Последнее десятилетие явилось порой безвременья для российских промышленных предприятий. В стране интенсивно управляли финансовыми и малопроизводственными потоками. Выставки и конференции, посвященные технологиям автоматизации, становились праздниками бухгалтерского учета. Термины “бюджетирование”, “управленческий учет”, “бизнес-процессы” завораживали и увлекали за собой технических специалистов, потому что относились к сфере, где можно было заработать приличные деньги. И профессионалы в области промышленной автоматизации занялись внедрением систем административно-хозяйственного управления и многие из них даже нашли себя в управленческом консультировании. Престиж профессии в немалой степени был утерян. Но времена меняются, и симптомы возрождения отечественной промышленности позволяют надеяться на то, что получит развитие и сфера промышленной автоматизации, внедрения АСУ ТП в России.

Мы решили поговорить с представителями отрасли и представить их взгляд на сложившуюся в ней ситуацию, а также на ожидающие ее перспективы.

На вопросы отвечали:

- Лев Анзимиров, президент “АдАстры”;

- Юрий Баклушин, ведущий менеджер по проектам ICOS;

- Адриано Каллегари, коммерческий директор Interf;

- Сергей Кузнецов, директор Olly-GMA, Санкт-Петербург;

- Антон Левенков, отдел промышленной автоматизации “ИнСиса”;

- Андрей Любашин, директор отраслевых проектов “РТСофта”;

- Владимир Матвеев, директор “ПЛК-Систем”;

- Михаил Перцовский, директор Лаборатории автоматизированных систем;

- Юрий Попович, главный инженер проекта АСУ Гипроуглеавтоматизации;

- Ольга Синенко, генеральный директор “РТСофта”;

- Норберт Хаузер, вице-президент по маркетингу PEP Modular Computers;

- Валерий Шумилов, председатель совета директоров “Моста-СК”.

Оговорюсь сразу, что состав участников обсуждения специально не подбирался. Мы брали интервью при любой удачной возможности - во время выставок, конференций, круглых столов, и как только поняли, что материала набралось достаточно, решили его опубликовать.

Верны ли оптимистические прогнозы?

Назову два косвенных признака, указывающих на то, что ситуация с промышленной автоматизацией в России начинает выправляться.

Во-первых, на рынок приходят новые игроки. Так, ряд крупных системных интеграторов (“АйТи”, IBS и др.), зарекомендовавших себя десятилетним опытом выполнения проектов по внедрению систем ИТ-управления, построению вычислительной среды, видит для себя новую точку приложения сил - на рынке промышленной автоматизации.

Во-вторых, предприятия готовы выделять на это средства. Например, наблюдается повышение спроса на дорогостоящие системы машинного зрения в пищевой, металлургической и других отраслях промышленности. “Возрастание за последние полгода спроса на такие системы связано с тем, что для отечественных предприятий проблема обеспечения высокого качества продукции выходит на первый план на фоне конкурентной борьбы с западными производителями”, - говорит Антон Левенков.

Ольга Синенко сформулировала причины позитивных изменений, происходящих в России:

“Первая причина - глобальная: в настоящее время во всем мире идет смена поколений систем промышленной автоматизации, что случается примерно раз в 10-12 лет. Вторая свойственна именно российскому рынку. Износ основных фондов большинства отечественных промышленных предприятий достиг показателя 70%, и, чтобы избежать обширного кризиса, нельзя откладывать их модернизацию. Третий фактор, также внутренний, появился благодаря политической устойчивости в стране, позволившей руководителям предприятий строить долгосрочные планы развития, скажем на 3-5 лет. Они морально готовы тратить немалые деньги на покупку средств, эффект от применения которых можно будет увидеть при жизни. Четвертый фактор - зрелость рынка: ИТ проникают на уровень заводского управления технологическими процессами, а руководители предприятий начинают осознавать важность информации, поступающей с нижнего уровня. Соотношение, сложившееся сегодня в России между объемами сегментов автоматизации и ИТ, явно не отвечает условиям эффективного управления промышленными предприятиями снизу доверху. По моей оценке, это соотношение должно составить 3:1”.

А существует ли АСУ ТП как отрасль в России?

