Недавно Москву для презентации итогов исследования “Выявление и измерение зависимости роста экономики России от степени развития кластеров” (он был составлен на основе анализа данных и прогнозов Cisco IBSG и стратегии Фонда “Сколково” по развитию кластеров) посетил главный экономист Cisco IBSG Дуглас Хэндлер. С ним побеседовал обозреватель PC Week/RE Владимир Митин.

PC Week: С какой целью было образовано подразделение Cisco IBSG? На каких условиях оно проводит исследования?

Дуглас Хэндлер: Cisco IBSG — консалтинговое подразделение Cisco, предлагающее свои услуги крупным клиентам компании с тем, чтобы решения Cisco, которые они приобретают (или собираются приобрести), использовались (стали использоваться) с максимальной эффективностью. К примеру, с одним из крупных банков мы проводили исследование эффективности замены командировок телеконференциями с эффектом присутствия. В итоге выяснилось, что краткосрочные командировки заменять такого рода телеконференциями очень выгодно. Мы определили города, в которых есть смысл оборудовать помещения для этих телеконференций и рассчитали время, в течение которого все затраты на проект Telepresence (“дистанционное присутствие”) окупятся. Для заказчика это предпроектное обследование было бесплатным. Фонд “Сколково” — наш стратегический партнер. Поэтому за исследование “Выявление и измерение зависимости роста экономики России от степени развития кластеров” он нам также ничего не платил.

PC Week: Презентация итогов данного исследования началась с разговоров о Всеобъемлющем Интернете (Internet of Everything). Ваш коллега Дэйв Эванс, главный футуролог Cisco и главный технолог Cisco IBSG, ещё в прошлом году утверждал, что 90% населения планеты уже имеют доступ к беспроводным сетям. Как-то сомнительно это. К примеру, по оценкам Росстата, в России доступ к Интернету имеют лишь 52% домохозяйств…

Д. Х.: Не знаю, что именно имел в виду наш главный футуролог, но думаю, что в данном случае говорилось о том, что 90% населения планеты проживают там, где уже сейчас есть доступ к cети либо со стационарных, либо с мобильных устройств.

PC Week: Доступ доступу рознь. Многое зависит от реальной скорости доступа. Интересно, что в мире понимают под широкополосным доступом? Где в настоящее время пролегает граница между ШПД- и неШПД-доступом?

Д. X.: Никогда мне такой вопрос не задавали. А с чем он связан?

PC Week: Была в нашей стране федеральная программа “Интернет — в каждую школу”. В какой-то момент чиновники отрапортовали, что все школы России (за исключением небольшого числа самых труднодоступных) к Интернету подключены. Однако потом выяснилось, что многие школы имеют доступ к Сети на скорости лишь 64 Кбит/c, что, в представлении чиновников, уже является широкополосным доступом. При этом под неширокополосным доступом они понимают коммутируемый dial-up cо скоростью обмена данными до 56 Кбит/c. По имеющимся у меня сведениям, в нашей стране лишь к одной средней школе протянуто оптоволокно с пропускной способностью 1 Гбит/c…

Д. X.: Я думаю, что в настоящее время для нормальной работы в Интернете частные домовладения, учебные заведения, организации и предприятия должны быть подключены к cети на скорости, намного превышающей 56 Кбит/c. К примеру, мой дом подключен к Интернету на скорости 7 Мбит/c. Лично мне такой скорости достаточно. Но я не считаю эту скорость очень высокой. Полагаю, в самое ближайшее время недостаточной будет даже скорость в 50 Мбит/c. Ведь все более популярным становится телевидение высокой четкости и различные онлайн-услуги, требующие больших скоростей для передачи медиаконтента. В корпоративном сегменте очень высокие скорости требуются для доступа к облачным услугам. По оценкам аналитиков, популярность различных видов облачных сервисов быстро растет…

PC Week: Должно ли государство вкладываться в развитие ШПД-услуг? Или это развитие должно заботить лишь телекоммуникационных провайдеров?

Д. X.: Это очень сложный вопрос. В каждой стране он решается по-разному. Но, конечно, конкуренция между провайдерами в любом случае должна быть. В то же время есть хороший график, которой показывает очень тесную корреляцию между ВВП страны и степенью доступности в ней ШПД-услуг. По уровню ВВП России пока далеко до США, Японии и других развитых стран. По степени доступности ШПД-услуг тоже. С какой скоростью будет происходить сокращение отставания, во многом зависит от экономической политики государства. Как, впрочем, и от потребностей бизнеса.

