На прошедшей в конце августа очередной ежегодной конференции VMworld 2013 компания VMware представила ряд новых технологических решений, которые, по мнению компании, в целом позволяют реализовать в достаточно полном объеме концепцию программно-конфигурируемого центра обработки данных (SDDC), первый анонс которой было сделан годом ранее. Речь идет в первую очередь о технологиях VMware NSX и VMware Virtual SAN для виртуализации соответственно сетевой инфраструктуры и средств хранения данных. Говоря об этом в своем выступлении на открытии мероприятия, CEO VMware Пэт Гелсингер, конечно, не мог не сказать о том, что именно VMware ровно 15 лет назад сформулировала, а потом и реализовала идею использования технологий виртуализации для архитектуры x86, которая стала не просто ключевой тенденцией развития ИТ, но и позволила всему ИТ-миру начать новую, облачную эпоху своего развития. Вряд ли в 1998 г. группа из пяти энтузиастов, связанная своими корнями с университетом Беркли (США), предполагала, что предложенная ими технология действительно перевернет ИТ, а скромный стартап превратится в одного из лидеров ИТ-рынка, продолжающего усиливать свои позиции в условиях жесткой конкуренции с “сильными мира ИТ”.

Хотя, надо сказать, путь “к звездам” был для компании очень непростым, на ее примере можно увидеть, что каждый шаг к вершинам лидерства становится все сложнее и сложнее… В ее 15-летней истории четко просматриваются четыре основные фазы развития, причем как раз сейчас она вступает в четвертую.

Первый период (1998—2004) — это время сугубо самостоятельного существования, за которое “академический стартап” вырос в стабильно развивающийся бизнес, основанный на технологиях, которые уже тогда стали претендовать на роль стратегически перспективных. Напомним, что начали они с виртуализации настольных ПК, но уже в 2001-м приступили к освоению серверов. Сперва был выпущен VMware GSX Server (гипервизор первого рода, надстройка над хост-ОС), спустя еще несколько месяцев “настоящий” гипервизор (второго рода, установка на голое железо) VMware ESX Server, а в 2003-м появились VMware Virtual Center (управление), VMotion (миграция) и Virtual SMP (поддержка параллельных вычисления в многопроцессорных системах), таким образом была сформирована комплексная платформа серверной виртуализации.

К этому моменту уже была понятна важность и перспективность виртуализации для ИТ, интерес к этой сфере со стороны ведущих ИТ-вендоров быстро возрастал. Громким звонком в 2003-м прозвучало приобретение корпорацией Microsoft виртуализационного направления компании Connectix, второго игрока на этом поле, который только еще собирался выпустить что-то для серверов (третьим была SWsoft, известная ныне как Parallels, но она развивала специфическую технологию “виртуальных контейнеров”, причем ориентируясь тогда исключительно на Linux).

Как раз на волне понимания рынком, что виртуализация — это надолго и всерьез, начался второй жизненный этап VMware: в канун 2004 г. о приобретении быстро растущего, перспективного, но все же явно нишевого поставщика средств виртуализации объявила корпорация EMC. Это сообщение вызвало некоторое замешательство в рядах наблюдателей, поскольку было не очень понятно, зачем нужна была эта сделка “гиганту средств хранения данных”. После кризиса 2002 г. EMC действительно серьезно развернула стратегию своего развития в сторону программных средств и вела активную закупку софтверных компаний. Но это были фирмы, работающие в сфере софтверного управления информацией, и VMware в этот круг задач тогда никак не вписывалась. В тот момент инфраструктурное ПО явно не входило в сферу основных интересов EMC, поэтому неудивительно, что в отличие от многочисленных покупок той поры VMware не была интегрирована в структуру EMC, оставшись самостоятельной компанией. В течение четырех лет деловые интересы “матери” и “дочки” практически не пересекались, участие владельца выразилось в основном в виде финансовых инвестиций. В целом это было эволюционное продолжение самостоятельного этапа жизни, но при сильной материальной поддержке от обретенной “мамы”. Результатом чего стал удачный выход VMware в 2007 г. на IPO, который подтвердил ее статус как одного из ведущих игроков на рынке инфраструктурного ПО.

