Как поется в известной песне группы «Несчастный случай», «нет, все понятно, но что конкретно...». Действительно, под цифровой экономикой и цифровой трансформацией каждый понимает что-то свое, причем зачастую смысл прячется за модными в настоящее время терминами: «машинное обучение», «бигдата», «предиктивная аналитика» и прочие «блокчейны». То есть фраза, «наша компания взяла курс на цифровизацию коммуникаций и внедрение мультиканального диджитал-маркетинга с клиентами на основе анализа больших данных» действительно не сильно добавляет понимания, что же собралась делать компания, хотя инвестиции эта фраза непременно привлечет.

Цифровая трансформация

Если говорить простым языком, цифровая трансформация означает получение принципиально нового уровня сервиса и повышение эффективности бизнеса за счет использования информационных технологий. Что-то типа повсеместной визуализации информации, автоматизации, роботизации, принятия решений на основе проведения глубокой аналитики всех имеющихся источников и т. д. Другими словами, «работают роботы, а не человек». Цель любых преобразований в экономике всегда одна — одновременно и уменьшить себестоимость, и дать новый уровень качества продукта и сервиса. Сейчас ИТ достигли определенной зрелости, когда это стало возможно, причем в некоторых отраслях преобразования просто фантастические.

Примеры изначально близких к цифровой сфере отраслей, которые переживают глобальную цифровую трансформацию уже сейчас: туризм, финансы, сотовые операторы и др. Возьмем, например, туризм. Традиционно (вчера) мы приезжали в офисы туркомпаний, листали каталоги, потом специалисты консультировали нас, подбирали конкретные туры, оформляли. Много действий, много людей, много времени. Сегодня мы прямо в онлайне определяемся с параметрами, получаем варианты и бронируем отель и билеты. Вроде все замечательно, но по-прежнему Booking.com преследует меня предложениями отелей, где я уже был. Завтра, я уверен, такого рода сервисы начнут наконец-то анализировать поведение людей и станут наконец предлагать что-то новое и действительно интересное для потребителя, мы начнем чувствовать, что нас понимают.

Бизнесы, имеющие существенную офлайн-составляющую, также не отстают. Программы лояльности в ритейле учитывают мои покупки и стараются наиболее эффективно привязать к конкретному супермаркету. Я сам клиент супермаркетов «Виктория» и вижу развитие индивидуализации их программы. Такси полностью «уберизировалось» за 2-3 года так, что мне даже жалко смотреть на несчастных традиционных таксистов у метро, потому что клиенты проходят между ними дальше на проезжую часть и садятся в подъезжающее в этот момент «Яндекс.Такси». Производство кроссовок Adidas вернулось из Китая в Германию, но полностью роботизированным — это стало выгоднее, чем пошив в Китае вручную.

Интересная трансформация происходит в отрасли распространения тиражируемого программного обеспечения. Казалось бы, это изначально максимально цифровая отрасль, но это не так. Буквально несколько лет назад все известное ПО распространялось только офлайн-методами, зачастую с приложением бумажки-лицензии. Вся индустрия вертелась вокруг процесса купли-продажи этих лицензий с учетом и контролем каждого экземпляра и невозможностью каких-либо действий с распространяемым ПО. Около пяти лет назад появились модели распространения электронных ключей, где хотя бы принципиально отсутствует офлайн-составляющая. Сейчас же идет настоящая революция и заключается она в том, что программного обеспечения в нашем традиционном понимании больше не станет. Вся функциональность ПО становится сервисом, и полностью меняются сразу три ключевые составляющие отрасли.

Во-первых, место расположения ПО становится не важным, любым удобным для клиента. Это может быть свой ноутбук, ЦОД в офисе или любое облако, причем при расположении в облаке клиент даже может не знать, какое и где стоит ПО, — он просто сразу пользуется его пользовательским функционалом (т. н. SaaS). Во-вторых, способ монетизации. Продавать новые версии трудно, значительно удобнее постоянно получать доход, пока клиент пользуется ПО — снизить максимально порог входа в это пользование и вместо прошлой купли-продажи мы уже получаем модель аренды с ежемесячной или квартальной оплатой. Всегда последняя версия, гибкое изменение объема потребления — все плюсы подписной модели даже для традиционных офисных приложений. Из сферы торговли тиражируемое ПО переходит в сферу услуг с принципиальной другой моделью потребления, учета и распространения. И третье, самое интересное — возможность трансформации ПО, когда разработчик или интегратор может организовать на основе полученного ПО свой собственный сервис и уже его предложить клиенту даже без указания ингредиентов. Таким образом, вендоры наконец-то вместо «доставить как есть, не расплескав» стали разрешать формировать на основе их ПО экосистему value-added партнеров. Если раньше роль партнера была «продать в канале», то теперь каждый партнер фактически становится провайдером своего добавленного или интеграционного сервиса. Хорошими примерами таких передовых вендоров являются Microsoft, Autodesk, Oracle, производители средств антивирусной защиты, которые не только трансформировали свои программы распространения, но и активно участвуют в трансформации партнерской сети.

