PC WEEK/RE — 20 ЛЕТ ИННОВАЦИЙ!

Уважаемые читатели!

Данная статья публикуется в рамках юбилейного проекта «PC Week/RE — 20 лет инноваций!». Нашему изданию в 2015-м исполняется 20 лет, и мы решили отметить юбилей серией интересных материалов (обзоров, экспертных статей, интервью), в которых представим различные направления ИТ-отрасли и ИТ-рынка через призму их исторического развития, особенно в плане прохождения ими кризисных периодов, с акцентом на анализе их нынешнего состояния и перспектив дальнейшего развития.

Предлагаемая вашему вниманию статья, посвященная рынку решений для сетевой ИТ-инфраструктуры, подготовлена с помощью экспертов из ведущих компаний, много лет представленных на российском ИТ-рынке в сегменте сетевых решений.

Редакция

Сегодня, когда вездесущий Интернет поселился даже в часах и градусниках, а проводными и беспроводными сетями охвачены удалённые на тысячи километров рабочие места, трудно себе представить, что всего лишь три десятилетия назад подобное казалось несбыточной фантастикой. Весь документооборот между несколькими офисными компьютерами, например для вывода документа на печать с единственного подключенного к нему ПК, осуществлялся с помощью дискет, а такие повседневные удобства, как сетевой обмен данными, электронная почта и мессенджеры, вероятно, только зарождались в умах наиболее смелых мечтателей.

Сетевая ИТ-инфраструктура современного предприятия — это нечто гораздо большее, нежели линии и оборудование для передачи данных. Современные сети «поумнели», обогатились возможностями виртуализации и программного конфигурирования, а сама индустрия коммуникаций развивается семимильными шагами, составляя многомиллиардный рынок повседневно используемых услуг.

В нашей сегодняшней беседе о зарождении и становлении отечественного бизнеса сетевых технологий, о его сегодняшнем дне и о перспективах мы попросили принять участие экспертов из действующих в этой сфере компаний.

Когда небо было голубее, а трава зеленее

Старт формирования в России рынка сетевых ИТ-решений наши эксперты практически единодушно связывают с началом 1990-х.

«Сегмент сетевых ИТ-решений в России начал формироваться немногим позже распада СССР, когда количество ПК на предприятиях стало расти и требовалось каким-то образом наладить взаимодействие между ними, — вспоминает Константин Парфенов, управляющий директор компании РАССЭ (ГК „Ай-Теко“). — Фирмы, которые занимались перепродажей западного оборудования в России, обратили внимание, что становится востребованным не только само оборудование и ПО, но и его техническое сопровождение, поддержка, установка, создание и реализация комплексных проектов. В начале 90-х стали появляться первые системные интеграторы. Достаточно посмотреть на сегодняшний ТОП-20 подобных компаний, чтобы понять, что основная масса нынешних лидеров отрасли зарождалась именно в то время. К 1994–1996 гг. большинство крупных западных вендоров уже обратило внимание на быстрорастущий российский рынок. Простая „купля-продажа“ переставала приносить необходимый уровень прибыли. Компаниям нужно было искать новые возможности для роста. Одни пытались нарастить объемы поставок техники и развивать сети дистрибуции, а другие стремились наладить контакт с клиентами, улучшая сервис и качество предоставляемых решений, стараясь комплексно подходить к проблемам заказчиков».

Конечно, не все компании — первопроходцы этого рынка, включая западные, и сегодня представлены на нем, констатирует Андрей Кузьмич, директор российского представительства Cisco по технологиям: «Многие первопроходцы, например Wellfleet, остались в истории. Возможно, кто-то ещё помнит и такие имена, как SCO Unix, Novell Netware, Cabletron».

Формирование массовой потребности объединять инсталлированную базу компьютеров в сети (хотя до этого уже существовали крупные сети на основе технологий X.25 и Frame Relay) Алексей Анастасьев, менеджер по развитию бизнеса компании «Инфосистемы Джет», связывает с появлением новых задач в нефтегазовом, финансовом, государственном и других секторах российского рынка. «Россия, несмотря на плачевное состояние экономики, удивляла весь мир, — констатирует он, — в первых рядах внедряя самые передовые на тот момент сетевые технологии (такие, например, как FDDI — TokenRing, работающий на фантастических для тех времён скоростях 100 Мбит/с, и т. п.). Сетевые технологии тогда были в диковинку, квалифицированные специалисты — редкостью, а маржинальность сделок — заоблачной».

