За последние десять лет корпорация EMC весьма радикально расширила сферу своего присутствия на ИТ-рынке, выйдя за свои традиционные рамки поставщика аппаратных средств хранения информации, и сегодня воспринимается ИТ-сообществом как один из лидеров, определяющих развитие корпоративных ИТ в целом. О сегодняшнем позиционировании компании и ее видении перспектив развития ИТ-рынка с заместителем президента и председателя совета директоров корпорации EMC Уильямом Тьюбером* во время его недавнего делового визита в Москву беседовал обозреватель PC Week/RE Андрей Колесов.

PC Week: Какова цель вашего визита в Москву?

Уильям Тьюбер: Каждый квартал я посещаю различные подразделения EMC по всему миру, это моя регулярная деятельность как руководителя направления продаж корпорации. Увидеть все своим глазами, установить контакт с людьми, работающими на местах, понять потребности клиентов и партнеров, ощутить региональные особенности — это очень важно. Невозможно управлять глобальным бизнесом, сидя лишь в своем кабинете. Моя главная функция в компании — обеспечивать рост продаж продуктов ЕМС. Сейчас примерно 57% наших поставок производятся в США, остальные — на международный рынок. Но при этом если посмотреть на ИТ-расходы заказчиков, то тут видно, что на США приходится лишь 36% от общего объема. Эти цифры сами по себе показывают потенциал развития бизнеса EMC только за счет расширения нашего географического присутствия. Российский рынок играет очень важную роль в реализации бизнес-планов ЕМС.

PC Week: EMC до сих пор на рынке часто называют Storage Giant (гигант в области систем хранения данных), но интересы компании сейчас гораздо шире. Как бы вы охарактеризовали сегодняшнее положение EMC в мировой ИТ-отрасли?

У. Т.: Преобразования нашего бизнеса нужно оценивать в контексте изменений, причем весьма радикальных, происходящих на рынке в целом. Примерно 40 лет назад закончилась эпоха доминирования мэйнфреймов, наступил период мини-компьютеров, потом этап Wintel, затем “сетевой”. Сейчас начинается эра облачных моделей, причем есть ощущение, что это изменение будет самым серьезным за последние 50 лет, и мы сегодня находимся только в самой начальной фазе.

Так вот, не столь интересно, как изменилась EMC по сравнению с самой собой за десять лет. Гораздо важнее то, что компания все эти годы шла в верном направлении и не только способна противостоять вызовам настоящего времени, но и заняла лидирующие позиции и сегодня полностью готова к применению облачных моделей.

Фундаментом EMC является направление систем хранения данных, на долю которого приходится более 70% доходов корпорации. У нас есть решения для управления содержанием, средства обеспечения защиты и безопасности информации и, наконец, VMware с ее платформенными технологиями для реализации модели облачных вычислений. При этом все наши решения сегодня могут работать в облачных средах, более того, многие из них — в том числе системы хранения VMAX и VPlex — изначально “затачивались” именно под такие варианты работы.

PC Week: Сегодня вряд ли можно найти достаточно крупного вендора, который не говорил бы о своей готовности к облакам. Но заказчики пока относятся к этой концепции весьма осторожно. Что же мешает им довериться облачным идеям?

У. Т.: У многих предприятий и организаций есть собственные ИТ-подразделения со своими ЦОДами. На первом этапе таким компаниям нужно перейти на облачные модели вычислений в пределах собственной ИТ-инфраструктуры. Речь идет не только о виртуализации серверов, хотя это является технологической основой, но и о преобразовании сетей передачи, использовании соответствующих систем хранения данных, решении вопросов безопасности и т. д.

После создания внутреннего облака предприятия могут перемещать свои ИТ-ресурсы во внешние облака и работать в гибридной среде, выбирая оптимальный для них вариант соотношения внутренних и внешних ресурсов. Идея тут такова: вы можете полностью контролировать свою систему, скажем, с точки зрения безопасности. Но при этом можно черпать нужные вам ресурсы извне ровно в той мере, в какой они вам реально нужны, уменьшая или увеличивая свои запросы. Это намного более гибкая схема по сравнению с традиционным вариантом приобретения аппаратно-программных комплексов, поскольку оплата производится только за используемые ресурсы.

PC Week: VMware — это сильная платформа, но не мешает ли она вашим взаимоотношениям с другими поставщиками облачно-виртуализационных систем, с теми же Microsoft или Citrix?

