PC WEEK/RE — 20 ЛЕТ ИННОВАЦИЙ!

Уважаемые читатели!

Данная статья публикуется в рамках юбилейного проекта «PC Week/RE — 20 лет инноваций!» (www.pcweek.ru/2015/). Нашему изданию в 2015-м исполняется 20 лет, и мы решили отметить юбилей серией материалов (обзоров, экспертных статей, интервью), представив в них различные направления ИТ-отрасли и ИТ-рынка через призму их исторического развития, особенно в плане прохождения ими кризисных периодов, с акцентом на анализе их нынешнего состояния и перспектив дальнейшего развития.

Предлагаемая вашему вниманию статья, посвященная эволюции рынка серверных решений, подготовлена с помощью экспертов из ведущих компаний, много лет представленных на российском ИТ-рынке.

Редакция

Вспоминая предысторию развития отечественных информационных технологий, следует отметить, что в советские времена такой термин, как «сервер», в обиходе компьютерщиков отсутствовал. Все, кто по институтской учёбе или позже, по работе, пользовался вычислительными системами в 1980-е, определённо скажут вам, что чаще всего у нас применялся термин «ЭВМ», иногда «вычислительная машина» и изредка — в кругу специалистов — «мэйнфрейм».

Несмотря на то что мэйнфрейм также является сервером в широком смысле этого определения, массовая эпоха использования клиент-серверной в классическом понимании модели, где сервер служит для распределения данных, аппаратных и программных ресурсов между клиентскими системами, в нашей стране пришлась уже на постсоветский период. Российская серверная индустрия начала своё формирование практически одновременно с возрождением и развитием отечественного бизнеса.

На волне глобального ускорения развития полупроводниковых технологий 1990-х, с дополнительным мощным импульсом от стремительного развития коммуникационных технологий, на фоне экстремального роста спроса со стороны быстро растущей российской экономики и, наконец, благодаря снятию экспортных ограничений советского времени отечественный рынок серверных решений буквально за десяток лет сделал стремительный рывок вперёд. К началу Миллениума Россия если и отставала от ведущих мировых стран по внедрению ИТ, то отнюдь не в технологическом, а разве что в количественном плане.

В данном обзоре, посвященном развитию отечественного серверного рынка, мы попросили уважаемых экспертов поделиться своим видением предыстории, становления и перспектив этого важного ИТ-направления в России.

Исторический ракурс: через тернии к стандартам

Зарождение российского рынка серверных систем, его формирование и становление, опрошенные нами эксперты единодушно связывают с началом 1990-х, или, как отмечает Андрей Семенов, руководитель направления HP департамента «Серверы и СХД» компании «Марвел-Дистрибуция», с падением железного занавеса. «Нельзя сказать, что до этого момента в России не было серверов: были советские разработки, базирующиеся на собственных технологиях, — констатирует он. — Но использовались они, как правило, для научных и учебных целей, а никак не для коммерческих. Развитие электронных вычислительных средств в СССР велось с 1950-х и проходило высокими темпами в рамках конкуренции социалистической и капиталистической систем. Сегодня еще многие помнят весьма распространенный советский сервер (точнее, мэйнфрейм), стоявший почти в каждом институте, так называемую ЕС’ку (серия ЕС — Единая Система), обрабатывающую запросы тонких клиентов».

Становление ИТ-рынка в России сопровождалось прежде всего быстрым ростом поставок зарубежных компьютеров на платформе x86, и именно они, уверен Дмитрий Бакай, заместитель директора департамента OCS Distribution, сыграли важную роль и в качестве первых серверов — администраторы сетей небольших компаний, экономя деньги, приспосабливали ПК для решения серверных задач. В начале 1990-х появились и первые специализированные серверные решения. Они в основном поставлялись из-за рубежа компаниями-перепродавцами (часть из которых потом стали дистрибьюторами). На тот момент представительств вендоров в нашей стране практически не было, сервис отсутствовал в принципе, ремонт осуществлялся «на коленке» в полуподвальных помещениях. Программное обеспечение в большинстве случаев было пиратским.