Иначе характеризует тот период Руслан Чиняков, вице-президент OCS Distribution: «Поначалу сегмент сетевых ИТ-решений на 90% был представлен локальными сетями с отставанием от развитых стран на четыре-пять лет. В то время разрыв в четыре года означал, что вы находитесь в предыдущей технологической эпохе. На рынке преобладали малоизвестные бренды, в основном тайваньские, многие из которых вскоре навсегда исчезли. Но некоторые, как, например, D-Link, лишь на время покинули российский рынок, чтобы потом вернуться. В сегменте сетевого ПО флагманом стала Novell Netware. До начала 2000-х это имя было практически синонимом серверной сетевой ОС.

Во второй половине 1990-х трендом стал Интернет — в то, о чем так долго говорили и писали, наконец можно было «войти». И, как ни странно, катализатором этого стало не развитие телекоммуникационного «железа», а выход Windows 95. С ее помощью, а также с установкой дополнительного ПО (поскольку Microsoft в лице Билла Гейтса упорно «не замечала» существование Интернета) появилась возможность подключаться к Интернету обычным пользователям через модем или офисную сеть.

Работало это очень медленно, но зерно было посеяно. И сети, на этот раз глобальные, мигом ворвались в хит-парад ИТ и закрепились там на десятилетия, подобно альбому «Dark Side Of The Moon» Pink Floyd. Сети стали действительно интересны и важны не только для крупных корпораций и «фидошников» (техно-гиков той поры), а практически всем. Очень быстро интернет-технологии стали проникать и в локальные сети — не только как мода на «собственные сайты», но и как методология построения корпоративных ИТ-систем.

Вспомним, что тогда никакого понятия об «унифицированных коммуникациях» не было, и телефонные сети, особенно офисные, существовали в своей вселенной. Но и там назревали изменения: от аналоговых УПАТ «народ» быстро переходил на гибридные. В этот момент имя Panasonic практически стало нарицательным — синонимом телефонной станции для малого и среднего бизнеса. Заметим, что прошло уже более двадцати лет, а лидер в этом сегменте по сути тот же.

Во второй половине 1990-х возникли и первые робкие, незрелые, не ко времени и потому не вышедшие на широкий рынок ВКС-решения. Сначала поверх ISDN (в шуточном разговорнике «техно-гуру» эта аббревиатура переводилась как «It Still Does Nothing», и это было весьма недалеко от истины), а немного погодя — передача голоса и даже видео поверх IP«.

Новые ИТ-решения, как правило, возникают вслед за новым технологическим витком, позволяющим реализовать идею, констатирует Владимир Мешалкин, директор центра вычислительных комплексов RedSys. Из значимых вех в развитии сетевых ИТ-решений он выделяет формирование в середине 1990-х лидирующей роли Ethernet как основного протокола канального уровня и начало повсеместного использования коммутаторов не только на уровне ядра, но и на уровне подразделений, что наложило отпечаток на дальнейшее развитие отрасли.

Формирование к 2000 г. среды передачи данных со скоростью 1 Гбит/с и развитие технологий передачи голоса поверх IP позволило начать эру мультимедийного общения, построения офисных АТС на базе сетевых решений. Середина 2000-х ознаменовалась взрывным ростом услуг VoIP, достижением скорости передачи данных в 10 Гбит/с. К 2010-му была покорена скорость 40/100 Гбит/с, образовался термин конвергентной инфраструктуры и появились законченные решения, такие как FlexPod, например. Широкое распространение получил протокол FCoE, что позволило значительно упростить и упорядочить инфраструктуру. Создание высокоскоростных беспроводных сетей подстегнуло отрасль мобильных пользовательских устройств и направление объединенных коммуникаций.

По мнению Алексея Анастасьева, бурное насыщение нашего рынка сетевыми решениями продолжалось с конца 1990-х вплоть до середины 2000-х. Тогда на мировой арене в это время наблюдалась борьба различных сетевых технологий: TDM (коммутация каналов), IP (пакетная передача), ATM (коммутация ячеек), — которая в итоге завершилась мировой победой IP. Специфика российских просторов и устаревшая инфраструктура линий связи диктовала нам активное использование TDM в ведомственных и корпоративных сетях связи. Вместе с тем на российском рынке шло бурное строительство локальных IP-сетей и сетей связи на базе PDH-, SDH- и xWDM-технологий. В этот период технологии становились доступнее, произошло естественное насыщение рынка квалифицированными специалистами, конкуренция выросла, цены на сетевые решения стали рыночными.

