В этом году исполняется десять лет активного присутствия EMC на рынке средств управления корпоративным контентом (ECM). В 2003 г. эта корпорация, известная до того лишь своими аппаратными устройствами хранения данных, сделала ряд серьезных приобретений, в основном сотфверных компаний, купив в том числе в декабре 2003-го одного из лидеров ECM-рынка компанию Documentum. (Через пару лет этому примеру последовали и некоторые другие ИТ-гиганты, в результате чего к 2007 г. группа ECM-лидеров состояла в основном из платформенных мегавендоров, поглотивших ведущих специализированных поставщиков.)

В течение многих лет платформа Documentum ассоциировалась в России с понятием “западные ECM-вендоры”: именно создание в 2000 г. отечественной компании “Документум Сервисиз” положило начало качественно новому этапу работы мировых брендов в России. (Отметим, что проникновение зарубежных технологий управления документами началось намного раньше, в начале 1990-х, в основном это были средства Lotus Notes, а затем и PC Docs.)

Причем речь тогда шла даже не столько о продвижении продуктов, сколько самих идей ECM (они только появились в мире) как принципиально нового уровня, на который предстояло выйти отечественному рынку систем электронного документооборота (СЭД). Documentum тогда выступала одним из реальных лидеров российской СЭД-отрасли, выполняя миссию распространения передовых идей и технологий в нашей стране.

Прошло десять лет, ECM-пакет корпорации EMC существенно видоизменился, подразделение, которое занимается этим направлением, уже давно называется Information Intelligence Group (IIG), но публичная активность компании как идеолога рынка явно уже не та, что раньше. Показательным моментом стало то, что в этом году впервые с 2000-го на выставке-конференции DOCFLOW 2013 не было стенда EMC. Аналитики полагают, что этот факт отражает важные изменения на российском СЭД/ECM-рынке в целом. Именно с вопроса о происходящих трансформациях в этой сфере начался разговор обозревателя PC Week/RE Андрея Колесова с руководителем подразделений EMC IIG в России и СНГ Вячеславом Кадниковым.

PC Week: Нельзя сказать, что отсутствие EMC на DOCFLOW стало сильной неожиданностью, но на этот факт обратили внимание все специалисты этой сферы. Почему же вы приняли такое решение? Оно окончательное или на следующей выставке мы вас опять увидим?

Вячеслав Кадников: Решение зрело давно, оно было принято на основе анализа ситуации на российском рынке и выработки нашей стратегии действий на нем. Конечно, зарекаться нельзя, но пока у нас нет планов активного участия в этом мероприятии. Но должен отметить, что мы не уходили с DOCFLOW, просто изменилась форма нашего присутствия, а именно — через партнеров.

Этот, казалось бы, сугубо частный факт участия одной из компаний в одном из отраслевых мероприятий отражает фундаментальные процессы и изменения, происходящие на российском СЭД/ECM-рынке. Много лет назад в российских ИТ-СМИ появился тезис “DOCFLOW — зеркало российского СЭД-рынка”, и надо признать, что он остается в целом справедливым. Но только с одной важной поправкой: российский рынок управления документами — это уже совсем не только СЭД, он уже давно вышел за свои традиционные границы и активно развивается.

PC Week: Этот тезис был озвучен впервые в нашем еженедельнике ровно десять лет назад, и мы последние годы много пишем о том, что термин СЭД весьма неполно отражает ситуацию на этом динамично развивающемся рынке…

В. К.: Дискуссии о соотношении понятий российских СЭД и западных ECM ведутся давно, и довольно часто превалирует мнение, что это почти одно и то же, что если и были какие-то различия, то они уже исчезли, произошло полное слияние эти двух идей и реализующих их средств. Мы никак не можем согласиться с такой точкой зрения. Российский рынок СЭД в течение почти пятнадцати лет развивался в основном в рамках решения задач организационно-распорядительного документооборота (ОРД). Причем до сих пор, во многом в силу именно национальных особенностей, закрепленных в унаследованном законодательстве, в основе этих бизнес-процессов продолжают лежать бумажные документы, электронные документы играют, скорее, исключительно вспомогательную роль.

