То, что российский рынок систем электронного документооборота и управления корпоративным контентом (Enterprise Content Management, ECM) развивается в русле общемировых тенденций, ни у кого не вызывает сомнения. Сервисная модель, облака, мобильность, социальность, открытые стандарты — все эти слова уверенно вошли в обиход экспертного сообщества. Но насколько дела и слова соответствуют друг другу? И в какой степени общемировые тенденции реализуются в нашей стране, способствуют развитию местного рынка? Ответы на эти и другие вопросы в преддверии февральской конференции “Экосистема ЕСМ: от платформенного вендора до корпоративного заказчика” мы ищем с помощью экспертов из числа ведущих ECM-поставщиков.

Основные тенденции ECM-рынка

Наши эксперты единодушны во мнении, что рынок сохраняет высокую динамику развития благодаря двум ключевым факторам: новым технологическим возможностям и постоянно растущим требованиям заказчиков. Деятельность компаний все больше связана с мобильным режимом работы их сотрудников, от рядовых до топ-менежеров. Быстро растет интерес к социальными средствам взаимодействия как внутри, так и вне предприятий. И конечно же к облакам в самых разных вариантах их применения. В то же время на рынке порой наблюдаются довольно противоречивые тенденции: например, с одной стороны, заказчики хотят использовать более мощные, универсальные и гибкие платформы, а с другой, повышается спрос на специализированные вертикальные решения.

Об этом, в частности, говорит менеджер продукта Alfresco компании НЦПР (Национальный центр поддержки и разработки) Елизавета Астафьева: “Организации ищут для себя гибкие решения, способные удовлетворить все их требования, которые, к слову, становятся всё менее “типичными” и не покрываются стандартными настройками. В результате появилась отчетливая тенденция выбора в пользу платформенных решений вместо уже готовых. Растёт также интерес к открытым технологиям, позволяющим в большинстве случаев достигать большей гибкости и ряда других преимуществ”.

Можно говорить, что повышается значимость ECM-систем для поддержки основной деятельности предприятий, и в этой связи на качественно новый уровень выходят юридические аспекты их использования, в том числе в плане соответствия нормативно-законодательным требованиям. “Контент сегодня все чаще рассматривается как объект права, — отмечает Елизавета Астафьева. — Правовые вопросы могут также влиять на формирование финансовых и интеллектуальных показателей компании, если речь идёт о разработке программного обеспечения, о графическом дизайне и т. д. Многие ECM-системы поддерживают версионность контента и позволяют оценивать вклад каждого отдельного пользователя в его создание”.

Некоторые новые возможности, которыми сегодня обладают системы ECM, являются “технологическим ответом” на общие ИТ-тенденции, считает специалист по решениям для организаций здравоохранения и социальной сферы московского отделения Microsoft Дмитрий Великодный, приводя в качестве примера активный переход на облачные модели потребления ИТ. Причины этого понятны: сервисная модель увеличивает производительность труда — сотрудники могут выполнять стандартные рабочие сценарии не только в офисе, но и дома или в пути, используя смартфон либо планшет с доступом в Интернет. Конечно, такая мобильная распределенная модель создает некоторые дополнительные проблемы с обеспечением безопасности, но и тут есть новые решения. В качестве примера он приводит облачную версию AD RMS для защиты данных, при использовании которой облако только генерирует и распространяет ключи, но никогда не получает доступа к документам, так как они не хранятся в нём и не передаются через него. Налицо и экономический эффект: переход к модели подписки снижает совокупную стоимость владения.

Важным трендом, по мнению эксперта, является социализация, которая уже стала реальностью во многих компаниях на Западе. Хотя в России этот тренд пока в начале своего развития, но интерес к нему со стороны отечественных компаний очень велик, поскольку традиционные методы взаимодействия внутри организации уже не так эффективны, как еще несколько лет назад. Руководители начинают понимать, что увеличение круга пользователей ECM-системы может повысить эффективность решения многих задач, и в этой ситуации корпоративные социальные сети уже в недалеком будущем вполне могут стать преобладающим средством коммуникации. Но в то же время Дмитрий Великодный уверен, что рост популярности социальных сетей приведет к тому, что электронная почта, которая сегодня является стандартом корпоративного общения, и системы управления контентом исчезнут. В то же время пользовательские интерфейсы ECM-систем будут становиться все более понятными и легкими в работе.

