«Когда-то SAP считалась ERP-компанией. Сегодня это уже не так», — заявил в начале своего выступления на очередной конференции SAP TechEd, прошедшей в середине ноября в Барселоне, президент SAP по направлению SAP Platform Solutions Стив Лукас. Причиной такой серьезной метаморфозы была названа продолжающаяся цифровизация всей нашей жизни, охватившая и быт, и бизнес. Ее основные приметы: гиперподключенность людей и устройств к Сети, наличие огромных вычислительных ресурсов, рост популярности облачных сервисов и бурное развитие Интернета вещей (IoT). А новому цифровому миру нужна и новая платформа, которую докладчик назвал Digital Core. Представленный в качестве иллюстрации слайд ясно дает понять, что сердцем такой платформы должна стать HANA, выступающая не только в роли in-memory СУБД, но и в качестве поставщика прикладных, интеграционных и вычислительных сервисов.

В какой-то мере эта стратегия напоминает ту, что в свое время была реализована Oracle, поставившей себе цель превратиться из разработчика популярной СУБД в поставщика полноценной программной платформы. Любопытно, что и весь полемический запал доклада Стива Лукаса был направлен в сторону именно Oracle. Справедливости ради следует сказать, что и глава Oracle Ларри Эллисон на недавней конференции OpenWorld в качестве своеобразной «боксерской груши» также использовал в основном SAP. Среди обычных в такой полемике маркетинговых заявлений было одно, заслуживающее особого внимания.

Недавно стало известно о достаточно сенсационном результате тестов, поставивших под сомнение прокламируемые SAP достоинства HANA. Напомним, Oracle обнародовала результаты стандартного теста SAP Business Warehouse Enhanced Mixed Workload (BW-EML), оценивающего производительность СУБД в аналитических задачах, выполняемых на базе хранилища SAP BW. Тест, проводившийся на in-memory опции Oracle DB 12c, показал что она чуть ли не вдвое производительнее, чем SAP HANA при использовании одинаковых по числу Intel-процессоров и объему оперативной памяти серверных конфигураций. Лично у меня удивление тогда вызывало полное отсутствие комментариев со стороны SAP. По-видимому не только у меня. И вот в своем выступлении Стив Лукас с торжествующей улыбкой сообщил, что результаты Oracle не признаны соответствующим международным комитетом.

Не признаны из-за того, что в ходе тестирования Oracle нарушила ряд условий проведения тестов BW-EML. Условий, сформулированных SAP, а не международным комитетом, который выступает только в роли независимого арбитра. В частности, Стив Лукас упомянул использование в тестах Oracle заранее сформированных материализованных представлений и агрегатов, которые позволяют в обход спецификаций BW-EML существенно повысить производительность. Как дополнительно разъяснил мне вице-президент SAP по направлению Platform as a Service Пракаш Дарьи, были там и другие нарушения: тесты проводились на версии программно-аппаратной платформы Exadata, отсутствующей в коммерческой продаже, в них были отключены функции ведения журнала логов, который необходим для обеспечения отказоустойчивости.

Следует подчеркнуть, что вопрос с результатами стандартных тестов имел бы частный характер, если бы речь шла просто об одном из продуктов компании. Но когда этот продукт составляет основу платформы, на которую SAP делает сегодня стратегическую ставку, любые сомнения в ее превосходстве над конкурентами для SAP категорически неприемлемы. Ведь сегодня нужно убедить клиентов в целесообразности перехода с прежних традиционных версий ERP-системы SAP Business Suite, базирующихся на дисковых СУБД, на продукт нового поколения S/4HANA, в полной мере использующий все преимущества технологии in-memory. А преимущества эти, как считают в SAP, дают возможность не только повысить производительность бизнес-приложения и ускорить ключевые бизнес-процессы, но и существенно упростить ИТ-инфраструктуру предприятия. В частности, из-за того что и транзакционные, и аналитические задачи используют один источник данных, снижаются требования к размерам систем хранения, проще решается проблема целостности корпоративных данных и т. д. Отказ от множества дополнительных таблиц, агрегатов и индексов приводит к уменьшению общего объема данных, контролируемых ERP-системой, в 10 раз.

Стив Лукас отметил быстрый рост продаж S/4HANA, начиная с февраля, когда был выпущен первый модуль данного продукта — Simple Finance, его купили уже более 1300 предприятий. Результат конечно внушительный, но он выглядит скромно на фоне имеющейся у SAP клиентской базы, в которую входит более 300 тыс. компаний. В России лицензии на S/4HANA приобрели уже 37 организаций, причем наиболее активны здесь нефтегазовая и металлургическая отрасли (по семь предприятий), а также машиностроение (пять).