Примерно к 1992–1993 гг. вендоры начали открывать свои представительства в России, создавать партнерские сети. Стали появляться авторизованные сервис-центры, дистрибьюторы, партнеры второго уровня. Бизнес начал активно расти. И в компаниях-заказчиках стало меняться представление о настоящей ИТ-инфраструктуре — на ее развитие выделялись серьезные бюджеты.

В первую очередь это могли позволить себе наиболее крупные структуры. Поэтому не удивительно, что становление сегмента серверов Андрей Тищенко, заместитель директора департамента вычислительных систем КРОК, тесно связывает с появлением в России первых коммерческих банков, с развитием телекоммуникационных компаний и распространением Интернета.

«С падением железного занавеса на российский рынок вышли зарубежные производители серверов, лидером среди которых была IBM, — уточняет Андрей Семенов. — Связано это с тем, что мэйнфреймы IBM System/360 до 1980-х являлись безусловным лидером на мировом рынке серверов и даже последние советские разработки (серия ЕС ЭВМ) также по сути являлись клоном этих систем. И для российского рынка это были привычные технологии как с точки зрения обслуживания, так и с точки зрения конечного пользователя. Мэйнфрейм IBM был отказоустойчивым, высокопроизводительным сервером с большими объемами внешней и оперативной памяти, пригодным для использования в критически важных системах, а такие системы были очень востребованы, прежде всего в банковском секторе».

В конце 1990-х — начале 2000-х, по мнению Алексея Шалагинова, директора по отраслевым решениям Huawei в России, рынок в основном (примерно на 75%) был представлен большими машинами (мини-ЭВМ) и мощными компьютерами под ОС Unix. Однако уже тогда началось продвижение на рынок мощных серверов на базе платформы х86, представленных по большей части моделями в форм-факторе Tower различных размеров и конфигураций. Стоечные решения (rack) для размещения серверов в ЦОДах были представлены слабо (не более 5%), а blade-решения тогда еще не нашли своего практического применения.

«С развитием PC и Unix-ориентированных машин в 1990-е интерес к мэйнфреймам снизился, — вспоминает Андрей Семенов. — Рынок ПК набирал обороты, они стремительно дешевели, идея тонких клиентов с головным сервером (мэйнфрейм) как единой вычислительной системы перестала быть популярной, прежде всего в силу высокой стоимости владения. Популярность на рынке приобретали программные серверы, которые могли быть установлены на обычные ПК и выполнять задачи хранения и защиты информации, служить серверами приложений и т. д. В этот период сервер становился программным, и на рынок вышли производители серверных операционных систем, такие как Microsoft Windows (первая одноуровневая сетевая операционная система Windows 3.11), Novell Netware, SCO Unix, FreeBSD и другие. Относительная дешевизна данного решения привела к ситуации повсеместного распространения подобных сетей под управлением единого выделенного сервера — в школах, институтах, на государственных и коммерческих предприятиях».

«В качестве примера первых российских компаний — производителей вычислительной техники стоит вспомнить такие фирмы, как „Вист“, „Формоза“ и множество других, менее известных локальных вендоров и сборщиков, — рассказывает Дмитрий Варёнов, начальник отдела департамента вычислительных комплексов „Ай-Теко“. — На тот момент эти компании претендовали на лидирующие позиции на зарождающемся российском рынке серверов с перспективой выхода за рубеж. К сожалению, прогнозы не оправдались, и несколько лет спустя все эти фирмы просто исчезли. Чуть позже на их место пришли другие отечественные компании, но по сути их позиции были незначительными, без особых перспектив выхода на международные рынки. Говоря о данном периоде формирования рынка серверов, стоит вспомнить, что в конце 1990-х предпринимались активные попытки развернуть собственное внутрироссийское производство комплектующих, электронных компонентов (материнские платы, видеокарты, дисковые контроллеры) и даже процессоров (речь об „Эльбрусе-2000“). Их целью было предоставление отечественным компаниям-сборщикам альтернативных источников приобретения компонентов и создание конкуренции по отношению к множеству китайских фирм. Однако и это направление довольно быстро сошло на нет».