Руководитель направления ECM компании IBM в России и СНГ Дмитрий Лактионов предлагает разделять существующие тенденции на две группы: популярные, или модные, и те, что обоснованы реальными бизнес-потребностями. При этом он отмечает, что нельзя говорить об однозначной принадлежности конкретной тенденции к той или иной группе, так как всё определяется индивидуальными особенностями региона, заказчика и решаемой задачи. Он подчеркивает: несмотря на то, что основные элементы ECM были сформированы десятилетия назад, технология не застыла, а продолжает динамично развиваться, реагируя на меняющиеся условия. И в этой ситуации сложно говорить, какой из трендов займет прочное место в будущей структуре ECM, так как это процесс эволюционный.

Данные общие соображения он иллюстрирует на примерах конкретных тенденций.
  • SaaS-модель — тенденция, казалось бы, популярная, однако количество ECM-проектов, работающих в рамках сервисной модели, невелико. Это объясняется и нежеланием клиентов передавать свои данные сторонним организациям, которое усугубляется требованиями законодательства, и скудным набором типовых ECM-решений, которые можно предлагать в рамках данной модели (что зачастую связано с отсутствием стандартов в этом вопросе), и неочевидностью выгод от перехода.
  • Мобильность — также популярный тренд, однако в нем больше видится маркетинга, нежели реальной бизнес-потребности. Если задуматься, то мобильность пользователя ECM-системы определяется в первую очередь корпоративной сетевой инфраструктурой и политиками безопасности, а не возможностью работать с любимого планшета или смартфона, которые могут быть дороже не менее мобильных и более функциональных ноутбуков.
  • Социализация — хорошая идея дать пользователям ECM привычные инструменты социальных сетей, но это применимо далеко не для всех задач, так как отсутствие формализованных процессов и излишняя свобода действий нередко приводят к информационному хаосу и снижению эффективности.
  • Case Management. Начинает завоевывать популярность тенденция расширения традиционного BPM/Workflow-инструментария за счет предоставления квалифицированным пользователям возможности выбора или даже формирования путей решения задачи исходя из ее контекста.
  • Поиск и анализ. В связи с ежегодным ростом объемов текстовой информации, когда хранилища могут насчитывать миллионы, а то и миллиарды документов, все острее стоит вопрос обеспечения эффективных средств поиска и автоматического анализа информации, представленной в текстовом виде на естественном языке.

Но кроме технологических тенденций на ECM-рынке важную роль играют и другие тренды, и среди них Дмитрий Лактионов отмечает принятие бизнесом и государством электронных документов и автоматизированных методов работы с ними. Следствием этого глобального процесса являются задачи адаптации законодательства, расширения сферы применения ECM-систем, разработки отраслевых стандартов и т. п.

Несмотря на появление вроде бы качественно новых технологий развитие ECM-рынка в целом идет по сугубо эволюционному сценарию. Отмечая этот момент, руководитель группы Oracle Fusion Middleware технологического консалтинга Oracle СНГ Антон Шмаков говорит, что общие ECM-тренды можно разделить на параллельные течения, которые в совокупности и формируют в целом рынок услуг и решений для управления информацией и её хранения. Здесь можно видеть все современные ИТ-тенденции: развитие технологий облачных вычислений, разработку простого и понятного пользовательского интерфейса, доступ к системам через мобильные приложения, возможность быстрого встраивания в корпоративные системы функций для совместной работы с документами. В то же время развиваются функциональные и интеграционные возможности ECM, благодаря чему системы становятся, если уже не стали, полноценными инфраструктурными ИТ-системами, как, например, LDAP-каталог для управления учетными записями и СУБД для управления структурированной информацией. Новые появляющиеся на рынке продукты сегодня уже имеют или получат в последующих релизах встроенную интеграцию с ECM-системами для хранения вложений, файлов, документов.

