PC WEEK/RE — 20 ЛЕТ ИННОВАЦИЙ!

Уважаемые читатели!

Данная статья публикуется в рамках юбилейного проекта «PC Week/RE — 20 лет инноваций!». Нашему изданию в 2015-м исполняется 20 лет, и мы решили отметить юбилей серией интересных материалов (обзоров, экспертных статей, интервью), в которых представим различные направления ИТ-отрасли и ИТ-рынка через призму их исторического развития, особенно в плане прохождения ими кризисных периодов, с акцентом на анализе их нынешнего состоянии и перспектив дальнейшего развития.

Предлагаемая вашему вниманию статья, посвященная важному направлению российского ИТ-рынка — источникам бесперебойного питания (ИБП), подготовлена с помощью экспертов из ведущих компаний, много лет представленных на российском рынке ИБП.

Редакция

Начало пути и ключевые этапы

В нашей стране первые проекты по защите электропитания с использованием оборудования иностранных вендоров были осуществлены, как отмечает руководитель департамента систем бесперебойного питания компании Landata Денис Андреев, еще в советское время. В 70–80-е годы прошлого века собственного производства ИБП в стране не было, Министерство внешней торговли СССР закупало такие устройства для нужд космической отрасли, нефтегазового сектора, транспорта, здравоохранения и других отраслей за границей.

Ключевым этапом в формировании российского рынка ИБП, по мнению наших экспертов, стало повсеместное распространение ИКТ. В середине девяностых годов прошлого века в России началась массовая компьютеризация и появились устройства автономной поддержки безаварийности электропитания персональных компьютеров. Как отмечает вице-президент по продажам в регионе MENA, странах СНГ и Балтии компании Tripp Lite Александр Халаев, поскольку в эти годы в поддержку и обновление электроэнергетической инфраструктуры страны средства не вкладывались, росту спроса на ИБП способствовало также снижение стабильности и надежности электросетевого питания.

В это же время, как считает г-н Андреев, по мере становления в России рыночной экономики сегмент ИБП начал формироваться как коммерческий. Зарубежные вендоры один за другим открывали свои представительства, развивали сервисные центры. Системы бесперебойного электропитания постепенно получали распространение на российском рынке. К началу двухтысячных годов большинство российских ИКТ-пользователей уже понимало, что такое ИБП и зачем он нужен.

Появившиеся на рынке около 25 лет назад персональные маломощные ИБП для дома и малого офиса синхронно с прогрессом технологий в других областях за прошедшие годы постепенно наращивали эффективность, становились более компактными, лёгкими и бесшумными, совершенствовался и их дизайн.

С середине первой декады XXI века, как отмечает директор по дистрибуции дивизиона «широкопрофильная дистрибуция» компании Merlion Дмитрий Виноградов, в стране стал развиваться также рынок корпоративных ИБП. Это был период перехода от малых решений к масштабным и мощным. До 2013 г. ежегодный рост рынка ИБП, согласно его оценкам, в среднем стабильно составлял 10–15%.

В сегменте мощных ИБП, по мнению Александра Аносова, руководителя направления «коммерческие центры обработки данных» подразделения IT Business компании Schneider Electric, происходили и происходят более интересные процессы, чем в сегменте ИБП домашнего использования. Мощные ИБП стали интегрироваться с системами управления электроэнергией. В начале двухтысячных годов появились модульные ИБП, которые позволяют в «горячем» режиме наращивать мощность и менять компоненты систем бесперебойного электропитания, причем не только силовые, но и модули батарей, что существенно повышает эффективность работы ИБП.

Последние несколько лет идет централизация корпоративных ИКТ-ресурсов, выражающаяся в активном строительстве ЦОДов и росте популярности облачных сервисов. Этот этап развития ИКТ сопровождается ростом спроса на ИБП верхнего мощностного уровня и сокращением доли рынка маломощных ИБП. За последние два года это привело к устойчивому падению продаж персональных ИБП и росту доли корпоративных решений, превысившей порог в 50%.

К настоящему времени, по мнению г-на Халаева, рынок ИБП в России завершил этап развития и перешел в фазу зрелости, которая характеризуется высокой зависимостью от общей экономической конъюнктуры.

