C 1 ноября 2009 года вступило в силу постановление правительства, утверждающее правила оценки заявок на участие в конкурсах на поставку товаров и оказанию услуг по госконтрактам. О том, как для госорганизаций изменится тендерная процедура, и какие проблемы существуют в ней сегодня, обозреватель PC Week/RE Денис Воейков беседует с заместителем руководителя Федерального центра информатизации при ЦИК России Олегом Юдиным.

PC Week: Как вы оцениваете значимость нового постановления?

Олег Юдин: Надо сказать, что это постановление не является чем-то принципиально новым. Федеральный закон (далее ФЗ. — Прим. ред.) № 94 о госзакупках уже и раньше определял перечень критериев для оценки заявок. Однако заказчик должен был самостоятельно разрабатывать методики сравнения заявок. При этом его прочтение закона (не везде однозначного) не обязательно совпадало с субъективным мнением участников конкурсного процесса и Федеральной антимонопольной службы. Естественно, это вызывало совершенно ненужные дебаты, дополнительные рассмотрения, отмены конкурсов и срывы или переносы сроков важных работ.

Новое постановление эту деятельность упорядочивает, позволяет всем говорить на одном языке и снижает вероятность ошибок, противоречий, различного рода жалоб в ФАС. Так что польза от него очевидна.

PC Week: Правильно ли я понимаю, что теперь в тендерах существенно снижен удельный вес ценового фактора?

О. Ю.: Начнем с того, что тендерная процедура делится на аукционы и конкурсы. И существует постановление правительства ( дополняющее ФЗ № 94), которое определяет, какие виды закупок должны проводиться исключительно через аукционы. В нашем случае это заказы на закупку компьютерной техники, расходных материалов, ряд услуг и т. д. Кроме критерия цены, ничего другого на аукционах нет по определению.

Конкурсы же, проводимые нами, в основном касаются услуг по разработке, доработке и сопровождению ПО, проектов по модернизации Государственной автоматизированной системы “Выборы”. Для нас желательно, чтобы организация-подрядчик была знакома с ее концепцией и техническими решениями. Согласитесь, дорабатывать ПО, как правило, может только его создатель. В противном случае большая часть времени уйдет на ознакомление с исходным кодом и т. п. И здесь закон позволяет нам применять ряд других, не только ценовых критериев.

PC Week: То есть проконтролировать качество заявки можно исключительно на конкурсе?

О. Ю.: Разница между конкурсом и аукционом в этом и состоит. У широко распространенных, типовых товаров и услуг качество является некой константой. При их закупке цена действительно должна снижаться максимально, для чего и проводятся аукционные торги.

PC Week: Есть ли потребность часть категорий товаров и услуг перевести с аукционов на конкурсы?

О. Ю.: На мой взгляд, законом выделены вполне рациональные сегменты. Правда, по аукционной процедуре определяются и подрядчики на техническое обслуживание и ремонт техники. Неспециалисты могут сорвать работы, и их приходится обучать нашими собственными силами, чтобы они к концу контракта смогли тоже стать специалистами. Так что есть ряд работ, критерии допуска к торгам по которым хотелось бы усилить.

PC Week: Но когда цена является единственным критерием, подрядившиеся на работы непрофессионалы могут не справиться и с самыми простыми заказами...

О. Ю.: Да, к сожалению, с кризисом все чаще стали встречаться участники торгов, которые в погоне за контрактами, обеспеченными бюджетными деньгами, не понимая сути предстоящих работ, выигрывают аукционы, но не могут впоследствии справиться с обязательствами и таким образом ставят под угрозу функционирование нашей системы.

Например, недавно одна компания сбила на аукционе адекватную цену более чем на 30%, а потом отказалась от выполнения госконтракта, мотивировав это изменившейся конъюнктурой рынка. В итоге поставка расходных материалов (картриджи для принтеров и пр.) в наши сервисные центры по всей стране была сорвана. К счастью, перерывов в работе не произошло: проблему решили за счет запасов. Но реальные закупки у другого поставщика состоялись на четыре месяца позже запланированного срока.

PC Week: Речь шла о какой-нибудь предоплате?

О. Ю.: Вообще такая возможность законом предусмотрена, до 30% от суммы контракта. Но с учетом предыдущего опыта мы вот уже несколько лет стараемся работать без предоплаты.

Правда, иногда на конкурсах без нее не обойтись. Например, когда речь идет о разработке чего-либо технически или интеллектуально чрезвычайно сложного. Тут уже заранее ясно, что претендовать на контракт могут только очень наукоемкие компании с большим штатом дорогостоящих программистов. И если не предложить аванс, то просто не останется претендентов.

Но если мы видим, что на конкурс потенциально могут выйти организации, способные работать без аванса, то мы, естественно, его не даем, потому что ни к чему, кроме лишних рисков для государственных денег, аванс не приводит.

PC Week: Получается, что упомянутая компания-поставщик ничего не выиграла. Зачем она тогда во все это ввязалась?

О. Ю.: Нам это непонятно. Я не исключаю, что здесь могли быть и какие-то далеко идущие цели, но говорить об этом бессмысленно.

Нам нельзя нанести материальный ущерб как госзаказчику, но, конечно, можно серьезно навредить всей системе “Выборы”, которая обеспечивается данными контрактами и поставками.