Важным моментом является и то, что разработчики ECM-систем ищут новые возможности применения и использования своих продуктов в различных сценариях. Например, есть устойчивый интерес заказчиков к возможностям обработки транзакционных данных, где ECM-система может дать осязаемые преимущества бизнесу, такие как организация сквозного процесса обработки счетов-фактур от сканирования и распознавания бумажного документа и до создания платежного поручения в бизнес-приложении. Следующим логичным шагом в развитии ECM можно назвать использование баз данных NoSQL для хранения файлов. Эта технология позволяет хранить и обрабатывать все имеющиеся данные, причем в комплексе с технологией Hadoop во многих случаях позволяет бизнесу на порядки быстрее и дешевле обрабатывать все увеличивающиеся объемы разнообразных данных.

Все основные современные ИТ-тренды — сервисная модель, облака, мобильность, социальность — представлены сегодня на рынке ECM и оказывают на него влияние. Это отмечают в своих комментариях руководитель направления EIM компании SAP CIS Константин Жуков и региональный директор по продажам в странах СНГ компании OpenText Ханс-Йoрг Кёльбль. Но нужно отдавать себе отчет, что применение любых новшеств начинается лишь тогда, когда заказчики видят их преимущества для бизнеса. И в этой связи оба эксперта отмечают, что сейчас гораздо большее влияние на рынок оказывают платформенные технологии, определяющие всю работу предприятия с бизнес-информацией в настоящем и в будущем. Бытовавший ранее подход “одна задача — одно приложение” себя не оправдал, так как ставит предприятие перед необходимостью огромных административных расходов и затрат на интеграцию приложений. В этой ситуации у заказчиков растет интерес к концепции Enterprise Information Management, включающей в себя все необходимые методологии, модели и технологии по целостному управлению корпоративной информацией. При этом отдельные технологические тренды являются частью этого подхода и занимают там понятное, совершенно точно определенное место.

Другая важная тенденция рынка — все большая ориентация заказчиков на управление информацией и контентом в контексте бизнес-процессов. Как считают оба эксперта, и корпоративная информация, и корпоративный контент хороши тогда, когда они к месту и ко времени и когда они встроены в ключевые бизнес-процессы предприятия. Что же касается Open Source, то, по их мнению, применимость этой модели для решения стратегических бизнес-задач, выражаясь в политкорректных терминах, более чем спорна.

“Рынок ECM уже давно тянут в противоположные стороны две тенденции: с одной стороны, стандартизация функциональности, и с другой, стремление адаптировать ECM-инструменты под задачи конкретной организации”, — отмечает региональный директор Information Intelligence Group компании EMC Russia & CIS Вячеслав Кадников. По его словам, этим двум глобальным тенденциям обязаны своей все большей популярностью отраслевые (вертикальные) решения, которые являют собой попытку стандартизировать задачи, характерные для более узкого сегмента рынка. Появление так называемых “настраиваемых решений” — платформ с возможностью доработки без масштабной доработки кода — также попытка найти компромисс между двумя глобальными тенденциями. Наконец, популярность услуг по модели OnDemand — это попытка избавиться от проблем, сопутствующих использованию преднастроенного решения (вернее, переложить эти проблемы на поставщика), сохранив при этом возможность его развития и адаптации под себя. С технологической точки зрения основная тенденция ИТ-рынка — “уход в облако” — прослеживается и в сфере ECM, но в меньшей степени, поскольку отдавать “в облако” информацию, один из самых оберегаемых активов, хотят далеко не все, отметил он.

Как общие тренды работают в России

Хотя рынок ИТ по своей сути имеет глобальный характер, каждая страна имеет все же свои особенности. И в России национальная специфика в силу ряда причин проявляется весьма сильно, и не будет преувеличением сказать, что как раз в области управления документами это наиболее заметно.