Интересно, что вопрос, к какой отрасли относится его компания, у некоторых из моих собеседников вызвал затруднения. С одной стороны, предлагалось отнести свою деятельность к ИТ-индустрии, а с другой - к той отрасли промышленности, в которой выполняются проекты, например к нефтеперерабатывающей. Вторая точка зрения, наверное, основывается на том, что многие компании сформировались на осколках бывших проектных институтов (в советское время в каждой отрасли был свой проектный институт). Но в конце концов все собеседники согласились, что промышленная автоматизация существует в нашей стране как отдельная отрасль. Наиболее удачное определение дал, на мой взгляд, Адриано Каллегари: “В центре внимания отрасли - управление и контроль физического процесса, будь то химическое производство, сборка на автомобильном конвейере, управление домашней техникой или что-нибудь подобное”.

Взгляд PEP Modular Computer на вертикальную интеграцию систем управления промышленным предприятием

Согласно экономической теории, различные компании принадлежат к одной отрасли, если производят сходный продукт и конкурируют на рынке. В промышленной автоматизации и АСУ ТП таким продуктом можно считать услуги по поставке оборудования, программных средств и системной интеграции в рамках комплексного проекта по автоматизации промышленного объекта. “Сегодня в России, с одной стороны, появились крупные частные компании, способные взять на себя роль генподрядчика, потому что имеют опыт выполнения крупных проектов и квалифицированных специалистов; а с другой, мелкие компании, прежде специализировавшиеся в узких предметных областях, готовы к такому объединению в рамках проекта”, - считает Андрей Любашин.

Перечислим участников комплексного проекта. Во-первых, это поставщики базовых аппаратно-программных средств (БАПС), соответствующих нескольким уровням: датчики, исполнительные механизмы, контроллеры, ПО контроллеров, промышленные сети, интегрирующие объекты базового уровня (интерфейсы, OPC-серверы). Во-вторых, поставщики SCADA-систем и соответствующего инструментария. В-третьих, проектировщики автоматизированных технологических процессов. Даже в одной отрасли предприятия отличаются друг от друга составом и принципом распределения оборудования, поэтому “к специфике проектов по промышленной автоматизации относится уникальность каждой создаваемой системы”, как говорит Сергей Кузнецов. И наконец, четвертый участник - разработчик базовых технологий автоматизации; назовем его системным интегратором по промышленной автоматизации. Род деятельности своей компании - системного интегратора - Ольга Синенко сформулировала так: “Экспертиза в области технологий, средств и инструментария построения распределенных систем контроля и управления оборудованием”. При этом она пояснила принципы взаимодействия с отраслевыми системными интеграторами: “Так как экспертиза в области проектирования технологических процессов для каждой отрасли нарабатывается годами, “РТСофт” выполняет настройку общих технологий под специфику конкретного производства в содружестве с проектным институтом или отделом АСУ ТП предприятия”. Понятно, что не всегда четко разделяются роли между разными участниками проекта. Например, поставку набора БАПС или каких-то его компонентов и работы по “общей” системной интеграции может выполнять одна и та же компания.

В рамках проекта промышленной автоматизации часто осуществляется поставка средств автоматики, специального оборудования, а иногда и станков. Обычно это оборудование покупает у производителя или дистрибьютора и поставляет для проекта отраслевой системный интегратор. Например, свои средства по защите производственного оборудования от взрывов фирма Interf продает либо западным интеграторам, работающим в России (ABB, Foxboro и др.), либо крупным конечным пользователям, которые имеют собственные подразделения автоматизации, таким, как компания “Лукойл”.

Западные интеграторы также занимают свою нишу на российском рынке. “Если цена имеет важное, но не главное значение, а на первое место выходят надежность и безопасность работы предприятия-гиганта, то срабатывает присущий отрасли консерватизм. Проектировщики выбирают вендора и продукты на основе прецедентов в мировой практике - ссылок на успешные проекты. И так как в мире можно насчитать сравнительно немного крупных предприятий аналогичного профиля (скажем, металлургических комбинатов), то выбор оказывается невелик”, - говорит Сергей Кузнецов.

Отечественные и западные SCADA-системы конкурируют на российском рынке. По мнению Льва Анзимирова, “западные системы ориентированы на небольшие процессы и поэтому не могут использоваться на наших заводах-гигантах, доставшихся России в наследство от советской промышленности”.

Трудная задача - классификация проектов промышленной автоматизации. “Будь то проект автоматизации цеха, предприятия или Каспийского трубопроводного консорциума - все они относятся к сфере промышленной автоматизации и АСУ ТП”, - размышляет Михаил Перцовский. Оценивать сложность проекта эксперты предлагают по таким критериям, как количество сигналов, быстродействие, сложность алгоритмов, количество датчиков, территориальная распределенность, объем работ по конфигурированию и внедрению SCADA и т. д.