Рынок ИБП и экономические кризисы конца XX — начала XXI веков

В 1998 г. объем рынка ИБП, по оценкам г-на Андреева, был еще сравнительно небольшим. Ссылаясь на данные аналитических исследований, он напоминает, что количество проданных устройств в тот год составило примерно 200 тыс. шт. (для сравнения, в 2007-м их было продано порядка 3 млн.). Быстрое восстановление рынка и выход на стабильно высокие темпы роста произошел уже к 2000–2001 гг., чему способствовали рост экономики и значительное повышение цен на нефть.

Как напоминает г-н Халаев, в 1998 г. рынок ИБП находился на стадии активного роста, спрос был очень высок, и даже резкое удорожание оборудования, вызванное тогдашним скачком валютного курса, привело только к непродолжительному падению спроса на рынке — уже в 1999 г., по его оценкам, кривая продаж ИБП стала подниматься.

В 2008-м, согласно наблюдениям г-на Халаева, рынок ИБП также восстановился достаточно быстро. Этому способствовал спрос на корпоративные решения, который на фоне сильного сокращения к 2008 г. доли домашних ИБП быстро вывел рынок на продолжение роста, и уже в 2010-м линия продаж, как он выразился, продемонстрировала докризисные тенденции.

Падение рынка ИБП в 2008 г. г-н Виноградов тоже оценивает не как критичное: по его мнению, кризис не повлиял на расстановку сил основных игроков; рынок восстановился уже к концу 2009 г. и даже превысил показатели 2007-го.

Г-н Андреев, соглашаясь с тем, что рынок ИБП после кризиса 2008 г. восстанавливался довольно быстро (был даже период, когда вендоры едва успевали производить ИБП в требуемых объемах, а дистрибьюторы спешили поставлять их партнерам через каналы сбыта), считает, однако, что восстановление завершилось только в 2011-м. Менее оптимистичны и его оценки последствий кризиса: рынок, по его данным, упал почти вдвое как в денежном, так и в штучном выражении, откатившись к уровню 2004 г. Восстановление рынка после кризиса 2008 г., по его мнению, поддержали высокие цены на нефть и активная позиция государства, инициировавшего ряд крупных инфраструктурных проектов — «Сочи-2014», XXVII Всемирную летнюю Универсиаду 2013 г. и др.

Сравнивая два кризисных периода — 1998 и 2008 гг. — директор по продажам направления «качественное электропитание» компании Eaton в России Максим Рубаненко отмечает разницу масштабов этих кризисов. Кризис 1998 г., по его мнению, носил скорее локальный характер, при нем в остальном мире продолжался стабильный экономический рост, в то время как в 2008-м наблюдался, по сути, мировой экономический кризис, сопровождавшийся падением общемирового ВВП. Кризису 2008 г. предшествовал многолетний экономический рост, который помог удержать уровень загрузки производственных мощностей в стране на момент наступления экономического спада на уровне более чем 80%, в противовес 1998 году, которому предшествовало падение и производства, и ВВП.

Оба кризиса, имея в основе своей финансовую составляющую, заставили компании ИКТ-сегмента, работающие в России, внести коррективы в стратегию развития и тактику работы на рынке, а также отказаться от завершения многих крупных сделок. Игрокам рынка пришлось пересмотреть планы продаж на будущие годы, как и планы по развитию продуктовых линеек.

Тем не менее, несмотря на нелегкое для бизнеса время, нашлись и такие вендоры, которые не стали снижать свою активность в регионе и использовали это тяжелое время для уверенного развития и увеличения своей доли на рынке. Стоит отметить, что в условиях очевидного спада спроса в эти периоды вендорам приходилось прибегать к программам поддержки партнеров и клиентов по предоставлению скидок и отсрочке платежей. Это помогло многим из них остаться на плаву.

Сегмент ИБП и современный кризисный период

Если в 2012 г. наблюдался минимальный рост рынка ИБП, то уже в 2013 г., как отмечает г-н Андреев, в связи с существенным ухудшением макроэкономической ситуации рынок перешел к затяжному падению, которое, к сожалению, продолжается до сих пор.

На рынок ИБП, по мнению г-на Аносова, негативно влияет общее ослабление рубля и изменения кросс-курса между долларом и евро. В сложившихся обстоятельствах заказчики критически смотрят на стоимость предлагаемой продукции, а кто-то задумывается и об импортозамещении, чему способствует появление за последние годы российских (условно) производителей: их ИБП продаются под отечественными торговыми марками, но производятся главным образом в Китае или на Тайване.