“Только ленивый не говорит о нашем отставании от передового ИТ-мира, но в вопросах, связанных с ECM, имеет место скорее не технологическое, а законодательное и организационно-методологическое отставание”, — утверждает Дмитрий Лактионов. Этими обстоятельствами обусловлены характерные для отечественного рынка тренды, среди которых он выделяет такие: 

  • системное решение вопросов по оцифровке бумажных документов, предполагающее создание рабочих мест по сканированию и распознаванию электронных образов;
  • консолидация разрозненных механизмов хранения контента в рамках единой ЕСМ-системы и предоставление сервисов ECM не только конечным пользователям, но и другим информационным системам (ERP, CRM, АБС и т. п.);
  • постепенный отказ от продуктов класса СЭД (систем электронного документооборота), решающих лишь частную задачу по управлению неструктурированной информацией, с переходом к полноценному использованию ECM-технологий.

В то же время вполне в соответствии с общемировыми тенденциями многие государственные и коммерческие структуры начали серьезно задумываться о построении эффективных методов поиска и анализа по источникам текстовой информации. В меньшей степени, но все же начинает проявляться и тренд по адаптации законодательства к современным методам работы с неструктурированной информацией, постепенно формируется законодательная база, допускающая легитимное использование электронных документов и систем по работе с ними для решения определенных задач.

А вот Константин Жуков и Ханс-Йoрг Кёльбль считают, что не нужно слишком явно отделять Россию от остального мира и тем более позиционировать ее как менее передовую в области ИТ по сравнению с другими странами, — Россия давно стала неотъемлемой частью мировой экономики, и ее роль на мировых рынках все более возрастает. При этом нужно понимать, что путь интеграции в мировое экономическое пространство никому не давался легко. Основные тренды в области развития ЕСМ в полной мере проявляются и в нашей стране, здесь представлены те же вендоры, что и на мировых рынках, их позиционирование и динамика присутствия в целом соответствуют общемировым. Западные ECM-поставщики относят Россию к категории развивающихся рынков, потому что ее потенциал как ведущей ЕСМ-державы еще не раскрылся полностью, при этом опыт говорит о том, что сложные ECM-проекты с интеграцией с ERP-системами выполняются тут на самом современном уровне, ничуть не слабее и не хуже, чем в Центральной Европе. Хотя по количеству мы пока отстаем от мировой статистики, в то же время ряд реализованных в России проектов (в частности, связанных с управлением проектно-сметной документацией, с архивами персональных документов, с архивами фото-, кино- и видеоматериалов) и для остального мира являются в определенной степени инновационными, считают оба эксперта.

Конечно, есть и специфические для России тенденции. В качестве первой Константин Жуков и Ханс-Йoрг Кёльбль называют любовь российских компаний к задачам управления административными документами и связанный с этим пиетет перед карточками документов. Этим Россия отличается от остальной части света, где основное внимание уделяется бизнес-документам и бизнес-процессам. Вторая тенденция, связанная с первой и не менее удивительная, — количество новых приложений для автоматизации работы с административными документами, которые появляются постоянно, буквально каждый день! Их общий технологический уровень относительно невысок, и он не может существенно улучшиться из-за ограниченного количества внедрений. Видимо, должно пройти еще какое-то время, чтобы ситуация стабилизировалась.

Вячеслав Кадников также заявляет о своем несогласии с бытующей манерой противопоставлять Россию некому “передовому ИТ-миру”: “В нашей стране проявляются все современные тенденции развития ECM-решений с поправкой, конечно же, на локальное законодательство. Запрет (по моему мнению, вполне логичный) на хранение информации за пределами страны, а зачастую и за пределами организации для госорганов и госкомпаний существует во многих государствах, но у нас доля связанного с государством рынка настолько велика, что оставшаяся часть недостаточна для массового развития рынка OnDemand и облаков”. В качестве специфической местной тенденции он отмечает необходимость совмещать в едином ECM-пространстве задачи организационно-распорядительного (канцелярского, гостовского, внутреннего и т. п.) документооборота, характерного для постсоветского пространства, и общемировые требования к ИТ-поддержке работы с информацией, характерной для соответствующей отрасли или компании. К сожалению, решить эту задачу удается далеко не всем.

“Существенных различий между российским и мировым рынком нет”, — констатирует Антон Шмаков, но далее он уточняет: “Как всегда, есть небольшое отставание в восприятии новых решений и технологий, и ECM тут не исключение. Существуют у российских заказчиков и отдельные специфичные требования к ECM-системам”. Но главным, по его мнению, является то, что в России есть правильное восприятие идей ECM и конкретных решений: все больше заказчиков понимают, что такое ECM, какие она может решать задачи и чем она отличается от системы электронного документооборота.