К основным сегментам рынка промышленной автоматизации относятся промышленность в целом с разбиением по отраслям, а также энергетика, транспорт, промышленные здания и жилищно-коммунальное хозяйство, телекоммуникации, военные и специальные области применения.

Рынок промышленной автоматизации и АСУ ТП сохраняет свою корпоративность, закрытость. Серьезных компаний здесь мало и все они хорошо просматриваются. “В промышленной автоматизации проекты выполняются “по гамбургскому счету”, и если где-то внедренная система не заработала - об этом тут же узнают все. Решение принимается “на основе прецедентов” на уровне начальников отделов АСУ ТП, цехов и других технических менеджеров, которые весьма близки к производству и отвечают за свой выбор спокойной жизнью”, - считает Лев Анзимиров.

Большой проблемой в отрасли является недостаток квалифицированных кадров. Владимир Матвеев, больше 30 лет проработавший в сфере промышленной автоматизации, отмечает: “За последние 10 лет разрушены школы в разных отраслях промышленности, почти исчезли специалисты. Старая гвардия пока работает, но молодых кадров нет! Те же, кто приходит, не имеют производственного опыта, не знают ни современных технологий, ни стандартов. К сожалению, многие из недавно появившихся компаний, не понимая до конца всей сложности проектов, берутся за роль генподрядчика. А ведь если опасными промышленными объектами займутся дилетанты, риск будет огромным!”.

Важную роль в любой отрасли играют стандарты. В России по сути начата разработка отраслевых стандартов, которой занимаются “+департаменты автоматизации крупнейших газовых, нефтяных, траспортных, машиностроительных и других холдингов. - говорит Андрей Любашин. - Одна из задач таких департаментов - создание отраслевой (корпоративной) концепции автоматизации. В ней описываются не только аппаратно-программные средства, которые должны быть использованы при построении информационной системы, но и стандарты. Хочется пожелать, чтобы при разработке концепций учитывались современные технологические тенденции и стандарты, которые приходят к нам из-за рубежа”. По мнению Владимира Матвеева, “+некоторые отечественные стандарты устарели, но сохраняют свою директивную силу”.

Очень близко к стандартизации продуктов и технологий примыкает вопрос лицензирования. Отмечая немалое значение деятельности регулирующих органов (например, они могут способствовать тому, чтобы от отрасли были отсечены неквалифицированные специалисты), тем не менее многие собеседники считают, что система лицензирования нуждается в реформировании. Так, “лицензирование является узким местом при тиражировании фрагментов решений по автоматизации горно-рудных объектов: при любом изменении конфигурации требуется повторное лицензирование, а стоимость лицензий может сравняться со стоимостью самого решения”, - знает по собственному опыту Сергей Кузнецов.

Конструктивную роль государство может сыграть и в согласовании интересов различных ведомств. На примере угольной отрасли Юрий Попович видит, что во многих случаях “комплексный проект не выполняется потому, что бывает трудно согласовать схему финансирования проекта различными ведомствами”.

Современные технологические тенденции

У истоков формирования мировой отрасли стояли мультинациональные корпорации: ABB, Rockwell, Honeywell, Siemens, Invensys и другие. Эти компании выпускают продуктовые линейки, поддерживающие всю цепь поставок для комплексного проекта. Длительное время они сохраняли монополию на рынке с помощью закрытых стандартов на монолитные программно-технические комплексы (ПТК). Ситуация изменилась в начале 90-х, когда появилось множество сравнительно небольших компаний, которые стали продавать отдельные компоненты на порядок дешевле, чем комплексные решения от корпораций. Примерно тогда же приобрела широкое распространение PC-платформа и началась революция SCADA-систем. Инструментарий SCADA-систем, до этого доступный только сотрудникам Honeywell, Foxboro, Siemens и других корпораций, попал в руки инженеров на предприятиях, получивших возможность самостоятельно конфигурировать и программировать системы. Лев Анзимиров обращает внимание на интересную деталь: “Сегодня, имея дело с пакетами от Wonderware, Intallusion и т. д., большинство специалистов под SCADA понимают программное приложение и инструментарий по его конфигурированию, но перечисленные корпорации продолжают продавать закрытые программно-аппаратные комплексы диспетчерского управления и сбора (накопления) данных”. Однако и корпорации были вынуждены перейти к продаже компонентов - контроллеров, ПО, драйверов и др. - по отдельности.

