Первого марта премьер-министр Дмитрий Медведев подписал «План действий Правительства России, направленных на обеспечение стабильного социально-экономического развития Российской Федерации в 2016 году», который, по мнению авторов документа, содержит набор структурных мер по диверсификации экономики страны. Среди 120 пунктов этого документа под номером 33 есть также такой — «Поддержка разработки и продвижения российского программного обеспечения», включенный по инициативе Минкомсвязи, на которое и возложено его исполнение.

Надо сказать, что сам План в целом производит довольно странное впечатление. Хотя бы уже потому, что для большинства его пунктов решение вопроса финансирования отложено на вторую половину года, а реализация предусмотрена уже нынешней весной. Не говоря уже о том, что ожидаемые результаты описаны на весьма качественном уровне («обеспечить», «повысить», «снизить» и пр. — без количественных показателей). Но как раз пункт 33 отличается в этой списке в лучшую сторону — указаны не только объемы денег (5 млрд. рублей), но описано, что именно должно быть сделано, и более того — приведены планируемые результаты в финансовом выражении. Правда, нужно уточнить, что в графе «объем и источник финансирования» сумма указана с пояснением «до 5 млрд. руб.», то есть реальные объемы могут быть меньше (источником поступлений должны стать будущие аукционы по продаже лицензий на использование радиочастот для услуг связи). Результатом выполнения п. 33 должно стать:

  • отбор и реализация не менее восьми приоритетных проектов по разработке (модификации) конкурентоспособного российского ПО, его локализации и продвижению на рынках зарубежных стран с привлечением софинансирования в объеме не менее 6 млрд. руб. в 2016 — 2017 гг.;
  • увеличение объемов реализации ПО по отобранным приоритетным проектам и сопутствующих услуг на рынках зарубежных стран на сумму не менее 30 млн. долл. в 2017 г. и 40 млн. долл. в 2018 г.;
  • экономия на закупках ПО средств федерального бюджета в объеме не менее 2 млрд. руб. в 2017 г. и 3 млрд. руб. в 2018 г., а также средств компаний с государственным участием в объеме не менее 2 млрд. руб. в 2017 г. и 3 млрд. руб. в 2018 г.

Как можно понять, две последние позиции («увеличение» и «экономия») должны стать результатом «отбора и реализации проектов», которые, в свою очередь, будут следствием выделения 5 млрд. руб. со стороны государства и еще 6 млрд. руб. из неизвестных источников софинансирования.

Из Плана видно также, что реализация п. 33 должна завершиться уже в I квартале текущего года. Как все это можно выполнить за оставшийся месяц — представить трудно. Правда, Минкомсвязи в распространенном пресс-релизе пояснило, что до 1 апреля должны быть подготовлены лишь «проекты актов правительства РФ, определяющие порядок отбора проектов и условия их финансирования». О том, в какие сроки должны быть одобрены такие проекты актов и когда начнутся и закончатся сами проекты, в Плане и в пресс-релизе Минкомсвязи ничего не говорится (к сожалению, опыт показывает, что далеко не все «проекты актов» доходят до их утверждения и не все утвержденные акты доводятся до исполнения).

Нужно также обратить внимание, что План посвящен «структурным мерам» по развитию экономики и говоря о своем участии в его реализации Минкомсвязи подчеркивает, что речь идет о «целевой структурной реформе, которая положительно влияет на развитие технологичного сектора». В чем же суть этой реформы и в чем может заключаться ее положительное влияние?

Насколько можно догадаться (с учетом разного рода идей, озвученных министерством за последние полтора года), суть реформы заключается в том, что правительство решило заняться прямым государственным финансированием процесса создания коммерческих программных продуктов для их реализации за пределами и внутри страны. Идея действительно «революционная» для ИТ-отрасли, поскольку подобные примеры очень трудно найти в истории ИТ-рынка, как отечественного, так и мирового. А если такие проекты и можно все же найти, то успешные мне неизвестны.

Да, правительства многих стран занимаются поддержкой венчурного финансирования стартапов и научных исследований. Такая работа ведется и в России, и она, конечно, нуждается в усилении. Но тогда нужно было бы выделить те самые 5 млрд. руб. российским структурам, которые уже давно занимаются подобными делами (Российская венчурная компания, Российский фонд фундаментальных исследований и др.). Правда, еще несколько лет назад финансированием проектов коммерческих софтверных компаний занимался также Фонд Сколково, но обещанных результатов этой деятельности увидеть так и не удалось. Тем не менее, теперь Минкомсвязи решило потратить еще несколько миллиардов рублей на воплощение такой схемы государственно-коммерческого партнерства.