Как считает г-н Шмаков, следующей особенностью местного рынка является задача обеспечения юридически значимой электронной цифровой подписи (ЭЦП), будь то задачи СЭД или электронное хранение файлов в рамках ECM. И это при том, что на самом деле разворачивание инфраструктуры открытых ключей PKI с удостоверяющим центром — это отдельная задача, в которой больше не технических работ, а организационно-правовых, причем силами самого заказчика. Если можно так сказать, ECM является потребителем уже готовых сервисов ЭЦП. Но тем не менее юридически значимая ЭЦП востребована в составе решений ECM. Вопросы по безопасности, предъявляемые к обрабатываемой информации, являются основными сдерживающими факторами в развитии облачных сервисов во всем мире, но особенно это характерно для России. Заказчики всегда хотят большего функционала для обеспечения сохранности обрабатываемого и поставляемого контента. В том числе желательно иметь возможность управления контентом даже за пределами периметра безопасности компании.

Антон Шмаков отмечает для России также устойчивый интерес к так называемому решению Imaging, которое позволяет организовать сквозную обработку данных от бумажного носителя информации до создания в бизнес-приложении соответствующих сущностей в рамках одного бизнес-процесса. И еще одна востребованная возможность — морфологический поиск на русском языке.

“В нашей стране, к сожалению, к новым трендам относятся настороженно, — считает Елизавета Астафьева. — Интерес к облачным и социальным возможностям ECM пока только зарождается. А вот мобильные технологии, напротив, уже несколько лет пользуются популярностью среди руководителей многих российских компаний”. Она отмечает, что российские государственные структуры довольно часто интересуются сертификацией ECM-продуктов по требованиям безопасности информации. В нашей стране, по ее мнению, как и во всем мире, заметна тенденция отхода от классического документооборота к более гибким ECM-решениям, построенным с использованием открытых технологий и способным реализовать специфические требования конкретных заказчиков. Но в России этот процесс идет медленно, встречая на своём пути бюрократические преграды. Так, например, инструменты для совместной работы сотрудников с документами и средства создания “гибких” бизнес-процессов только начинают внедряться. Правда, сейчас наблюдается процесс постепенной адаптации основных правил организации документооборота к общемировым стандартам; этому способствует то, что российские компании выходят на иностранные рынки и вынуждены соответствовать их требованиям.

Дмитрий Великодный смотрит на вопрос национальных особенностей с оптимизмом: “Главное преимущество российского ИТ-рынка на рынке ECM-систем — это возможность проскочить так называемый этап “модернизации”, мы можем отталкиваться от опыта зарубежных коллег, использовать передовые технологии и адаптировать их под конкретные задачи бизнеса. Если совсем недавно как одну из специфических проблем мы выделяли каналы связи, то в последние годы ситуация, безусловно, налаживается”.

Как от СЭД перейти к ECM

Различные общемировые тенденции проявляются в нашей стране в разной степени, но в целом они состоят в том, что Россия находится на пороге перехода к осознанному и целевому применению ЕСМ-технологий. Отмечая этот общий момент, Дмитрий Лактионов поясняет: “Поскольку уже сейчас многие отечественные компании имеют очень широкий спектр потребностей, связанных с решением вопросов по работе с электронными документами и другой неструктурированной информацией, есть уверенность, что в ближайшем будущем мы все же перестанем пользоваться терминологией СЭД и перейдем к общепринятому термину ECM, предполагающему гораздо более полную инструментальную палитру”. Развивая эту мысль, он говорит, что предложения международных вендоров формируются в жесткой конкурентной борьбе на передовых ИТ-рынках, так что они хорошо соответствуют требованиям, как мировым, так и российским. Что же касается разработок отечественных компаний, то они во многом определяются требованиями местного рынка, а следовательно, за редким исключением обладают не столь богатым функционалом, зачастую опирающимся на решения десятилетней давности.