2010-е, по мнению Алексея Анастасьева, ознаменованы переходом к плановому развитию и модернизации построенных сетей, что в основном связано с уходом от TDM и глобальным переходом на IP-технологии, внедрением новых стандартов управления качеством сервисов и новых стандартов скоростей, обусловленных общемировыми тенденциями роста генерируемых и хранимых нами данных. Сетевые решения к тому времени давно перешли в разряд ординарных и типовых, конкуренция в данном секторе рынка стала высокой, а маржинальность понизилась.

О взлётах и падениях: рынок сетевых ИТ-инфраструктур в кризисные 1998 и 2008 гг.

Как вспоминает Андрей Кузьмич, оба кризиса не оказали особого влияния на бизнес его компании: «Я начал работать в Cisco в марте 1998 г. и хорошо помню тревожные ожидания после того, что случилось в августе 1998 г. К счастью и к моему удивлению, они не оправдались. В 1998-м и в последующие годы сетевая индустрия в нашей стране развивалась стремительно, что позитивно повлияло на бизнес. Кризис 2008 г. мы также прошли достаточно гладко и уже в 2009-м стали прорабатывать возможность развёртывания локального производства наших продуктов, что и сделали два года спустя».

Константин Парфенов уверен, что кризис — это всегда проверка на прочность и необходимость пересмотреть/оптимизировать свои расходы. После 1998-го клиенты рынка системной интеграции стали понимать, что эффективное управление предприятием минимизирует потери компании и может рассматриваться как серьезный антикризисный инструмент.

Большинство крупных игроков выстояло, пережив кризис 1998 г. Помогли ранее заключенные долгосрочные контракты и несмотря на удешевление рубля общая тенденция к снижению цены оборудования в долларовом выражении. Увеличилось также и количество проектов, выполняемых для промышленных и экспортно-ориентированных предприятий.

Кризис 2008-го был несколько иного рода. Общая неопределенность в мировой экономике, по мнению Константина Парфенова, заставляла крупных заказчиков откладывать вложения в дорогие перспективные проекты. Многие стали искать возможность оптимизировать расходы на ИТ-инфраструктуру, стараясь получить максимальную отдачу от уже реализованных проектов. Интерес клиентов сместился больше в сторону качественного сервиса, нежели к установке новых систем.

«Кризисы 1998 и 2008 гг. сетевой сегмент пережил так же, как и основной ИТ-рынок, — вспоминает Руслан Чиняков, — на несколько месяцев „лёг на дно“, переждал самый тяжелый период, потом всплыл и почти сразу вошел в этап взрывного роста в 1999–2000 гг., а также в этап отыгрыша отложенного спроса в 2010-м. Кризис 1998-го стал своего рода фильтром как для некоторых технологий (например, ускорил закат АТМ-технологий и переход на протокол IP как единый и единственный стандарт локальных и глобальных сетей), так и для игроков рынка — вендоров и системных интеграторов. Именно во время кризиса 1998-го роль правильного Value-Add-дистрибьютора выросла в глазах многих сетевых вендоров в разы, если не на порядок. Вендоры оценили и управление финансовыми рисками, и умение с минимальными вложениями удерживать сжавшийся рынок, и помощь дистрибьютора в совместном прорыве в послекризисный период. Можно сказать, что именно после 1998 г. классическая модель дистрибуции полностью прижилась и в сетевом мире.

Кризис 2008-го был феноменально похож на кризис 1998-го, несмотря на то что вызван совсем другим набором причин. Он был гораздо менее „интересным“ с точки зрения подобных качественных изменений, но зато явно продемонстрировал, „кто купался голышом“, а кто хорошо выучил уроки 1998-го и, почувствовав признаки нового кризиса, быстро и эффективно к нему подготовился».

По мнению Алексея Анастасьева, отголоски кризиса 2008 г., который носил глобальный общемировой характер, мы ощущаем до сих пор. В результате него с сетевого рынка ушел, например, крупнейший производитель оборудования Nortel Networks. Мировой рынок производителей сетевых решений претерпел ряд слияний и поглощений, которые продолжаются и по сей день. Российский ИТ-рынок просел, по разным оценкам, на 30–40%, но все основные игроки этого рынка справились с кризисом. Положительными факторами в преодолении кризиса стало повышение эффективности ведения бизнеса, благоприятная для работодателя ситуация на рынке ИТ-кадров, освоение новых технологических сегментов и решений. В преддверии кризиса 2008 г. сегмент сетевых решений достиг в России своего насыщения, поэтому помимо общего падения рынка кризис не внес значительных изменений в динамику развития данного сегмента.