К чему это приводит? На рынке уже сейчас существуют и постоянно развиваются цифровые платформы с огромным многообразием сервисов, на основе и с использованием которых любая офлайн-компания получает реальную возможность осуществлять ту самую цифровую трансформацию. Соответственно те бизнесы, которые занимают консервативную позицию и работают только традиционными методами, довольно быстро (буквально за несколько лет) должны остаться на обочине истории, просто потому что они не адекватны повысившимся требованиям со стороны потребителей.

Резюмируя вышесказанное, цифровая трансформация с точки зрения бизнеса означает смещение центра конкурентной борьбы в сторону борьбы ИТ-систем, которые теперь принято называть цифровыми системами. Другими словами, цифровая система теперь и есть ключевая суть всего бизнеса.

Кандалы собственной ИТ-инфраструктуры

Реально цифровая трансформация происходит быстрее, чем предсказывают. Есть несколько требований, которые должна удовлетворять цифровая система и которые сложно или невозможно обеспечить собственными силами компании.

Первое и самое главное требование — скорость изменений. Правильность и точность принятия решений сейчас играют существенно меньшую роль, чем скорость реализации. При неопределенности все нащупывают свой путь методом Agile. От появления желания что-то сделать до реализации должны уходить считанные часы-дни, максимум недели, а не месяцы и годы как сейчас. Этого просто физически невозможно достичь, если поддерживать самостоятельно весь стек ИТ, начиная от фиксированного бюджета на год, инженерной поддержки собственного ЦОДа или специализированной аппаратной комнаты, закупая и монтируя железо и сети, устанавливая и сопровождая системное ПО, планируя и внедряя прикладные системы. Либо это настолько дорого, что не имеет смысла, мы же говорим об эффективности бизнеса в цифровую эпоху.

Второе — это существенная важность аналитики. Традиционное интуитивное принятие бизнес-решений будет чем дальше, тем больше вести к неэффективности. Например, контроль складских запасов, логистика, независимая работа светофоров, назначение регулярных рейсов — все это будет невозможно правильно настроить просто силой мысли специалистов. Бигдата, машинное обучение — результат работы этих алгоритмов и сервисов перейдет из разряда «прикольных фич» в категорию обязательных в любом бизнесе.

Третье требование — это квалификация и роль сотрудников ИТ-подразделений. Разработчики будут стоить только дороже, и спрос на них в ближайшие десятилетия будет только расти. Неспециализированным компаниям станет очень сложно бороться за сотрудников, а выделяться и улучшать цифровую систему по сравнению с конкурентами будет необходимо. Небольшие компании не смогут производить глубокий стек собственного прикладного ПО, и, вероятно, будут появляться гибко настраиваемые облачные платформы, а к ним, в свою очередь, появится класс бизнес-аналитиков, способных управлять и настраивать тенанты на этих платформах.

При этом системные администраторы, к сожалению, наоборот, будут только высвобождаться вместе с переездом ИТ-ресурсов в облако не только потому, что просто количество ИТ-инфраструктур катастрофически уменьшится, но и за счет того, что управление ИТ-системами также полностью станет автоматизированным. В группе сисадминов произойдет то, чего боятся больше всего при цифровой трансформации, а именно ненужность большинства людей для производства товаров и услуг. Это самая большая социальная проблема, которую пока никто не знает как решить. Из последних предложений — отправить всех «лишних людей» в виртуальную реальность, так что можно смело инвестировать в эту отрасль, но, думаю, все значительно сложнее. Современная цифровая система компании просто не сможет не использовать облачные сервисы.

Почему облака нужны бизнесу

Облака безопаснее, чем собственный ЦОД. Физическое наличие данных в одном помещении с офисом дает только психологическое ощущение безопасности, не более того. Реальность такова, что обеспечить адекватный уровень защиты в офисе, не имея возможности обеспечивать сравнимое с облачными ЦОДами качество инженерных коммуникаций, электричества, используемых средств информационной безопасности, содержать сравнимых по квалификации сотрудников отделов ИБ, приводят к тому, что процедуры обеспечения безопасности реально слабые, при проникновении шифровальщика данные теряются навсегда, тогда как в облаке они извлекаются из гарантированных бэкапов, которых в офисах по факту нет.

Облака — это небольшие регулярные платежи. Облако дает возможность с одной стороны осторожного поведения с точки зрения расходов в условиях стагнации и неопределенности будущего бизнеса, а с другой — ту самую гибкость цифровой системы, когда бизнес в момент и без сожаления отказывается от устаревшей или неадекватной системы и оперативно начинает пользоваться чем-то новым и лучшим.