На этот же аспект обращает внимание Дмитрий Великодный: “Сейчас на рынке присутствуют две исторически сложившиеся основные группы игроков. Первая — это поставщики традиционных ECM-решений, ведущих свою “родословную” ещё из 1980-х. Эти решения, как правило, обладают очень богатым функционалом, но они сложны для освоения пользователями, так как требуют специфических навыков, познаний в терминологии ECM и обладают устаревшим, перегруженным интерфейсом. Вторая группа — это компании “новой волны”, порождение современного Интернета и Web 2.0. Их решения, как правило, весьма просты для освоения, обладают привлекательным интерфейсом и поддержкой широкого спектра клиентских операционных систем. Но при этом традиционные возможности ECM-систем (политики хранения, многостадийные рабочие процессы и др.) принесены в жертву удобству использования в простых сценариях взаимодействия в рабочих группах”. Он считает, что сегодня в выигрышном положении на российском рынке находятся те, кто предлагает единое решение для выполнения разных рабочих задач, находя “золотую середину”, например, в виде сочетания наиболее востребованных возможностей классической ECM-системы и поддержки сценариев простой и быстрой работы в группах и взаимодействия с внешними контрагентами.

Традиционная ориентация на жесткие рамки классического документооборота заложена в технологическую архитектуру многих российских разработок, это мешает развитию и использованию таких продуктов в современных условиях. В этой ситуации гибкие ECM-системы, основанные на мировых стандартах, просто необходимы современному российскому бизнесу, уверена Елизавета Астафьева. По ее мнению, хотя многие в России все еще относятся к открытым технологиям с некоторым недоверием, в большом бизнесе и государственных структурах интерес к ним постоянно растёт, поскольку именно они обеспечивают не только большую гибкость и возможность доработки в соответствии с требованиями заказчика, но и возможность встраивания создаваемых систем в уже имеющуюся ИТ-инфраструктуру. Она уверена, что благодаря своим технологическим преимуществам, существенному сокращению финансовых затрат на лицензионные отчисления, а также хорошим перспективам для сертификации по требованиям безопасности информации Open Source-технологии рано или поздно получат широкое признание и распространение в нашей стране. Что касается мобильных, социальных и облачных технологий, то они уже покорили мировые рынки ECM-систем, а в России всё идёт к тому, что пусть и с опозданием, но всё же произойдёт аналогичный процесс.

Антон Шмаков считает, что не стоит жестко противопоставлять СЭД и ECM, рассматривая первое как частное решение в рамках второго. В то же время нужно понимать, что переход от частного к общему порой бывает просто невозможен: “Иногда сталкиваешься со случаями, когда заказчики, реализовавшие решения СЭД, потом приходят к выводу, что из этой системы невозможно получить какой-либо дополнительный функционал, как в ECM-системе, например, невозможно просто интегрироваться с внешними системами хотя бы в силу закрытости кода. Тогда приходит понимание, что необходимо другое решение, и, возможно, другого класса. Именно поэтому, когда заказчик выходит с требованием внедрения СЭД, он должен понимать все плюсы и минусы данной системы: какие есть ограничения и не будут ли они потом мешать в реализации других бизнес-задач, — сказал он. — С другой стороны, разработчики СЭД при развитии своих систем должны учитывать формирующиеся потребности заказчиков и, конечно, основные тренды на этом рынке, в частности предоставлять гибкость своих решений. СЭД как самодостаточная система уже не настолько интересна, и ее рынок будет ограниченным”. В целом он делает такой вывод: российский рынок уже генерирует потребность в более гибких и интегрируемых системах, умеющих наращивать как функционал, так и производительность.

В свою очередь Вячеслав Кадников обращает внимание на другой интересный момент: любая уникальная для локального рынка задача, с одной стороны, затрудняет применение лучших мировых практик, а с другой — помогает работающим на рынке специалистам больше думать головой и решать нетиповые задачи, что самым положительным образом сказывается на их квалификации. Соответственно западные ECM-поставщики могут использовать то преимущество, что в России существует достаточно профессиональное ECM-сообщество. “Поверьте, по сравнению со многими другими странами, полностью ориентирующимися на “лучшие мировые практики”, ситуация с ресурсами у нас гораздо более выигрышная”, — отмечает эксперт. По его мнению, российский рынок все-таки пока не регулируется искусственно (хотя попытки такие есть), поэтому заслон на пути проникновения лучших мировых практик поставить невозможно. Большинство ведущих мировых вендоров хорошо представлено в России, при этом у них есть немало локальных решений, ориентированных именно на местные условия.