Впрочем, предлагаемая «реформа» не является большой неожиданностью, подобные идеи министерство сформулировало почти полтора года назад, а в течение 2015-го даже пыталось их реализовать. Выступая в ноябре 2014 г. в Совете Федерации, глава ведомства Николай Никифоров представил план «прорыва в области ПО», оценив стоимость его реализации примерно в 40 млрд. руб. ежегодно в течение 5-7 лет. Через месяц представители министерства сообщили о намерении создать инвестиционный Фонд универсального ПО для обеспечения такого «прорыва».

Понимая, что в условиях экономического спада получить деньги из сокращающегося государственного бюджета будет крайне сложно, министерство выдвинуло идею формирования такого фонда за счет специального дополнительного налога на продажу ПО. Но это предложение не прошло, поскольку его не поддержали как соратники по правительству (резко против высказалось Минэкономразвития), так и представители российского ИТ-бизнеса. Причем последние говорили не только о проблемах, связанных с дополнительной финансовой нагрузкой на отрасль, но и о неэффективности подобной схемы инвестиционной поддержки разработчиков ПО в целом.

Тем не менее, уже в начале 2015 г. прошел некоторый процесс реализации идеи в виде формирования тематических экспертных советов по отдельным направлениям разработки ПО, а в конце весны был проведен конкурс по нескольким номинациям разработки базового ПО (ОС, СУБД и пр.). Сообщая о нем, СМИ писали о выделении денег победителям, как о деле уже решенном, даже назывались конкретные суммы, хотя скоро выяснилось, что вопросы о финансировании отложены до осени, а осенью обо всем этом проекте уже никто и не вспоминал.

И вот теперь мы видим, кажется, возрождение идеи 2014 г. Объем финансирования, конечно, намного скромнее, чем полтора года назад (меньше в восемь раз, при том, что и сам рубль с тех пор сильно подешевел), но число направлений-проектов остается прежним, что говорит о сохранении масштабов задуманного.

Надо думать, что с задачей отбора кандидатов на получение денег министерство успешно справится, используя прошлогодний опыт конкурсных испытаний. Конечно, самым простым вариантом является просто актуализировать итоги отбора 2015 г., но такой сценарий вряд ли является реалистичным по целому ряду причин формального и неформального порядка. К тому же есть ощущение, что и само министерство не будет этим заниматься.

Несколько более сложной видится проблема определения условий государственного финансирования коммерческих проектов. Будет ли это выдача безвозмездных ссуд или кредитование с последующим возвратом занятых средств, кому будут принадлежать авторские права на созданные продукты? Собственно, этот вопросы ставились еще год назад, но судя по информации от участников прошлогоднего конкурса так и не были решены.

Что касается прописанных в Плане показателей экономического эффекта, то тут возникает целый ряд вопросов, начиная с того, что не очень понятно, на основании какой методики дан подобный прогноз и каким образом министерство собирается оценивать полученные результаты. Но в данном случае хотелось бы обратить внимание на другой момент. Согласно исследованию РУССОФТ, общий российский экспорт софтверных продуктов и услуг составил в 2015 г. 6,8 млрд. долл., показав годовой рост в 800 млн. долл. Наверное, сопоставимого уровня роста можно ожидать и в ближайшие годы. Получается, что «структурная реформа» под эгидой Минкомсвязи с привлечением госсредств объемом 70 млн. долл. составит всего несколько процентов от общего роста софтверного импорта. Это очень похоже на случай, когда «игра не стоит свеч» (даже если прогнозы министерства сбудутся).

Еще более странным выглядят планы по экономии на госзакупках ПО. Для начала нужно сказать, что до сих пор данных по госзатратам на приобретение ИТ (в том числе ПО) просто нет. И не очень понятно, что именно подразумевает Минкомсвязи под «экономией на закупках ПО»? Продукты, создание которых будет выполняться при финансовой поддержке министерства, будут продаваться госорганам и госкомпаниям со скидкой или, может быть, предоставляться бесплатно?

Вопросов много. Конечно, можно сказать, что мы получим ответы в будущем. Но полезно вспомнить, что речь идет не о частных инвестициях, а о расходовании средств налогоплательщиков страны. К тому же опыт прошлых лет говорит о том, что ответа на вопрос об эффективности «реформы» вряд ли стоит ожидать.

Версия для печати