У. Т.: Нет, не мешает, а возможно, в какой-то степени помогает. ИТ-отрасль уже давным-давно является миром coopetition — конкуренции и сотрудничества одновременно. Мы очень тесно взаимодействуем с Microsoft во многих областях. К тому же эта компания является нашим крупным заказчиком — ее центры обработки данных работают на технологиях хранения EMC. Сфера деятельности VMware — это место, где наши интересы с Microsoft пересекаются, но по многих другим направлениям мы отлично дополняем друг друга. Это обычная ситуация для ИТ.

PC Week: EMC в последние десять лет вела очень активную инвестиционную политику, в том числе приобретая перспективные ИТ-компании. В какие направления вы намерены инвестировать сейчас?

У. Т.: Мы продолжаем инвестировать в самые разные направления. В прошлом году мы приобрели за 2,1 млрд. долл. компанию Data Domain, создавшую самую эффективную технологию дедупликации для систем хранения. Мы купили также Document Science, средства которой отлично дополняют наше ПО для управления содержанием. VMware тоже активно делает приобретения, и тут я должен особо выделить покупку ими Spring Source, разработчика одной из лидирующих в отрасти Java-платформ. Прошедшим летом в состав EMC вошла также компания Greenplum, поставщик ПО для хранилищ данных. Как видите, подпитку получают все сферы деятельности, на которых специализируется ЕМС.

Еще одно направление инвестиций — это создание облачного альянса VCE, название которого можно расшифровать и как “VMware + Cisco + EMC”, и как “Virtual Computing Environment” (виртуальная вычислительная среда). Именно это совместное предприятие нацелено на решение задачи обеспечения перехода заказчиков на облачные модели вычислений.

Но, разумеется, наше развитие идет не только за счет покупок на стороне. От 10 до 15% нашей выручки направляются на поддержку собственных НИОКР. В нынешнем году сумма составит более 2 млрд. долл. из ожидаемых 17 млрд. долл. выручки.

PC Week: В начале нашей беседы вы сказали о намерении изменить географические пропорции вашего бизнеса. Можно предположить, что это также потребует затрат с вашей стороны.

У. Т.: Если говорить о региональных аспектах, то тут мы уделяем особое внимание динамично развивающимся рынкам стран БРИК. Здесь мы не только занимаемся расширением сети продаж, но также создаем свои центры разработки. У нас уже три года работает такой центр в Санкт-Петербурге, в котором сейчас трудится более двухсот специалистов, в течение ближайших двух лет это число должно удвоиться. У нас есть подобные структуры в Китае, Индии, Египте, Израиле. Кроме того, ЕМС также располагает службами технической поддержки, численность персонала которых, например, в Индии, — это тысячи инженеров и техников.

Надо сказать, что наш рынок в США растет уверенными темпами, но международные продажи увеличиваются еще быстрее. Так, регион EMEA за год вырос на 14%, Азиатско-Тихоокеанский регион — на 28%. Мы не публикуем данные по отдельным странам, но смею вас уверить, что в России у нас просто потрясающий рост объемов бизнеса. В Южной Америке мы выросли на 23%, а по перспективным странам (БРИК, Восточная Европа, Юго-Восточная Азия) — на более, чем 30%.

Но я хочу отметить вот что: технологические и географические инвестиции взаимосвязаны, одно работает на другое.

PC Week: Что можно сказать о структуре вашего бизнеса в России? Как она соотносится со структурой продаж ваших продуктов по корпорации в целом?

У. Т.: В целом, ситуация с бизнесом в вашей стране нас вполне удовлетворяет, все наши направления тут хорошо представлены, и структура местных продаж похожа на мировую. Но это, конечно, не означает, что не нужны постоянные усилия по развитию нашего присутствия на российском рынке, тем более в условиях динамичных изменений в ИТ-отрасли на глобальном уровне.

Мы продолжаем делать инвестиции в важные для нас вертикальные сегменты. Речь идет в числе прочего о финансовом секторе, о телекоммуникационной отрасли с отдельным подмножеством сервис-провайдеров и о государственном секторе. Если же говорить о продуктовой среде нашего бизнеса, то появление коалиции VCE стимулирует продвижение облачных моделей, но нам нужно серьезно поработать, чтобы выйти в России на зрелые позиции, которые у нас уже есть, например, в Западной Европе.