С кризисом ужесточается конкуренция. Разумеется, это свойственно для любого кризиса, однако для рынка ИБП условия конкуренции усугубляются произошедшим за последние годы увеличением представленных в России производителей ИБП.

Александр Халаев отмечает, что в нынешнем кризисе гораздо больше неопределенности, нежели в 2008 г. Даже существенное изменение цен, вызванное скачком валютных курсов, не является основной проблемой: как показал опыт прошлых периодов, эти изменения рынок преодолевает довольно быстро. Сейчас же главная проблема для участников рынка — общеэкономическая неопределенность. Именно она (наряду с политической напряженностью, плохо прогнозируемыми скачками цен на нефть, высокой волатильностью национальной валюты) мешает делать какие-то устойчивые прогнозы, а значит выстраивать стратегические планы развития бизнеса.

Нынешний кризис, по мнению г-на Андреева, отчасти является следствием негативных факторов, назревших еще в предыдущие тяжелые экономические периоды: имеются в виду структурные проблемы в российской экономике и ее сырьевая зависимость.

Согласно наблюдениям г-на Рубаненко, в настоящий момент финансовые возможности многих компаний ограничены из-за роста стоимости кредитов и других финансовых проблем, связанных с дестабилизацией курса рубля. Многие структуры, представляющие госсектор (который является в нашей стране основным заказчиком), отменяют свои проекты либо откладывают их запуск на неопределенный срок по вышеупомянутым причинам. В нынешних условиях, по мнению г-на Рубаненко, строить прогнозы развития рынка ИБП, основываясь только на экономических теориях, и даже рассуждать о возможных выходах из сложившейся критической ситуации непросто.

Выход направления ИБП из кризиса зависит от темпов восстановления российской экономики, от цен на нефть, от внешней политики. Если в ближайшее время ситуация стабилизируется, некоторое восстановление рынка, как полагает г-н Андреев, может начаться уже в III–IV кварталах текущего года. Кроме того, есть надежда, что ближе к концу года проявится отложенный спрос со стороны ряда крупных заказчиков. В настоящее же время относительно стабильными закупки систем бесперебойного питания, по его мнению, пока остаются только со стороны госсектора, где основными заказчиками выступают сейчас различные силовые структуры.

Г-н Халаев полагает, что период неопределенности продлится не более полугода, и как только у участников рынка появится определенность в понимании общеэкономических перспектив, накопленный отложенный спрос приведет к восстановлению прежних тенденций в продажах.

Согласно прогнозам г-на Виноградова, российский рынок ИБП просядет в нынешнем году примерно на 25% и перспективы выхода из кризиса для этого рынка, в отличие от гг. Халаева и Андреева, он видит не раньше, чем через два-три года.

Усугубляет ситуацию отсутствие новых технологий и инноваций на рынке ИБП. Учитывая то, что технологии изготовления батарей для ИБП последние несколько лет почти не меняются, перспективы улучшения решений для систем обеспечения бесперебойного питания г-н Виноградов видит в основном в использовании современного встроенного ПО и процессоров в сегменте тяжелых корпоративных решений.

Нынешний кризис, как считает г-н Аносов, подталкивает заказчиков к отказу от долгосрочных проектов, а цикл создания ЦОДа (напомним, что ЦОДы — один из главных потребительских сегментов ИБП) длится не менее двенадцати месяцев, и это только для завершения подготовки инженерных систем, а затем уже идут инсталляции ИКТ-систем и т. д. В результате для владельцев ЦОДов получается полтора года инвестиций без какого-либо возврата, и все это в нынешней нестабильной ситуации. Затевать подобные проекты сейчас очень сложно. Ситуация подталкивает заказчиков к ИТ-аутсорсингу и использованию услуг коммерческих ЦОДов с готовыми инженерными системами.