Напомним, что продукт S/4HANA построен по модульному принципу, и сегодня доступен только один модуль — Simple Finance (управление финансами), а второй — Simple Logistics (управление логистикой) планируется выпустить до конца нынешнего года. В эти же сроки SAP обещает обнародовать дорожную карту выпуска других модулей, в том числе для управления продажами, услугами, маркетингом, закупками, производством, цепочками поставок, активами и людскими ресурсами. Предстоит также перенос на HANA купленных в последние годы облачных продуктов и сервисов для организации закупок (Ariba), управления персоналом (Fieldglass и SuccessFactors), учета командировочных и служебных расходов (Concur).

Отдельное направление развития Digital Core — использование платформы HANA независимыми разработчиками для создания как дополнений и расширений базовых бизнес-приложений SAP, так и ПО, никак не связанного с продуктами SAP. Любопытный пример такого ПО, где преимущества HANA проявляются особенно заметно, представил директор по технологиям подразделения SAP Global Customer Operations Ирфан Хан. Речь идет о системах биржевого алгоритмического трейдинга, которые способны автоматически осуществлять покупки и продажи акций в ответ на те или иные события с миллисекундными задержками. Решения о купле/продаже принимаются на основе некой математической модели, учитывающей множество факторов, а также предысторию торгов. Здесь важны как скорость анализа математической модели, так и глубина исторического массива данных, доступного для размещения целиком в оперативной памяти (и то и другое обеспечивается технологией in-memory).

Сегодня HANA Platform доступна для разработки и развертывания приложений как в онпремисном, так и в облачном варианте. В ней получила дальнейшее развитие появившаяся в прошлом году в HANA технология динамического многоуровневого хранения (data tiering), давшая возможность загружать в оперативную память только часто используемые данные и держать остальные в дисковой подсистеме. Теперь, наряду с «теплыми» данными с диска, HANA может использовать для анализа огромные объемы структурированной и неструктурированной информации, хранящейся в распределенной системе Hadoop. Это делается благодаря интеграции HANA с системой HANA Vora, функционирующей поверх открытого ПО Apache Spark и существенно повышающей скорость обработки бизнес-запросов (от 10 до 100 раз). Она позволяет, в частности, переносить отдельные объекты Big Data с дисков в оперативную память узлов Hadoop-кластера, что существенно ускоряет операции MapReduce, предшествующие анализу данных в HANA. Как пояснил Пракаш Дарьи, при наличии на каждом серверном узле Hadoop-кластера 100-200 Гб ОЗУ, предварительная распределенная обработка больших данных in-memory помогает существенно ускорить аналитические процедуры.

В контексте актуальной для России проблемы импортозамещения мне хотелось, пользуясь присутствием на SAP TechEd, прояснить ситуацию с недавней сертификацией SAP HANA на платформе IBM Power (это первый программно-аппаратный комплекс HANA, базирующийся не на архитектуре x86). С учетом того, что IBM передала все спецификации платформы Power открытому консорциуму OpenPower, это открывает отечественным производителям, вступившим в OpenPower (таким как «Технопром», «Рикор» или Yadro), определенные возможности для выпуска защищенных программно-аппаратных комплексов HANA, свободных от санкционных ограничений (возможно, даже используя собственный дизайн процессоров Power).

Но можно ли их будет сертифицировать в SAP наравне с «родными» IBM Power Systems? Вот как ответил на этот вопрос Пракаш Дарьи: «У нас есть программа сертификации Tailored Data Center Integration. Если наш партнер или заказчик представит какую-то конкретную программно-аппаратную конфигурацию HANA, она в рамках программы TDI вполне может быть сертифицирована. То же самое относится и к сертификации систем на Power, созданных членами альянса OpenPower, даже если они построены не на оригинальных процессорах, а на клонах, спроектированных участниками этого альянса».

Еще один важный вопрос: могут ли отечественные программисты протестировать свои HANA-приложения на платформе Power, не покупая дорогостоящее железо, а развернув тестовые приложения в публичном облаке? По словам Пракаша Дарьи, пока что подобные сервисы на Power не представлены ни в облаке самой SAP, ни в облаке Amazon, ни в облаке IBM. «Однако любой наш партнер, если он почувствует спрос со стороны клиентов, может реализовать облачный HANA-сервис на платформе Power в собственном дата-центре, — добавил Пракаш Дарьи. — Единственное ограничение: он не сможет продавать его под брендом SAP HANA Cloud Platform или SAP HANA Enterprise Cloud. Поэтому, если у российских заказчиков возникнет потребность облачном варианте платформы HANA на системах Power, эта потребность может быть удовлетворена одним из российских партнеров SAP».

Версия для печати (без изображений)