Дальнейшее развитие мирового рынка эксперты связывают с широким распространением ряда открытых стандартов.

Во-первых, на промышленные шины. Всего в отрасли используется около 25 несовместимых друг с другом коммуникационных протоколов. Образованы консорциумы, объединяющие пользователей того или иного протокола, например FieldBus в США или ProfiBus в Европе. Применение конкретного протокола в большой степени зависит от отрасли.

Во-вторых, на обмен данными в реальном времени. В основном используются три конкурирующие технологии: OPC (спецификация Microsoft; не зависит от языка программирования; развитием занимается OPC Foundation), CORBA (спецификация, которая не зависит ни от операционной платформы, ни от языка, ни от среды программирования, развитием занимается OMG) и Enterprise Java Bean (не зависит от операционной платформы; зависит от языка программирования). Ведется энергичная работа по сближению всех трех технологий.

Появление перечисленных стандартов в середине 90-х годов приблизило решение задачи по интеграции верхнего и нижнего уровней управления предприятием, а также по горизонтальной интеграции различных технологических подсистем на промышленном предприятии (см. рисунок). Идеи всеобщей интеграции громко звучали в середине 80-х, когда в Советском Союзе многие увлекались ГАПами (гибкое автоматизированное производство), но тогда это был лишь красивый лозунг, не подкрепленный реальными технологиями. Понадобилось 10 лет, в течение которых сферы АСУ и АСУ ТП существовали изолированно друг от друга и у нас, и на Западе, чтобы обсуждение проблемы интеграции перевести в практическое русло.

На промышленную вычислительную среду оказывают влияние новые технологии, присущие ИТ-индустрии, в частности, применение модели вычислений по образцу интернета (например, концепция Transparent Factory от Schneider Electric предполагает организацию межсетевого обмена в масштабах всего предприятия на основе Ethernet и протоколов TCP/IP), внедрение порталов, предоставление мобильного доступа, организацию спутниковой и сотовой связи и т. д.

Очень важной тенденцией, к тому же имеющей прямое отношение к развитию российского рынка промышленной автоматизации, является перераспределение функций между программной и аппаратной частями промышленной вычислительной платформы в пользу первой - так называемый подход “softlogic”. “По сути softlogic - это ПК-революция, докатившаяся до сферы промышленной автоматики, когда взамен несовместимых друг с другом контроллеров с разными архитектурами и разным ПО предлагаются открытая платформа, чаще всего Intel, и известная предсказуемая ОС”, - поясняет Юрий Баклушин. Интересно, что ростки softlogic в России взошли раньше, чем, например, в Европе. “До недавнего времени на Западе выпускалось не очень много наименований промышленных компьютеров, и только в этом году наступил перелом. В России же около 30% рынка принадлежит softlogic. Например, в Москве по этим принципам управляется 40 котлов”, - продолжает он. По-видимому, причин тому несколько - во-первых, сохранение на европейском рынке сильных позиций у мультинациональных корпораций, заинтересованных во внедрении собственных комплексных программно-технических решений; во-вторых, то, что российские предприятия, начиная с нуля, могут выбрать более современный подход, тогда как западные последовательно реализуют выбранную пятнадцать, а то и больше лет назад корпоративную стратегию; наконец, в-третьих, наличие в России более дешевой квалифицированной рабочей силы, чем на Западе. “Стоимость разработки ПО оказывается существенно ниже, чем стоимость аппаратного обеспечения, и больше применяется подход softlogic, основанный на PC-приложениях, в то время как в Европе распространено управление на основе программируемых логических контроллеров (PLC)”, - считает Адриано Каллегари.

Свой материал я хочу закончить цитатой из доклада, сделанного в этом году на конференции компании “АдАстра” одним из тружеников отрасли - сотрудником Воскресенского завода минеральных удобрений:

“Тернии, через которые пробивалась автоматизация в 20-м веке, остались позади. Сегодня на выбор предлагается множество зарубежных и российских ПТК для автоматизации технологических процессов+ и появляется уверенность, что в наступившем третьем тысячелетии интеллектуальные АСУ ТП займут наконец-то достойное место и сбудется мечта об оптимальном управлении”.

С автором статьи можно связаться по e-mail: irinagg@spb.cityline.ru.

Версия для печати