Долгий сдвоенный этап “независимого существования VMware” (самостоятельного, но все же под легкой опекой EMC) закончился летом 2008 г., когда в форме не очень явного, но вполне очевидного серьезного внутреннего конфликта, EMC показала “кто в доме хозяин” и провела замену топ-менеджеров VMware. Основатели компании (Диана Грин, занимавшая пост президента с момента создания VMware, и ее муж Мендель Розенблюм, который был фактически техническим идеологом всего виртуализационного направления) были отправлены в отставку. Руководителем был назначен пришедший за полгода до этого амбициозный Пол Мариц, занимавший до этого одну из ведущих позиций в руководстве Microsoft. Точная информации о деталях “оргвыводов” до сих пор неизвестна, но эксперты тогда уверенно говорили, что причины лежали не только в плоскости субъективных личностных отношений руководства “матери” и “дочки”, но и имели серьезные объективные основания: речь шла об общей стратегии развития VMware в эпоху собственной зрелости и в новых рыночных условиях. В частности, по информации наблюдателей, она настаивала на достаточно самостоятельном курсе развития VMware, оставаясь в рамках “инфраструктурно-виртуализационного ПО”, а EMC хотела расширения сферы деятельности “дочки” за счет выхода на уровень прикладных решений и более плотной ее интеграции с бизнесом “мамы”.

О начале нового этапа развития VMware Пол Мариц в весьма энергичной манере публично сообщил уже через полтора месяца после своего назначения, пообещав отправить традиционные ОС “на свалку истории”. И, надо отметить, в существенной мере выполнил свое обещание, причем во многом благодаря именно усилиям VMware. Сегодня уже точно можно сказать, что само представление о серверных ОС связывается совсем не только со средой исполнения приложений, но и все в большей мере со средой исполнения виртуальных машин. Не менее заметные перемены произошли и в клиентской части ИТ. Во всяком случае, однозначная ассоциация недавней поры “ОС = Windows” осталась уже в прошлом. К чести компании и ее руководства нужно отметить, что негативные прогнозы, звучавшие пять-шесть лет назад о том, что VMware не сможет удержать лидирующие позиции в области виртуализации в условиях натиска мегавендоров во главе с Microsoft, абсолютно не подтвердились. Компания не только продемонстрировала свою жизнеспособность, но и вышла на позиции идеологического лидера ИТ-отрасли в новых облачных реалиях. И тем не менее были заметны нарастающие проблемы в ее развитии, что и создало предпосылки для нового этапа в ее жизни.

Четвертый период начался весной 2013 г., когда двойственный союз EMC+VMware (в котором VMware выступала уже в роли именно партнера) был преобразован в тройственную структуру, в результате формирования новой компании Pivotal. Отметим, что хотя все это произошло всего полгода назад, но то, что в жизни VMware нужно ждать перемен, было понятно еще в летом 2012 г., когда произошла, но только в плановом порядке, очередная смена руководства компании.

Комментируя создание Pivotal, некоторые наблюдатели расценили это событие как определенное признание неудачи идеи (возможно, ее автором является Пол Мариц) превращения VMware в мегавендора, занимающегося одновременно и инфраструктурным, и прикладным софтверным направлениями (в период правления Марица шло активное формирование прикладной составляющей за счет приобретения компаний разного профиля). Фактически по роду деятельности в 2013 г. VMware вернулась в свой статус 2008 г., хотя, конечно, в виде намного более сильного игрока, чем тогда. Действительно, доход компании вырос с 1,9 млрд. долл. в 2008-м до 4,6 млрд. долл. в 2012 г. при достаточно высоких показателях прибыльности. Но в то же время было видно, что рост этот обеспечивался за счет традиционной “виртуализационно-платформенной” составляющей, а не за счет расширения спектра сервисных и прикладных предложений в результате многочисленных приобретений последних лет. Последнее соображение подкрепляется, в частности, и тем, что объем бизнеса, выделяемого (не только VMware, но и EMC) в состав новой компании Pivotal, оценивается сейчас в сумму не более 300 млн. долл.

В то же время эксперты отмечают, что создание Pivotal — это лишь перегруппировка сил коалиции, за которым должно последовать новое стратегическое наступление под руководством неутомимого Пола Марица в направлении прикладных задач с расширением портфеля продуктовых и сервисных предложений. Отметим, что именно эта новая стратегия была в центре внимания на последней конференции EMC World 2013 в мае этого года, где роль VMware была обозначена как главная ударная сила тройственного союза.

Отметим, что новый этап жизни VMware характеризуется также решением начать (это давно ожидалось наблюдателями рынка) освоение направления хостинг-провайдинга, предлагая vCloud Hybrid Service класса IaaS-облаков в публичных и частных вариантах. На VMworld 2013 перспективам развития этих сервисов было уделено серьезное внимание, но пока география их доступности ограничена территорией США.

Версия для печати (без изображений)