Ситуацию на рынке ИБП усугубляют, как считает г-н Аносов, локальные кризисы этого рынка [логичнее эти процессы называть структурными изменениями]. Переход на мобильные технологии, по его мнению, сильно бьет по рынку настольных компьютерных систем и, естественно, в такой же пропорции по рынку маломощных ИБП. В сегменте ИБП средней и большой мощности сформировался тренд на укрупнение проектов. Это касается прежде всего ЦОДов из-за постепенного отказа от строительства средних и малых корпоративных ЦОДов и серверных комнат и миграции ИКТ-систем заказчиков в крупные коммерческие объекты, где, по мнению г-на Аносова, нет смысла применять ИБП даже средней мощности. Он полагает, что при общем падении ИКТ-рынка (которое, по его оценкам, составит в этом году 25%), строительство крупных ЦОДов и внедрение решений, использующих ИБП большой мощности, несмотря на кризис, может сохраниться на уровне прошлого года.

Представление о рынке ИБП, как считает г-н Аносов, сегодня существенно размылось, и корректнее теперь говорить о рынке инженерных систем. Поэтому он рекомендует вендорам перестать думать, что наличия в продуктовом портфеле только линейки (или линеек) ИБП как таковых вполне достаточно. Пережить кризис им поможет, скорее всего, большой продуктовый портфель с интегрированным набором компонентов (в том числе и ИБП), с помощью которого можно решать широкий спектр ИКТ-задач.

Андрей Маркин, глава представительства компании POWERCOM в России, Казахстане и Республике Беларусь, выделяет как минимум два отличия нынешнего кризиса от кризисов 1998 и 2008 гг. Одно из них — ярко выраженная его региональная локализация. Если кризис 1998 г. зародился на финансовых рынках азиатского региона, а кризис 2008-го имел глобальную специфику, то текущий наиболее ярко проявляется в России, при этом ряд развитых и развивающихся стран напротив демонстрируют позитивную динамику и экономический рост, несмотря на имеющие место проблемы у ряда европейских стран и межгосударственных образований.

Это означает, что в текущем кризисе, в решении проблем локального рынка, в их успешном преодолении российским компаниям могут оказать поддержку глобальные производители и поставщики, что, по мнению г-на Маркина, вполне вероятно и значимо.

Второе принципиальное отличие — нынешний экономический кризис осложнен нерешенными политическими и межгосударственными проблемами. Некоторые страны Америки и Европы ввели ограничения на поставки высокотехнологичной продукции для ряда компаний и проектов в России, что открывает новые, дополнительные, преимущества и перспективы компаниям из азиатского региона. Некоторые из них рассчитывают оказать всю возможную поддержку российскому рынку, своим здешним состоявшимся партнерам и тем новым, которые будут заинтересованы в работе с производителями и поставщиками из Азии.

Современный кризис, по мнению г-на Рубаненко, находится в прямой зависимости от макроэкономических и политических факторов, повлиять на которые игрокам рынка ИБП не представляется возможным. Точно так же, как затруднительно дать прогноз о том, когда можно будет вернуться к рыночному уровню цен на нефть и стабильному положению российской валюты. Только запуск эффективных глобальных инициатив, направленных на стабилизацию ситуации, может дать толчок к построению прогнозов и планов на дальнейшее развитие рынка.

Тем не менее для того, чтобы продуктивно работать в нынешней экономической ситуации, ведущие вендоры ИБП пытаются сформировать более выгодные предложения для российских заказчиков и более привлекательные финансовые условия для тех партнеров, которые оставались с ними на протяжении многих лет. Если раньше вендоры старались действовать по единым правилам, то сейчас они прежде всего идут навстречу тем компаниям, с которыми успешно сотрудничают долгое время. Вендоры демонстрируют открытость к диалогу и готовность обсуждать любые предложения, поступающие со стороны партнеров и заказчиков.

Они стараются сокращать собственные издержки, пересматривают прайс-листы с учетом нестабильного курса валют и других нынешних российских реалий, работают над гибкой системой ценообразования и скидок, с особой тщательностью оценивают последствия своих действий в достижении поставленных бизнес-целей.

Технологические достижения

— КПД современных ИБП (в определенных режимах) превысил значение 0,99;

— средняя плотность мощности ИБП выросла на 50%, а тепловые потери снижены на 40%;

— коэффициент мощности на входе ИБП может превышать 0,99;

— коэффициент нелинейных искажений выходного напряжения может составлять менее 3%;

— номинальный входной ток ИБП может быть снижен на 25%.

(Данные компании Eaton)

Версия для печати (без изображений)