Концепция же ECM — это не просто использование программных решений для автоматизации довольно жестко регламентированных процессов, причем с весьма специфическими нормативными требованиями в предметных областях (финансы, страхование, инженерное проектирование и пр.). ECM — это качественно иной подход к решению вопросов управления контентом (или иначе — информационными ресурсами), который нацелен не на автоматизацию работы, скажем, канцелярии как некоторой самоцели, а на повышение эффективности организации в целом, при котором конкретная решаемая задача рассматривается как интегрированная часть общей проблемы. Такое различие подразумевает и совсем иные архитектурно-технологические подходы к созданию и развитию средств реализации СЭД и ECM.

PC Week: Но еще несколько лет назад ваша компания широко использовала СЭД-риторику и участвовала в СЭД-мероприятиях.

В. К.: Мы не можем пренебрегать требованиями конкретного рынка, идти против течения. Хотя вам хорошо известно, что именно мы за время всей нашей работы в России постоянно продвигали здесь инновационные идеи и технологии. Мы отлично знали, что Documentum — это мощная платформа для решения практически всего спектра ECM-задач корпоративного уровня, но если заказчикам нужен только ОРД, мы делает то, что ему требуется.

Однако три-четыре года назад ситуация в России стала быстро меняться. Сейчас традиционная СЭД/ОРД-сфера — это только часть рынка управления документами. Быстро растут направления, где нужны именно ECM-системы класса Enterprise с широким спектром возможностей, с мощным потенциалом по масштабированию и с реализацией новейших технических возможностей. И что немаловажно — проверенные на огромном числе самых разных проектов. И эти изменения в требованиях рынка, естественно, отразились на тактике и стратегии нашей деятельности в стране.

Направление СЭД/ОРД занимает большую часть рынка (может быть, сегодня даже еще доминирует), но с ним, что называется, “все ясно”. Для работы здесь мы вполне можем положиться на местных партнеров, которые успешно представляют наши средства (причем мы тоже принимаем в этом участие) на отраслевых СЭД-встречах. Мы же собственные усилия сосредотачиваем на продвижении корпоративных ECM-решений, хотя, возможно, эта работа не столь публично заметна, она ведется сейчас в основном на вендорских мероприятиях.

PC Week: А как вы сотрудничаете с российскими партнерами? Признаться, их публичной активности тоже до сих пор не очень заметно...

В. К.: Модели бизнеса ECM IIG зависят от конкретного региона мира. В России мы всегда вели (и будем делать это впредь) свой бизнес исключительно через партнеров. Для поддержки партнеров действуют офис продаж, Центр технической поддержки в Санкт-Петербурге, консалтинговое подразделение IIG, которое участвует в реализации проектов. Таким образом, мы помогаем партнерам на всех этапах проекта от продажи до внедрения и последующего сопровождения.

Не соглашусь с вами по поводу публичной активности партнеров. Наоборот, они все больше средств и сил направляют на продвижение своих услуг и привлечение внимания к реализованным проектам. При этом партнеры раскрывают преимущества созданных ими решений, а наши специалисты — преимущества платформы EMC Documentum.

PC Week: Разговоры о конкуренции на российском СЭД/ECM-рынке с разделением поставщиков на зарубежных и отечественных идут уже не первое десятилетие. И довольно часто они заканчивались тезисом о том, что особой конкуренции нет вовсе, поскольку одни занимаются поставками платформ, а другие — прикладных решений на их основе, но при этом обычно в результате еще констатировалось, что доминируют на рынке именно местные разработчики. Что вы скажете по этому поводу?