Препятствия на пути инноваций и методы их преодоления

По мнению Дмитрия Великодного, внедрение любой информационной системы — это, как правило, решение конкретной бизнес-задачи. Поэтому в общем случае внедрение ECM не подразумевает каких-то инноваций в действующей ИТ-инфраструктуре, но все же необходимо четко понимать цели такого внедрения, зафиксировать и детализировать их, подготовить персонал к использованию ECM, обеспечить безопасность данных. Таким образом компания сможет минимизировать проблемы как технические, так и связанные с человеческим фактором.

Никаких особых трудностей не видит и Дмитрий Лактионов: “Уже не надо никому доказывать, что работать с электронными документами гораздо удобнее, что автоматизация процессов позволяет повысить не только эффективность работы и скорость выполнения задач, но и прозрачность всех операций и их безопасность. Тренд в принятии ECM-технологий положительный. Дальнейшая же политика государства будет определять, насколько быстро эти технологии займут полагающееся им место. Это произойдёт либо эволюционно, через поэтапное приятие тех или иных элементов ECM по мере необходимости, либо посредством “революции сверху”, когда государство займет роль формирователя стандартов и требований, обеспечивающих эффективное построение информационного общества”.

А вот Елизавета Астафьева все же видит препятствия на пути новшеств: традиционное нежелание что-либо менять, недостаточное финансирование и отсутствие квалифицированных специалистов. Сегодня многие в нашей стране все еще скептически относятся к внедрению мобильных, социальных, облачных, открытых и других новейших технологий. Есть и проблема недостаточной осведомленности о новинках ECM-рынка среди российских заказчиков. Нередко появляются запросы на разработку систем с теми или иными функциональными возможностями при том, что такие возможности уже давно реализованы в современных ЕСМ-продуктах, представленных на нашем рынке. По ее мнению, для устранения подобных трудностей необходимо понимать последствия технологического отставания от своих конкурентов: “Многим нашим организациям и компаниям недостаточно положительного опыта европейских и американских компаний, им хочется видеть больше российских примеров, где современные ЕСМ-решения использовались бы успешно в течение длительного времени. Однако таких примеров пока мало, они только начинают появляться. Для введения инноваций необходимо рискнуть, но многие не решаются, хотя налицо все признаки того, что консервативная стратегия проигрышна”, — считает она.

Инновациям везде бывает непросто пробиться к успеху на рынке, вряд ли в России имеются силы, заинтересованные в блокировании технологических новшеств, полагают Константин Жуков и Ханс-Йoрг Кёльбль. По их мнению, российское руководство предпринимает реальные шаги для того, чтобы процесс внедрения инноваций ускорился и стал более результативным, в качестве примера достаточно сослаться на проект Сколково. Реальным и наиболее мощным стимулом внедрения инноваций всегда и везде являются законодательство и потребности бизнеса. Если государство будет последовательно внедрять законы, обеспечивающие юридическую значимость электронных документов и возможность их приема как доказательств в судах, то это даст огромный стимул для развития технологий архивирования и управления официальными документами (записями). Создание благоприятного климата для бизнеса в стране, поддержка российских экспортеров, стимулирование внутреннего рынка, развитие ключевых отраслей — в первую очередь промышленности, банковского сектора и розничной торговли — даст необходимый спрос на задачи управления корпоративной информацией и бизнес-контентом.

“Если инновация действительно полезна, то никакие препятствия ее не остановят, — уверен Вячеслав Кадников. — А если инноватор кричит, что нужно кого-то или что-то срочно устранить, желательно с помощью нового закона, приказа или распоряжения, значит, с инновацией не всё здорово. Мы предпочитаем спокойно работать, знакомить наших клиентов со своими наработками и идеями, развивать партнерскую сеть и не звать кого-то устранять препятствия на нашем пути”.

Версия для печати (без изображений)