PC Week: Если посмотреть данные авторитетных аналитиков об облаках, то мы увидим очень скромные оценки объемных показателей сегодня и не очень значительные величины в прогнозах даже на пятилетнюю перспективу. Что касается России, то, по сведениям IDC, облачного рынка здесь просто нет и фактически не предвидится. Как вы прокомментируете такие данные?

У. Т.: Чтобы ответить на этот вопрос, нужно сначала дать определение, что такое облако, что входит в это понятие. Когда аналитики говорят о размерах рынка — фактически какого бы то ни было, — то они имеют в виду чаще всего объемы продаж продуктов и услуг ИТ-поставщиками. В терминах облачных вычислений — это внешние, в первую очередь, публичные облака. Если же говорить об отрасли в целом, то мы должны понимать, что сегодня подавляющая доля ИТ-инфраструктуры приходится на внутренние системы заказчиков.

Да, из разговоров и публикаций порой складывается впечатление, что облака — это только публичные сервисы. Но это не так. Сегодня публичные облака — это в какой-то степени прообраз будущего ИТ. А основной объем реальной работы происходит внутри компаний, где идут процессы эволюционного смещения традиционной ИТ-инфраструктуры, созданной во многом еще в прошлом веке, в сторону облачных моделей. Это сложные, долгие и многогранные процессы, и мы должны понимать, что Cloud — это широкий зонтичный термин, объединяющий разные аспекты ИТ: архитектуру, продукты, методы внедрения и применения ИТ и пр.

Возьмем в качестве примера виртуализацию, которая является одной из фундаментальных технологий для создания облаков. В самом начале этого столетия ее применяли для разработки и тестирования ПО. Потом она стала использоваться в промышленной эксплуатации систем, но не самых важных для предприятий. Потом пришла пора для критически важных приложений. Затем настал черед для решения задач оптимизации виртуальных сред.

Сейчас корпоративный ИТ-рынок вплотную подошел к этапу перехода (или даже уже вошел в него) от уже достаточно традиционных виртуальных сред к облачной внутренней ИТ-инфраструктуре. Это будет тоже процесс, причем совсем не мгновенный. Конечно, мы, как и другие вендоры, пытаемся ускорить этот процесс, но не всё зависит от нас. Параллельно с облачными преобразованиями внутри компаний-заказчиков идет продвижение публичных предложений. Эти два процесса дополняют друг друга. Но я думаю, что серьезный спрос на публичные сервисы начнется лишь тогда, когда будет накоплена критическая масса внутреннего опыта клиентов.

Сегодня в среднем по миру около 70% ИТ-расходов связано с поддержкой того, что уже установлено и работает. Лишь 30% идет на развитие ИТ-систем, из них очень значительная часть связана с инфраструктурными вопросами. Мы считаем, что наиболее оптимальным было бы соотношение 50/50, что позволило бы компаниям существенно повысить эффективность применения ИТ с точки зрения бизнеса. Я уверен, что такая задача вполне достижима в самом недалеком будущем и в ее решении облачным моделями принадлежит сейчас решающая роль.

Я могу напомнить, что EMС — это не только ИТ-поставщик, но весьма крупный ИТ-заказчик. У нас есть своя внутренняя ИТ-инфраструктура, глобальная, распределенная. Мы уже два года занимается ее преобразованием, выстраивая свои ИТ-системы по принципам облачных вычислений. И это процесс еще не закончен, думаю, что нам нужен еще годик для его завершения.

PC Week: Ваш альянс VCE выступает как традиционный вендор продуктов. Нет ли у вас планов заняться и предоставлением облачных сервисов? Пример Microsoft вас не вдохновляет на такой путь?

У. Т.: Нет, мы в ЕМС считаем, что каждый на ИТ-рынке должен заниматься своим бизнесом. Наше дело — предоставить продукты, технологии и решения для тех, кто захочет их применять — конечным заказчикам, сервис-провайдерам, разработчикам ПО.

PC Week: Спасибо за беседу

* Уильям Тьюбер занимает эту должность с момента ее появления в штатном расписании компании в мае 2006 г., и в его функции входит непосредственная помощь председателю, президенту и исполнительному директору EMC Джо Туччи. Одновременно он управляет подразделением EMC Customer Operations, ответственным за поддержку продаж во всем мире, а также руководит группой EMC по корпоративному развитию, определяющей стратегию EMC по слияниям и поглощениям. С 1997 г. по август 2006 г. г-н Тьюбер занимал должность директора EMC по финансовым вопросам.

Версия для печати (без изображений)