Учитывая, что мы уже планово готовимся к федеральной выборной кампании 2011—2012 гг., такие факты нас, естественно, очень беспокоят.

PC Week: Вы сейчас как-то можете обезопасить себя от нарушения госконтрактов?

О. Ю.: Помимо штрафных санкций законом предусмотрено обеспечение исполнения контрактов: компания вносит некоторое количество денег, которые ей возвращаются только по завершении работ. (На сегодняшний день это довольно значительные суммы.) Кроме того, применяются гарантийные механизмы — использование гарантий банков или поручительств крупных организаций.

PC Week: А есть ли процедуры, позволяющие заранее оценить поставщика?

О. Ю.: Если мы говорим об аукционах, то, по сути, мы можем требовать от организации только предоставления гослицензии в установленных законом случаях. Каких-то других ограничений в допуске мы применять не вправе.

Конкурс позволяет подходить к выбору поставщиков гораздо серьезнее. Помимо цены существуют такие критерии, как качество работ, расходы на эксплуатацию, объем предоставления гарантий качества, срок предоставления этих гарантий и т. д. Опять же критерии позволяют учитывать опыт участников торгов по выполнению аналогичных работ. Все это существенно снижает наши риски.

PC Week: Оценка этих критериев — вещь субъективная, или есть готовая формула?

О. Ю.: Автоматизировать этот процесс, конечно, невозможно. Однако у нас в комиссии достаточно много членов (11 человек), поэтому мы полагаем, что среднее арифметическое от оценок каждого указывает на победителя вполне объективно.

PC Week: А серьезные расхождения во мнениях у вас часто бывают?

О. Ю.: Точки зрения не всегда совпадают, но, естественно, мы заинтересованы в том, чтобы во время обсуждений был найден некий консенсус.

PC Week: На ваш взгляд, создаваемые сейчас реестры недобросовестных поставщиков — это эффективный инструмент борьбы с ними?

О. Ю.: Будущее покажет, насколько они действенны. Но реестры эффективны только в отношении компаний, которые заботятся о своей репутации. Одноразовым компаниям они не страшны.

PC Week: Я слышал, что базы данных у федеральных и локальных реестров пока не особо пересекаются.

О. Ю.: Мы федеральная организация, работаем на федеральные деньги и ориентируемся исключительно на федеральное законодательство. Локальные реестры мы не отслеживаем.

PC Week: Значит, вас никак не затрагивает и недавнее постановление правительства Москвы о том, что какая-то часть госзаказов обязательно должна быть размещена среди субъектов малого бизнеса?

О. Ю.: Региональные нормативные акты не отменяют положений ФЗ № 94. Но относительно поддержки малого бизнеса есть указания и в нем. Правда, небольшие организации обычно не имеют серьезных лицензий по безопасности, которые мы обязаны требовать в силу специфики нашей системы, поэтому мы их можем привлечь далеко не ко всем работам. Кроме того, контракты для малого бизнеса по закону не могут превышать 15 млн. руб., поэтому специально под него мы вынуждены разбивать наши лоты на несколько частей.

PC Week: Правильно ли я понимаю, что в целом большая часть положений ФЗ № 94 вас вполне устраивает?

О. Ю.: Вы знаете, нас сильно обнадежило вот это новое постановление правительства, которое позволит упорядочить наши действия. Мы сейчас его изучаем и начинаем применять (интервью состоялось в конце октября 2009 г. — Прим. ред.). До конца 2009 г. у нас намечена достаточно большая тендерная кампания — порядка 50 конкурсов и аукционов. И когда нами и другими ведомствами будет наработана определенная практика, мы начнем выступать с законодательными инициативами. Пока нужно разобраться с новыми условиями.

PC Week: Может быть, какие-то инициативы для вас уже очевидны?

О. Ю.: Наверное, стоило бы поднять вопрос об изменении процедуры расторжения контрактов. Сейчас, если организация не осуществляет поставки, мы официально можем разорвать с ней отношения либо по обоюдному согласию, либо по решению суда.

Когда, как в вышеупомянутом случае, речь идет о том, что организация должна заплатить государству штраф, обоюдного согласия очевидно быть не может. Что касается суда, то мы срок этой процедуры прогнозируем еще на полгода.

Мы ведь сначала должны отправить претензию по почте, получить уведомление о доставке, потом состоится суд первой инстанции, потом, если организация еще существует, апелляции и т. д. То есть по сути на целый год наши юристы отвлекаются на абсолютно непродуктивную процедуру.

PC Week: И в это время вы не можете заключать контракт с кем-то другим?

О. Ю.: Да. Правда, в описанном случае дело касалось расходных материалов, которые мы закупаем несколько раз в год, поэтому нам просто удалось протянуть на существующем резерве и дождаться следующей поставки — от другого поставщика.

Но если бы это была крупная поставка техники, которая очевидно может быть осуществлена только один раз, мы бы действительно попали в очень сложную ситуацию — были бы вынуждены почти год ждать расторжения контракта.

Так что, наверное, стоит предусмотреть право госзаказчика разрывать контракт в одностороннем порядке. (У поставщика ведь все равно остается возможность оспорить это решение в суде.) И совсем хорошо, если мы например получим право сразу возобновить этот контракт со следующим участником аукциона.

PC Week: Спасибо за беседу.

Версия для печати (без изображений)