«Так сложилось, что в кризис первым делом страдала сфера ИТ, поскольку достигнутый на тот момент порог зрелости компаний не давал возможности оценить вклад и потенциал ИТ в основной бизнес, — вспоминает Владимир Мешалкин. — Возникшая курсовая разница фактически поставила крест на половине ИТ-бюджета, оставив в планах только наиболее необходимое. Для каждой компании приоритеты были разными: у кого-то хранение данных, безопасность, у кого-то сетевые проекты; бюджет перераспределялся в сторону наиболее острых потребностей. Нужно сказать, что кризис 2008 г., хотя и был общемировым, для ИТ-отрасли России оказался не слишком глубоким и продолжительным, основной спад пришелся на 2009-й, а ещё через год дно было пройдено и показатели покупательской способности начали расти и возвращаться к своим прежним значениям. Безусловно, многие задумки были заморожены, но в итоге не исключены из портфеля планируемых ИТ-проектов, а лишь перенесены на более поздний срок».

Сегодняшние реалии

Константин Парфенов оценивает текущее состояние сетевого сегмента как имеющее несколько схожих с 1998 г. черт. Как и тогда, нынешний кризис носит характер локального события. Дешёвая национальная валюта и санкции, наложенные на отечественные финансовые организации, резко сокращают возможность кредитования бизнеса внутри России. Государство пытается помогать сфере информационных технологий уже проверенными методами: как и в случае с законом 97-ФЗ в мае 1999-го, нынешний курс на импортозамещение призван помочь снизить затраты компаний в ИТ-инфраструктуру и обеспечить рост российских компаний, разработчиков ПО и оборудования. Однако сложившаяся ситуация имеет и свои особенности: сырьевые компании, отчасти обеспечившие заказами системных интеграторов в самом конце 1990-х, теперь и сами переживают не лучшие времена. В условиях стагнации интеграторам неоткуда ждать повышения спроса и роста прибыли. Текущий период турбулентности может продлиться долго и стать суровым испытанием для рынка системной интеграции, требующим серьезного пересмотра подходов к ведению бизнеса.

По мнению Павла Гаврилина, директора департамента «Сети и телекоммуникации» компании «Марвел-Дистрибуция», все изменения, которые происходят в сетевом и коммуникационном сегменте, являются продолжением глобальных и технологических изменений ИТ-рынка в целом. Увеличивающийся объём данных рождает спрос на обработку растущего трафика в сети, на системы хранения данных. Сейчас как никогда стал актуален вопрос безопасности, особенно это касается корпоративных сетей.

«Уже понятно, чем этот кризис отличается от предыдущих, — говорит Руслан Чиняков. — Он будет затяжным, и выход из него, скорее всего, обернётся несколькими годами стагнации с возможными периодами рецессии. Ждать чуда в виде бурного роста или отложенного спроса не приходится по ряду причин. У всех „уже всё есть и по нескольку раз“. Заказчики, как корпоративные, так и частные, вполне могут два-три года прожить без существенных обновлений своего ИТ-парка, особенно сетевого».

По мнению Константина Парфенова, в ближайшее время драйвером роста для интеграторов может стать только госсектор. При этом очевидна необходимость более тесного взаимодействия интеграторов с альтернативными производителями оборудования и ПО. Китайские производители уже обратили пристальное внимание на наш рынок сетевого оборудования, пробуя развивать инфраструктуру сервисной поддержи и открывать представительства компаний. Их намерение понятно: занять освобождающиеся ниши на рынке, ожидая значительного роста финансового оборота уже в этом году. Отечественным разработчикам также есть что предложить. Востребованность отечественного производства в области ИТ должна привести к его становлению и развитию. Доля российских производителей (даже если их производство ведется на арендованных заводских мощностях в Китае) будет постоянно увеличиваться.

