С недавних пор организация юридически значимого электронного документооборота (ЮЗЭД) включает в себя обмен электронными счетами-фактурами не только между контрагентами. Теперь в их “диалог” все активнее включается третья и четвертая стороны — оператор электронного документооборота (ЭД) и налоговый орган, который модернизирует сегодня свою систему ЭД, систему взаимодействия с налогоплательщиком.

Основные оставляющие этого взаимодействия обсуждались на московской конференции “Электронные документы в России: выход на международный уровень”, организованной компанией “СКБ Контур”.

По мнению устроителей мероприятия, в России созданы прекрасные возможности для электронного юридически значимого взаимодействия между компаниями. Есть законодательная база, которая отвечает требованиям сегодняшнего дня. Свыше 80% юридических лиц уже имеют опыт электронного взаимодействия. “Правда, пока в основном с государством, — уточнил Эдуард Шифман, руководитель стратегического направления ЭДО компании “СКБ Контур”. — Но они уже не боятся ни электронной подписи (ЭП), ни систем электронного обмена документами”.

По его словам, в стране развита инфраструктура выдачи ЭП. Рынок предлагает широкий выбор решений, которые позволяют выйти на электронное взаимодействие. В результате благодаря ценовой конкуренции стоимость обмена электронными документами упала ниже стоимости бумаги.

“Более 80% электронного документооборота ежемесячно составляют формализованные структурированные документы. Доля неформализованных существенно сократилась, и это говорит о том, что электронные формализованные структурированные документы интересны бизнесу. Они позволяют организациям в большей степени автоматизировать свои процессы, — считает г-н Шифман. — Свыше тысячи наших клиентов уже представили свои документы по телекоммуникационным каналам связи в налоговую инспекцию. Начинает работать роуминг, который ведет к повышению качества услуги, поскольку два оператора, работая с документами в паре, фактически проверяют друг друга. Поэтому доверия между операторами, которые вступают в роуминг сегодня, должно быть больше”.

Европа стимулирует переход на ЭД

По мнению Бруно Коха, руководителя швейцарской консалтинговой компании Billentis, государство должно играть основную роль в становлении ЮЗЭД, включающего в себя обмен счетами-фактурами. “В Европе государство является не только регулятором рынка, не только определяет нормы ведения документооборота, но и выступает ключевым игроком этого рынка, поскольку на его долю приходится 15—18% всех закупок. От 45 до 65% компаний являются государственными поставщиками на различных уровнях: от регионального до национального. И 100% всех предприятий являются получателями счетов-фактур от государства”.

По его словам, в 2004 г. в ЕС были приняты все необходимые законодательные акты. Большинство крупных европейских компаний с численностью персонала свыше 5000 человек уже в той или иной мере перешли к использованию как входящих, так и исходящих счетов-фактур в рамках ЭД. Налоговые органы активно используют электронный документооборот для сбора документов от налогоплательщиков. И его главное преимущество заключается в том, что можно проводить аудит в реальном времени, т. е. запросить электронную версию отчета в формате xml и сразу подвергнуть ее анализу.

“Сейчас стоит вопрос, как стимулировать переход на ЭД компаний малого и среднего размера? Здесь я вижу некоторые параллели с российским рынком”, — рассказал г-н Кох. По его словам, В Европе насчитывается 550 компаний, которые занимаются вопросами перевода малого и среднего бизнеса на рабочие процессы, связанные с использованием ЭД, практикуется система поощрений для предприятий, готовых перевести свои рабочие процессы в формат ЭД. Для них предполагаются определенные скидки. Если же компания отказывается переходить на модель электронного документооборота, то для нее предусмотрены различные штрафы. Но, по словам г-на Коха, есть и другие способы, более мягкие и либеральные: продвижение и популяризация электронных рабочих процессов, стандартизация счетов-фактур и стимулирование мелких компаний за счёт более крупных игроков бизнеса. При этом, считает г-н Кох, в стимулировании мелких предприятий ключевую роль должен сыграть государственный сектор, которому нужно стремиться к их полному переходу на электронный формат и принимать как можно больше электронных счетов и счетов-фактур.

Что в России?

