарантийной и сервисной техподдержкой. Можно взять западную технику с их поддержкой, а можно взять технику, которая по качеству не хуже, но с нашей поддержкой.

Мы находимся здесь и умеем подстраивать железо под функциональные задачи заказчика. Приходит заказчик и говорит, что ему не хватает какой-то мелочи. Сможете сделать? Наши, скорее всего, сделают. А глобальный вендор этим точно заниматься не будет. Для них это не характерный бизнес. Максимум, если этим займется сам интегратор.

Второе — местная техподдержка. Партнеры и заказчики мне могут прямо в глаза сказать всё, что о нашей продукции думают. И мы будем решать проблемы. А попробуйте что-нибудь сказать по поводу своих проблем международным вендорам. Вас, ничего не поняв, выслушает девушка в call-центре. В лучшем случае отправят в сервисный центр. И это всё.

Заказчику нужен определенный комплекс. Мы берем наиболее подходящую продукцию разных вендоров, добавляем свое железо, свой софт, свою поддержку. И кто из западных компаний эту задачу решит? Уже не говоря о том, что каждый вендор будет проталкивать не наиболее оптимальную для требований конкретного заказчика продукцию, а свою. И всё это отлично понимает наш заказчик. Вот наш путь. А не просто копирование западного железа.

PC Week: Но есть пример китайской компании Huawei. Которая сначала просто копировала Cisco, а теперь стала самостоятельно разрабатывать свои маршрутизаторы и даже вышла на глобальный рынок. По сути с господдержкой, проведя свое внутрикитайское импортозамещение. Можно ли нам пойти таким путем? Сделать из «Аквариуса» российский Huawei?

В. П.: Если государство во главу угла ставит только задачу обеспечения себя за счет внутренних ресурсов, надо понимать, что это абсолютно затратный проект. Он реализуемый, но не коммерческий.

Другой подход — когда политика направлена на то, чтобы сделать российский бренд мировым и государство готово вкладывать в раскрутку бренда, понимая, что миллион изделий, проданных в мире, начнет приносить прибыль. Тогда обычный государственный затратный проект становится государственным инвестиционным проектом.

Но я далек от мысли, что наше государство сейчас способно финансировать коммерческий мировой проект. Мне кажется это невозможным. А некоммерческие проекты по импортозамещению постоянно будут затратными и просто лягут бременем на бюджет страны.

PC Week: Но есть еще рынок ИТ для оборонной промышленности...

В. П.: Да, но там решается другая задача. Это чисто затратный проект, хотя здесь всё оправданно. Так как стоит вопрос обеспечения безопасности и независимости страны.

PC Week: Как решается проблема импортозамещения в ИБ? Используются ли наработки заказов оборонной промышленности?

В. П.: Любая тема защиты информации изначально связана с госзаказом и оборонкой. Поскольку государство — наш основной заказчик, мы не могли не учитывать вопросы ИБ. И многие наши инвестиции, типа разработок систем Аквариус «Бастион», были направлены на то, чтобы «закрыть» эту область. Когда вышел закон «О персональных данных», который обязал защищать персональные данные любые организации, работающие с ними, то для нас появился выход и на коммерческие рынки.

Сложился большой слой кооперации по разработке таких систем. Они не всегда фигурируют под маркой «Аквариус». Есть и наши разработки, и есть разработки, где мы выступаем технологическим или производственным партнером. Мы сейчас считаемся одним из лидеров в области информационной безопасности.

PC Week: Вкратце — каков ваш путь импортозамещения?

В. П.: Мы на протяжении всей нашей истории проводим его в рамках коммерческой деятельности. Выращивание специалистов, накопление знаний, экспертиз... Всё это в дальнейшем позволит нам разрабатывать и поставлять то, что можно будет по праву считать 100% российским.

PC Week: Спасибо за беседу.

Версия для печати (без изображений)