«По оценке IDC, доля расходов на сетевые решения в ИТ-проектах в России составляет порядка 16%, что в два раза больше доли, приходящейся на серверы и СХД вместе взятые, — рассказывает Владимир Мешалкин. — Это лишний раз доказывает, что главным для нас является связь. При этом телекоммуникационная отрасль демонстрирует и самые высокие показатели роста. Стоит отметить, что сейчас мы фактически переживаем очередной кризис, где к классической для кризиса девальвации национальной валюты и уменьшению бюджетов добавилась важная деталь — санкции и, как следствие, курс на импортозамещение. Замещать что-то значимое в ИТ нам пока рано, и мы наблюдаем тенденцию смещения от использования классических решений крупных производителей сетевого оборудования к менее дорогим и „раскрученным“, которые поставляются, как правило, из Юго-Восточной Азии. Происходит смена лидеров рынка. В условиях финансового голода инвестиции перераспределяются в сторону наиболее перспективных и эффективных технологий. Вместо плановой экстенсивной модернизации емкости зачастую практикуется интенсивный подход с заменой технологической базы на новейшее и более функциональное оборудование».

Руслан Чиняков полагает, что сейчас нет очевидных «прорывных» сетевых технологий или продуктов, каким стал в свое время Интернет или недорогие 100-мегабитные локальные сети. Да, продолжает развиваться виртуализация — серверная, десктопная, сетевая; да, потихоньку прокладывают себе дорогу в российскую реальность облака; много говорят о программно-конфигурируемых сетях, хранилищах и о «программно-конфигурируемом всём»; и количество взаимодействующих через Сеть гаджетов перерастает в качество, начинает понемногу напоминать о себе долгожданный Интернет вещей. Но с учетом российских реалий большинству людей и компаний пока не до этого.

Поэтому, считает Руслан Чиняков, можно сказать, что выработанные девяносто восьмым и две тысячи восьмым привычки и подходы уже не работают и не сработают, что «пересидеть» не получится ни у кого. Всем необходимо меняться. Прежняя тактика «стать меньше или дешевле» недейственна. Надо научиться быть эффективным и прибыльным на нерастущем низкомаржинальном рынке. Надо найти, придумать, создать, адаптировать новый набор ценностей для заказчика, сместить фокус позиционирования на эти ценности, понятные и важные ему. Тот, кто решит эту головоломку раньше других, станет лидером очень надолго.

«В настоящее время особый интерес вызывает направление программируемых сетей (SDN), — считает Андрей Кузьмич. — Недаром в сетевом сегменте наибольшее количество стартапов создается именно в этой области. Кроме того, наверное, надо упомянуть сегмент систем хранения, работающих напрямую через IP. Переход на SDN позволяет сокращать сроки развёртывания новых приложений и автоматизировать управление сетью, значительно снижая при этом уровень возможных ошибок конфигурирования. Интеграция решений по безопасности позволит более оперативно реагировать на возникающие угрозы. В целом я оцениваю перспективы этого рынка достаточно высоко, даже несмотря на существующие объективные трудности».

По мнению Алексея Анастасьева, современные мировые тенденции подталкивают российский рынок к следующему качественному скачку — программно-определяемым сетям и виртуализации сетевых функций. Российский рынок пока присматривается к этим новшествам, которых ему конечно же не миновать. В результате сетевые технологии, скорее всего, утратят самостоятельность и независимость, став полноценным ресурсом программных приложений. То есть на базе типовых стандартизированных инфраструктурных элементов любого производителя можно будет построить архитектуру для решения любых задач, определяемых и управляемых программным приложением.

«Будущее за программно-определяемыми сетями, так как это продиктовано развитием мобильности и облачных технологий», — поддерживает мнение коллеги и Павел Гаврилин.

Каким бы продолжительным ни был кризисный период, жизнь не стоит на месте, констатирует Владимир Мешалкин. Сегодняшние грандиозные и продолжающие расти объемы мультимедийной информации, потребность в повсеместной и бесперебойной коммуникации, перевод услуг на облачную модель, экспоненциальный рост количества мобильных устройств, создание Интернета вещей — всё это однозначно требует для своей работы высокоэффективной и скоростной среды передачи данных. Перспектива рынка сетевых ИТ-решений видится в развитии широкополосной связи, в том числе нового поколения 5G и уже стандартного LTE, в обеспечении повсеместного и безопасного доступа с мобильных устройств к классическим корпоративным и облачным сервисам (BYOD, MDM), в развитии технологий сетевой виртуализации и программно-определяемых сетей (SDN).

Версия для печати (без изображений)