В прошлом году на законодательном уровне было разрешено обмениваться электронными счетами-фактурами. Тогда же, по словам заместителя начальника управления информационных технологий ФНС Ольги Чепуриной, была подготовлена вся нормативная технологическая база. “С точки зрения нормативно-правового регулирования разработан порядок взаимодействия, который утвержден Минфином. Технологические документы утверждены ФНС. Система обмена характеризуется следующими элементами: налогоплательщики взаимодействуют между собой через операторов ЭД, при необходимости — с налоговой службой по открытым каналам связи через операторов ЭД, используя усиленную квалифицированную подпись. Проект стартовал чуть более года назад, но не с такой высокой интенсивностью, как нам бы хотелось. Для начального этапа мы продумали все элементы системы ЭД и постарались приблизить ее к привычной для сдачи отчетности в электронном виде”, — рассказала она.

По ее словам, надо различать оператора ЭД, который осуществляет передачу электронных счетов-фактур между организациями, и оператора ЭД, который передает документы в налоговые органы (с будущего года он будет называться специализированным оператором связи). “На практике в 90% случаев они совпадают. Но в целом это две разные сущности. Общение бизнеса между собой мы не видим и не сильно регулируем”, — отметила г-жа Чепурина.

По ее словам, на сегодняшний момент в системе ЭД зарегистрировано 47 операторов, посредством которых организации обмениваются электронными счетами-фактурами. “Операторов ЭД, через которых налогоплательщики взаимодействуют с ФНС, зарегистрировано более 120. Также в нашей системе зарегистрировано более 250 тыс. налогоплательщиков — тех, кто изъявил желание перейти на ЭД и обмениваться электронными счетами-фактурами”, — добавила она.

По мнению г-жи Чепуриной, цифры говорят о том, что эта услуга достаточно востребована бизнесом. “Система электронных счетов-фактур, которая сейчас формируется в России, весьма высоко оценена мировым сообществом. И это во многом повлияло на то, что в 2011 г. Россия сильно продвинулась в рейтинге Всемирного банка, поскольку система была признана достаточно эффективной”, — отметила она.

Что мешает развитию системы ЭД в России?

Г-жа Чепурина выделила факторы, сдерживающие вовлечение предприятий в систему ЭД. Первый из них связан с тем, что налогоплательщик стремится получить комплексную услугу. То есть, он не хочет перейти к системе ЭД только в плане счетов-фактур, а все остальное продолжать оформлять на бумаге.

“Большинство необходимых для нас форматов документов мы сделали в электронном виде и готовы обмениваться ими. Этот процесс не останавливается, и мы постоянно анализируем мнение бизнес сообщества о развитии и пополнении перечня этих документов”, — сказала она.

Вторая причина связана с организацией роуминга, поскольку у хозяйствующих субъектов в цепочке ЭД-взаимодействия могут быть разные операторы. “Здесь возникает проблема роуминга между ними, из-за которой замедляется внедрение ЭД в России. Мы не можем напрямую давить на бизнес, но мы активно работаем с операторами ЭД с тем, чтобы они подписывали между собой соглашение о роуминге. В сентябре пошли первые подвижки”, — отметила она.

Третья причина — психологического свойства, и это касается и налогоплательщиков, и работников территориальных налоговых органов — инспекций. “Вспомните, как начинался процесс сдачи отчетности в электронном виде в 2002 г., когда мы уговаривали и убеждали, что налоговую декларацию гораздо проще сдать по электронной почте, чем гнать бухгалтера в инспекцию. Так вот, в первые три года доля перешедших на эту технологию колебались в районе 10—11%. И только когда бизнес-сообщество осознало, что это эффективная и надежная технология позволяет доставлять информацию быстро, конфиденциально, без искажений (это все принципиальные вещи для хозяйствующих субъектов!), только тогда случился резкий скачок до 76% в 2012-м”, — рассказала г-жа Чепурина.

По ее словам, в ходе оперативных работ постоянно совершенствуются и добавляются новые форматы взаимодействия. Сейчас готовится четвертая версия форматов обмена электронными документами. “Мы проанализировали опыт нашего и мирового бизнес-сообществ и внесли в Минфин предложение о создании единого документа, который бы удовлетворял потребности налогоплательщиков”, — сказала она.

Также на следующий год запланировано расширение перечня документов, которые ФНС будет принимать в xml-формате в полностью автоматизированном режиме. “Кроме того, в планах доработка нашей системы, которая будет позволять в автоматизированном виде обрабатывать эти материалы. Это очень важно, потому что одно дело, когда к налоговой инспекции приезжают два грузовика счетов-фактур, и совсем другое — электронное взаимодействие, когда поступают данные налогоплательщика и по карточкам лицевых счетов автоматически сравниваются с имеющимися в системе данными. Эта работа запланирована на следующий год”, — добавила она.

Версия для печати (без изображений)