В фокусе внимания конференции IBM System Forum, прошедшей в Москве в середине сентября, была инфраструктура для цифрового бизнеса. Термин «цифровой бизнес» используется довольно широко, но поскольку каждый понимает его немножко по-своему, далеко не лишними оказались пояснения, данные разными экспертами. Так, генеральный директор IBM в России и СНГ Андрей Филатов привел в пример такие новые принципиально изменившие привычные модели ведения бизнеса компании, как Uber, Alibaba и Airbnb, которые не обладают большими собственными производственными активами, но чрезвычайно эффективно и инновационно используют активы информационные. Несмотря на столь впечатляющие примеры, лишь 10% опрошенных IBM компаний считают, что они готовы к цифровому бизнесу.

По мнению ИТ-директора «Банк ХоумКредит» Алексея Евтушенко, банковский сектор понимает важность перехода к цифровому бизнесу, но испытывает сложности как в постановке задач, так и в их реализации, при том, что все технологии для этого практически готовы. А директор по развитию ИКТ-партнерства «ВымпелКома» Татьяна Фомина сообщила, что в оргструктуре ее компании даже появился блок Digital под руководством CDO (Chief Digital Officer), цель которого превратить телеком-оператора из условно говоря «транспортной трубы» в поставщика сложных цифровых сервисов. Технический директор «Электронной Москвы» Дмитрий Чернов обратил внимание на то, что элементы цифрового бизнеса получают все большее распространение в управлении городским хозяйством, приведя в пример ввод гражданами показаний счетчиков на тех или иных порталах, а также информационные табло, оповещающие о реальном графике движения общественного транспорта. Напомнив о том, что согласно прогнозам к 2017 г. все приложения получат мобильные функции, а к 2020-му в Сети будет зарегистрировано 75 млрд. устройств, директор департамента аппаратных средств IBM в России и СНГ Денис Решин выразил надежду что его компания сможет помочь российским предприятиям перейти к цифровым моделям бизнеса, базирующимся на облачных, мобильных и социально-сетевых технологиях.

Неподдельный интерес аудитории вызвала еще одна важная тема, самое непосредственное отношение к которой имеет IBM. Речь идет об импортозамещении. Как известно, IBM передала всю техническую документацию по архитектуре Power в распоряжение открытого консорциума OpenPOWER Foundation, что позволяет любым его участникам проектировать собственные системы на этой платформе, не опасаясь потерять контроль над своими изделиями или подвергнуться тем или иным санкционным ограничениям. В России импортозамещение в ИТ-отрасли как правило связывают с разработкой ПО, и именно на этом направлении сосредоточены усилия государственных органов, в частности, Минкомсвязи.

Заместитель директора департамента инфраструктурных проектов этого министерства Вартан Хачатуров начал свое выступление с заявления о том, что импортозамещение — это совсем не то, что понимают под ним журналисты. По его словам, последние трактуют его как запрет импорта западных технологий, а на самом деле импортозамещение призвано «развить отечественные компетенции в разных сферах ИТ». Как вскоре выяснилось, некоторые инициативы Минкомсвязи непонятны не только журналистам. В частности, Вартан Хачатуров заявил, что финансовую поддержку со стороны государства получат не собственно опенсорсные компании, занимающиеся созданием приоритетных отечественных продуктов с открытым кодом (ОС, СУБД), а отдельные разработчики, участвующие в подобных проектах. Сразу же возник вопрос: как это сделать, если государство не имеет права оплачивать работу физических лиц? Докладчик разъяснил, что с этой целью планируется создать некую некоммерческую организацию, которая и станет выплачивать деньги. Тут же кто-то вспомнил, что подобная некоммерческая организация (Национальная программная платформа, НПП) уже создавалась, и поинтересовался ее судьбой. Как оказалось, НПП по-прежнему существует, и при желании ее тоже можно подключить к этой деятельности. Были вопросы и относительно преференций, отдаваемых в госзакупках отечественным продуктам, попавшим в специальный реестр российского ПО. По словам Вартана Хачатурова, одним из важных критериев для включения продукта в реестр, если в нем наряду с отечественными используются и зарубежные технологии, будет содержащаяся в нем доля российской интеллектуальной собственности. В каких единицах собираются измерять интеллектуальную собственность, понять довольно трудно. Участники дискуссии выразили также опасение, что благодаря преференциям отечественные продукты подтянутся по цене к западным, что негативно скажется на ИТ-бюджетах заказчиков.

Говоря о возможностях, предоставляемых консорциумом OpenPOWER, генеральный директор компании «Т-Платформы» Всеволод Опанасенко отметил, что раньше существовали три модели взаимодействия производителя чипов с разработчиками: традиционная для IBM (и процессоры, и системы имели закрытую архитектуру) модель x86 (архитектура процессора закрыта, но доступны референсные дизайны аппаратных платформ) и подход ARM (архитектура процессора открыта, но не поддерживается разработка платформ). Модель, предлагаемая OpenPOWER, объединяет лучшие качества указанных трех подходов и является сегодня единственной архитектурой, способной конкурировать с x86 на рынке тяжелых корпоративных систем. С другой стороны, если планируется проектирование собственных кристаллов, то следует помнить о достаточно высокой стоимости лицензирования ядра процессора (деньги получает не IBM, а консорциум). Если же компания будет заниматься только дизайном систем (но не процессоров), то, по мнению Всеволода Опанасенко, у архитектуры OpenPOWER нет особых преимуществ перед x86.

Со своей стороны менеджер московского офиса IBM по продуктам и решениям Power Systems Алексей Перевозчиков отметил, что аналогичные по числу процессоров серверы на Power пусть и вдвое дороже, но зато втрое производительнее машин на x86. Кроме того, возможность разрабатывать собственный микрокод открывает перспективы для создания отечественных доверенных систем, сертифицированных местными регулирующими органами. Российские участники консорциума OpenPOWER — компании «Технопром» и Yadro уже приступили к проектированию собственных систем. Как сообщил президент Национальной компьютерной корпорации (НКК) Александр Калинин, Yadro (входит в НКК) заключила уже около десятка контрактов с российскими заказчиками и через несколько месяцев планирует выйти на рынок с собственными продуктами. Пока речь идет в основном о сборке из импортируемых комплектующих, но у компании есть планы по постепенной локализации производства в нашей стране.

В апреле к консорциуму OpenPOWER присоединилась еще одна российская компания — «Рикор», обладающая собственной производственной базой в Арзамасе и центром разработки в Москве. Как рассказал ее вице-президент Борис Иванов, у «Рикор» весьма амбициозные планы: наряду с разработкой системной платы и адаптации решений на базе Linux, компания к 2019 г. собирается разработать и передать в производство собственную версию процессора Power, которую можно будет сертифицировать в российских государственных органах.

Насколько реальны такие планы?

Опыт китайской компании Suzhou PowerCore, о котором рассказал Алексей Перевозчиков, свидетельствует о том, что подобную задачу вполне можно решить. Вступив в консорциум OpenPOWER в начале 2014 г., она уже в марте 2015-го представила собственный Power-процессор CP1, на основе которого к концу нынешнего года начнется выпуск линейки двухпроцессорных серверов RedPower. Следует, правда, учесть, что в течение этого года при поддержке министерства промышленности и информационных технологий Китая был учрежден альянс China Power Technology Alliance, а в консорциум OpenPOWER вступили еще 12 местных компаний, включая такие крупные, как Inspur и ZTE.

Версия для печати (без изображений)