В. К.: Скорее стоит говорить о локальных и глобальных игроках, о тех, у кого интересы бизнеса сосредоточены исключительно в одном стране, и тех, кто работает по всем миру. И тут, с точки зрения заказчиков, при определении нужной ему системы полезно понимать, что составляет технологическую основу выбираемого решения, насколько его декларируемые возможности подтверждаются рыночным опытом, насколько оно готово к растущим требованиям заказчика. Это, кстати, особенно актуально для России, где развитие используемых ИТ-систем идет очень быстро, что связано как с ростом объемов бизнеса, так и с повышением глубины проникновения ИТ в бизнес. Когда, скажем, автоматизация канцелярии довольно быстро перерастает в более общие задачи управления информационными ресурсами компании в целом.

И тут не нужно противопоставлять платформы и вертикальные решения — они составляют единую экосистему, где вендор — разработчик некоторого базового ПО, а партнеры — внедренцы-интеграторы и разработчики специализированных решений. Если посмотреть на внутреннюю логику развития мирового ECM-рынка, то на протяжении почти всего первого десятилетия нынешнего века на нем в качестве программных продуктов доминировали именно платформы, на основе которых организации выполняли собственные проекты с довольно большой долей заказной настройки или даже доработки. Вертикальные решения на базе платформ тоже предлагались, но все же их доля была не очень велика, а их разработка была почти полностью отдана на откуп местных партнеров.

Но последние годы ситуация стала быстро меняться в сторону все большей востребованности типовых решений, соответственно глобальные вендоры начали переносить акценты в своей деятельности на формирование собственных линеек прикладных вертикальных приложений. При этом никаких “ущемлений прав” партнеров не происходит, поскольку возможности их бизнеса только возрастают за счет расширения рынка как такового, не говоря уже о том, что у них есть огромные возможности по доработке глобальных приложений или создания собственных с учетом особенностей своей страны.

PC Week: Какие изменения происходят на мировом ECM-рынке в глобальных масштабах и что видно на уровне России?

В. К.: В общих чертах тут сложно что-то добавить к тому, что говорится последние годы: продолжается усиление проникновения ИТ во все сферы жизни общества, причем ускоренными темпами в потребительском направлении, которое оказывает все большее влияние на дела в корпоративной сфере. Все это происходит на фоне качественной трансформации самих ИТ, что, в свою очередь, вызывает необходимость серьезной коррекции используемых бизнес-моделей, причем как для заказчиков, так и поставщиков. Особенностью ECM-средств является то, что они находятся на пике всех этих изменений, так получается, что такие тенденции, как облака или мобильность, проходят свою отраслевую обкатку именно в данной сфере.

Российский рынок в целом развивается в рамках общемировых тенденций, хотя с традиционной задержкой. Нужно сказать, что ECM-сфера очень сильно связана с вопросами соответствия нормативных требований, проще говоря, с законодательством, и как раз тут сильно проявляются национальные особенности нашей страны, в которой законотворчество в области ИТ заметно отстает от развития возможностей самих ИТ. Однако наблюдаемое в последние месяцы повышение активности Минкомсвязи в направлении устранения препятствий на пути перехода к реальному использованию электронных документов внушает определенный оптимизм. Мы со своей стороны принимаем активное участие в работе созданного летом при министерстве экспертного совета по электронному документообороту в органах государственной власти, опираясь как на мировой опыт работы нашей компании, так на экспертизу внутри России.

Конечно, есть и другие проблемы на пути развития местного рынка. Есть инфраструктурные трудности, в первую очередь с коммуникациями, каналами связи, но они как раз вполне решаемы, так как лежат в плоскости технологий. А вот кадровая проблема видится очень серьезной, причем она лежит больше на стороне бизнес-пользователей, а не ИТ-специалистов. Ведь даже решение тех же вопросов выработки нормативных требований упирается в банальное отсутствие экспертов, готовых и способных к такой работе.

PC Week: Спасибо за беседу.

Версия для печати (без изображений)