15 сентября в «Ведомостях» вышла статья, в которой со ссылкой на четыре неназванных источника в крупных производителях программного обеспечения сообщалось о том, что Минкомсвязи хочет поддержать отечественных разработчиков ПО из средств специального фонда, в который будут перечисляться до 10% от объема продаж в России лицензий на ПО как российских, так и зарубежных разработчиков. Эта публикация была растиражирована практически всеми популярными интернет-ресурсами и вызвала немалый интерес у ИТ-общественности. В связи с этим мы обратились к ряду экспертов с предложением обсудить плюсы и минусы такого возможного варианта поддержки разработки ПО в России.

Президент ассоциации Russoft Валентин Макаров выделил две группы аргументов — «за» и «против» данной инициативы.

Вот его аргументы «против»:

1. Введение налога с продаж ПО вызовет соответствующий рост стоимости ПО (и предоставления услуг по его установке и поддержке) для клиентов. Такой подход однозначно ведет к замедлению рынка и потерям производителей ПО.

2. Такой налог также ведет к снижению эффективности внедрения ИТ во всех сегментах экономики, а значит к потере конкурентоспособности экономики в целом.

3. С точки зрения международного права такой налог направлен прямо противоположно мировой тенденции снижения накладных расходов на продукцию ИТ-индустрии, которая выражается в «Соглашении об ИТ» (IT-Agreement), который регулирует отношения на рынке ИТ-продукции и средств производства ИТ в рамках ВТО;

4. С точки зрения внутреннего рынка введение налога в пользу нескольких компаний существенно повышает риски искажения рынка в пользу нескольких крупных производителей (прежде всего, государственных) против интересов малого и среднего бизнеса.

«Все эти аргументы затрагивают интересы индустрии, которая сейчас является одним из немногих примеров успешного достижения российской экономикой уровня мировой конкурентоспособности, — резюмировал он. — И у этой индустрии есть набор предложений, как организовать программу импортозамещения, не требуя дополнительных расходов госбюджета, используя существующие госинструменты развития и бюджеты предприятий, в которых необходимо произвести импортозамещение».

Однако Валентин Макаров перечисляет и доводы «за» введение налога. Он предполагает, что авторы проекта (если таковой вообще существует) могли руководствоваться двумя главными аргументами:

1. Предлагается новый источник финансирования программы импортозамещения, не требующий увеличения расходов бюджета.

2. За счет этого источника предполагается финансировать программу импортозамещения, то есть решать задачу, указанную Президентом.

«Оба аргумента „за“ основываются на административных подходах, не учитывающих интересы индустрии в целом, — говорит Валентин Макаров. — Предложение о введении налога с продаж ПО, если оно будет выдвинуто министерством, явится по сути первым примером активного вмешательства государства в дела индустрии, которое может существенно исказить рыночную конкурентную среду. Учитывая, что ИТ-индустрия до этого развивалась практически без воздействия государства, и развивалась успешно, то можно предположить, что такой сильный первый шаг на пути ее регулирования может нести в себе и большие риски».

Представляют интерес замечания юриста Deloitte Василия Маркова, которые он высказал Валентину Макарову и согласился предать гласности. «Я не знаю деталей рассматриваемого предложения... Но в целом, при очень большом желании и грамотной проработке можно соорудить работающий механизм взимания сбора...», — считает он.

Однако юрист Deloitte отмечает, что обсуждаемые инициативы идут вразрез с концепцией развития ИТ-отрасли, изложенной в распоряжении Правительства от 1 ноября 2013 г. № 2036-р «Об утверждении Стратегии развития отрасли информационных технологий в Российской Федерации на 2014–2020 годы и на перспективу до 2025 года». Согласно этому распоряжению базовыми принципами развития ИТ-отрасли являются улучшение институциональных условий при минимальном прямом регулировании и сохранение конкурентного характера развития отрасли.

«Инициаторы предложения, возможно, не учитывают особенности рынка продажи ПО, — полагает Василий Марков. — Во-первых, всегда есть гибкость в формировании предложения. Часть уплачиваемой суммы приходится на лицензию, часть на внедрение продукта, часть на обслуживание, и распределение сумм по этим позициям может очень сильно варьироваться. Во-вторых, продажу большого количества продуктов можно структурировать через продажу сервисов (SaaS), в том числе и от специально созданных для этого зарубежных компаний. В-третьих, ПО — нематериальный объект, и возможностей для структурирования сделки по его продаже обычно гораздо больше, чем для материальных объектов. Поэтому есть опасения, что даже при детально проработанном механизме взимания сбора эта инициатива приведет прежде всего к увеличению затрат бизнеса на специальное структурирование покупки ПО, и в меньшей степени будет способствовать наполнению фонда».

Генеральный директор компании «Доктор Веб» Борис Шаров обращает внимание на то, что речь идет о [гипотетической] инициативе Минкомсвязи — министерства, «которое до недавнего времени, вообще не считало необходимым работать в направлении импортозамещения, в частности, ссылаясь на неопределенность термина „отечественный производитель ПО“. Теперь импортозамещению дается зеленый свет — но разбираться в том, кто отечественный, а кто нет, Минкомсвязи по-прежнему недосуг — налог предлагается брать со всех подряд. То есть, вводится целевой налог на, казалось бы, благое дело — развитие отечественной разработки ПО. За все опять заплатит потребитель (кстати, интересно, что налогом обложат, скорее всего, и маржу канала дистрибуции ПО, а не только саму стоимость лицензии, которая поступит к производителю). Таким образом, потребителям предложат оплатить дальнейшие разработки ПО, которые будут названы отечественными».

В случае создания упомянутого выше специального фонда он видит три проблемы:

1. Это может привести к тому, что субсидироваться будут иностранные производители софта (им достаточно будет открыть в России фирму, в которой 25%+1 акция будет у российского государства). Несложно представить, к чему это может привести.

2. Сама идея распределения денег из фонда между «достойными» компаниями — не раз опробованный путь к росту коррупции.

3. Все ПО немедленно подорожает как минимум на 10% . Видимо, это ровно то, что, по мнению Минкомсвязи, нужно софтверной отрасли в России для дальнейшего роста.

Изложение своей позиции Борис Шаров завершил словами: «Как отечественная компания, с самого начала разрабатывавшая ПО без какой-либо помощи государства, считаем движение государства в этом направлении неправильным».

«Идею я считаю довольно бредовой», — заявила нам генеральный директор InfoWatch Наталья Касперская. Вот ее доводы:

1. Она очень трудно реализуема. Что значит — забирать 10% от объема продаж? Большинство вендоров не имеет мегаприбылей. Их чистая прибыль может колебаться от 0 до 30%. Что делать, если прибыль, скажем, меньше 10% от оборота? Значит, работать себе в убыток? Сокращать персонал или что? В этом случае вендоры будут всячески занижать свои доходы или пытаться их перераспределять. Мы получим вместо дохода снижение оборотов по индустрии.

2. Даже если таким образом будет создан какой-то фонд, то как он будет распределяться? Кто будет его контролировать? Какова вероятность, что средства будут употреблены на благое дело?

3. Сейчас в России создано много государственных и полугосударственных фондов, которые инвестируют в ИТ. Гораздо разумнее было бы структурировать и использовать их, чем создавать еще один, непонятно какой.

4. 10% от общей суммы финансирования — слишком мало, чтобы серьезно повлиять на финансирование серьезных проектов.

«Минусы я перечислила, а плюсов я не вижу никаких», — резюмировала Наталья Касперская.


Версия для печати