Возможность найма удаленных сотрудников из регионов. Несмотря на новость от IBM о возврате сотрудников в офисы, удаленная работа — слишком эффективный механизм для бизнеса, который, безусловно, будет развиваться. Экономические плюсы связаны с экономией на аренде офисов, офисной технике, наймом сотрудников в регионы с более низкими потребностями в ЗП, социализацией инвалидов. Естественно, ядром такой работы является цифровая система, расположенная в облаке для обеспечения повсеместного доступа сотрудников и централизации данных.

Резервирование. Бэкап — это очень просто. Есть данные, есть место, куда их надо бэкапить, есть программа для этого. При этом нигде в офисах, особенно в СМБ, реально не налажен бэкап всех чувствительных данных. Примеры тому эпидемии шифровальщиков, регулярно уничтожающие целые информационные системы компаний. Почему? Вопрос в регулярных процедурах, которые надо контролировать, но о которых рано или поздно забывают. В облаке, предоставляющем сервисы корпоративного уровня, резервирование — обязательная автоматизированная часть сервиса. Можно сказать, что часть сотрудников облачного провайдера и специальные мониторинги только тем и занимаются, что следят за бэкапом.

В любом случае, резервироваться только внутри одного ЦОДа в современном мире — уже моветон, потому что с ним тоже может что-то случится. Сейчас существует слишком много простых и даже бесплатных вариантов обеспечить наличие резервных копий снаружи.

Облако — это способ навести порядок в ИТ-зоопарке. Унаследованная ИТ-инфраструктура — дорогой и тяжелый в эксплуатации объект, который можно почистить и привести в порядок, используя постоянно или временно внешние ресурсы.

Облака — это путь развития бизнеса для профессионалов. Стагнация на общем рынке означает стагнацию на ИТ-рынке. Профессиональные участники — разработчики, интеграторы, аутсорсеры, консалтеры — могут развивать новые компетенции SaaS-провайдера, облачного интегратора, облачного аутсорсера и предложить клиентам новые услуги в области облачной оптимизации ИТ.

Как обстоят дела с облаками сейчас

В России пока что много сдерживающих цифровую революцию факторов. Ключевой из них — это отсутствие повсеместной рыночной конкуренции. На конкурентных рынках, о которых я уже рассказывал выше, цифровая трансформация идет в полный рост. Однако во многих ключевых отраслях, где велика доля государства, в естественных монополиях, где конкурентное преимущество определяется скорее административными методами, чем рыночными отношениями, никакой острой необходимости в повышении эффективности и, следовательно, цифровой трансформации не наблюдается. Не очень эффективно призывать создавать R&D-подразделения госкорпораций — должна быть острая потребность в этом, иначе трансформация не получается.

У нас также есть тенденции, у которых есть и положительные? и отрицательные стороны. Приоритет российских технологических разработок при госзакупках, 242-ФЗ о размещении персональных данных на территории РФ для облачных провайдеров ведeт, с одной стороны, к отсутствию острой необходимости повышения качества, но, с другой стороны, все-таки да.т возможность встать на ноги локальным игрокам ИТ-отрасли, чтобы иметь возможность противостоять мировым корпорациям в будущем.

Есть и положительные тенденции. Так, например, базовый сервис для существования облачных сервисов — Интернет — по ощущениям в России быстрее и качественней, чем, например, в Европе.

Облака в сферах бизнеса

Собственно, по признаку конкурентности среды и стадии цифровой трансформации компании делятся на тех, кто активно использует облака, и тех, кто всячески противится этому. Основными отраслями-потребителями облачных сервисов сегодня являются наиболее цифровизированные сегменты: FMCG, ритейл, интернет-сервисы, логистика, транспорт и телекомы. Финансы также стремятся в облако, несмотря на жесткую зарегулированность, так как у них уже нет вариантов адекватного развития в рамках собственной ИТ-инфраструктуры. И по-прежнему только надежды питают облачные провайдеры касательно таких емких сегментов, как ТЭК, ЖКХ, медицина и промышленные предприятия.

СМБ мигрирует в облако достаточно активно. Изначально цифровые компании или с высокой цифровой составляющей идут в SaaS, более традиционные некрупные компании идут в IaaS с сохранением привычных «офисных» продуктов и пользовательского опыта их использования. Для таких компаний важно сменить CAPEX на OPEX. Проблема здесь только одна ― медленное развитие СМБ-сегмента экономики.

CIO, CTO крупных компаний, конечно, в основном держатся за свою железную инфраструктуру, обуславливая необходимость ее развития вопросами безопасности и сравнимости затрат в дальней перспективе. Тем не менее даже крупные компании охотно идут на построение различных гибридных сценариев для ускорения запуска новых проектов и обеспечения непрерывности бизнеса в случае аварий.

Облака — это не экзотика, это необходимый инструмент обеспечения цифровой трансформации компании, который существует и работает уже сейчас. Отсутствие сегодня движения компании в сторону использования облачных сервисов должно настораживать руководителей. Очень вероятна ситуация, когда наверстать упущенную в свое время цифровизацию будет сложно или уже невозможно.

Автор статьи — генеральный директор компании «Облакотека».

Версия для печати