Могу привести такие примеры. В США существует программа National Broadband Plan (она предполагает капитальные затраты в размере 350 млрд. долл.). Цель этой программы — обеспечить 100 млн. домохозяйств Интернетом с пропускной способностью 100 Мбит/с. В Австралии есть программа National Broadband Network (предполагаемые капитальные затраты — 30 млрд. долл.), согласно которой к 2020 г. 93% домохозяйств этой страны должны быть обеспечены Интернетом с пропускной способностью 100 Мбит/c. Да и в России, насколько мне известно, по Федеральной программе “Информационное общество” к 2020 г. 80% домохозяйств должны быть обеспечены ШПД.

PC Week: Что именно дают бизнесу и государству высококачественные ШПД-услуги?

Д. X.: Известно, что если коммерческое предприятие (пусть даже не очень большое) выходит на гигабитные скорости доступа к Сети, то у него появляются совершенно новые возможности по совершенствованию и оптимизации своих бизнес-процессов. Оно становится более рентабельным, повышается уровень его доходов, и, как следствие, оно больше денег перечисляет государству в виде налогов. То есть государство тоже заинтересовано в повышении степени доступности к ШПД-услугам своих подданных.

PC Week: Не могли бы вы подробнее рассказать о новых бизнес-возможностях, которые открывает перед предприятиями высокоскоростной доступ к Интернету?

Д. X.: Предприятия, которые сильно зависят от интеллектуальной составляющей своего бизнеса, смогут ещё более широко использовать труд сотрудников, которые физически очень далеко находятся от этого предприятия. Для промышленных компаний станет возможным в реальном масштабе времени анализировать информацию с сотен тысяч различных датчиков. О новых бизнес-возможностях можно рассказывать долго. Однако важно, чтобы юридические и физические лица имели доступ не к “игрушечному” Интернету, а к настоящему. То есть необходим доступ не к формальным, а к действительно высокоскоростным ШПД-услугам. От повсеместно развитых высокоскоростных ШПД-услуг выиграют не только граждане и предприятия, но и государство в целом.

PC Week: Сейчас много говорят о больших данных (Big Data). На ваш взгляд, что кроется за этим термином? Где пролегает граница между “большими” и “небольшими” данными?

Д. X.: При разговорах о Big Data речь идет не столько об объемах этих данных, сколько о нахождении зависимостей между разнородными данными. По нашим оценкам, к 2020 г. к Интернету подключится примерно 40 млрд. новых устройств и вещей (из них на разного рода компьютеры, планшеты и смартфоны придется менее половины). Многие из этих устройств будут генерировать данные, которые надо не только хранить, но и быстро обрабатывать. Желательно — в реальном масштабе времени. Проблема не в том, чтобы где-то сохранить эти большие данные, а в том, чтобы их быстро обработать.

PC Week: В каких отраслях генерируются большие данные?

Д. X.: Да практически во всех: образование, медицина, промышленное производство, сельское хозяйство, управление качеством продукции, управление складскими запасами, финансовые услуги, розничная торговля, предсказание поведения клиентов и т. д. Этот перечень можно продолжать очень долго.

PC Week: “Сколково” иногда критикуют за то, что в нем не проводятся исследования, связанные с большими данными. А в каких направлениях должны проводиться данные исследования?

Д. X.: Этих направлений так много, что выделить главные не представляется возможным. Лично мне известны исследования, связанные с использованием концепции Big Data в маркетинге и рекламе. Маркетологам доступны огромные базы данных, с помощью которых они пытаются спрогнозировать поведение розничных покупателей и/или корпоративных клиентов. При этом в самых различных разрезах анализируются миллионы как уже сделанных покупок, так и намерений что-либо приобрести через Интернет или другие каналы сбыта. Вероятно, почти у всех завсегдатаев розничных сетей есть “карты лояльности”, которые среди прочего обеспечивают их владельцу определенные скидки. А эмитенты этих карточек, как правило, позволяют доносить до картодержателей различную информацию. Анализ поведения владельцев “карт лояльности” дает огромную пищу для размышлений. Причем быстро “переварить” эту “пищу” обычными методами, как правило, невозможно. На помощь могут прийти методы хранения и обработки больших данных.

К примеру, мой сын (ему сейчас 21 год) в настоящее время занимается тем, что разрабатывает ПО для баз данных, хранящих сведения о покупках. При этом выделяются сегменты покупателей и анализируется их поведение. Более того, делаются попытки предсказать, когда и почему покупатели определенного сегмента с большой долей вероятности могут переметнуться к конкурентам. Эти оценки очень важны. Ведь на их основе можно предпринять определенные контрмеры.

PC Week: Спасибо за беседу.

Версия для печати (без изображений)