По мнению Дмитрия Варёнова, вторым важным технологическим этапом развития российского серверного рынка можно считать начало «исхода» крупных заказчиков с дорогостоящих высокопроизводительных мэйнфреймов, как правило, работавших под управлением проприетарных Unix-систем, на более приемлемые по стоимости кластерные решения на основе серверов х86-архитектуры в среде открытой операционной системы Linux. По данным Gartner, опубликованным в 2008–2011 гг., производители серверов на базе процессоров RISC и Itanium постепенно начали проигрывать битву за заказчиков поставщикам серверов стандартной архитектуры x86. Прогресс в развитии этой платформы (в частности, выпуск новых многоядерных высокопроизводительных процессоров в сочетании со средствами виртуализации, управления и автоматизации) привел к тому, что машины стандартной архитектуры обрели многие свойства серверов старшего класса. До того времени из-за относительно невысокой надежности и меньшей производительности серверы стандартной архитектуры x86 мало кто из корпоративных заказчиков рассматривал как платформу для развертывания «тяжелых» бизнес-критичных приложений. Для этих задач традиционно использовались высокопроизводительные мэйнфреймы и системы на базе RISC-архитектуры. Но развитие платформы x86 не стояло на месте, платформы на базе новых процессоров Intel и AMD были заметно дешевле и уже не столь заметно проигрывали в производительности.

Бурное развитие отечественного серверного рынка началось, по мнению Андрея Тищенко, после завершения кризиса 1998 г. и совпало с технологическим рывком, в частности с появлением на рынке серверов x86-архитектуры и первых серверных ОС Microsoft. До этого серверами называли только системы на базе RISC-архитектуры и Unix (платформы ALPHA, SPARC, POWER). Дальнейшим заметным событием стало появление в середине 2000-х многоядерных процессоров и технологий виртуализации, позволивших гораздо эффективнее использовать вычислительные ресурсы. В это же время многие российские заказчики озаботились внедрением отказоустойчивых и кластерных решений, а крупные компании — созданием катастрофоустойчивых инфраструктур.

«В 2000-х начало активно развиваться производство отказоустойчивых серверов, которые в скором времени появились и в России, — делится воспоминаниями Андрей Семенов. — Для того чтобы защитить данные, оказалось недостаточным просто защитить дисковое пространство. Необходимо было создавать полностью отказоустойчивую систему, т. е. такую, которая будет сохранять работоспособность после отказа как одного, так и нескольких своих элементов. Более того, в отличие от середины 1990-х, когда преобладали отдельно стоящие серверы в корпусе типа Tower, теперь стали преобладать серверы стоечные, так называемые rack mount, что позволяло оптимизировать пространство работы серверных систем, монтируя их в вертикальную 19-дюймовую стойку».

В оценке потенциала блейд-серверов, сыгравших существенную роль в развитии серверных технологий, эксперты также высказали единодушное мнение, отметив, впрочем, ряд технологических недостатков таких систем.

Наиболее перспективными типами серверов для российского рынка в настоящее время являются Rack/DO и Blade, считает Алексей Шалагинов. По его мнению, к настоящему времени более 50% рынка серверов заняты решениями Rack со все более возрастающей долей систем оптимизированной плотности DO (Density Optimized). Традиционные Rack-серверы, хотя и обладают высокой производительностью, недороги и просты в эксплуатации, однако довольно энергоемки и занимают много места в стойках. Поэтому стали стремительно развиваться Blade-решения, и в настоящее время их доля на рынке ИТ-оборудования России составляет 10–15%.

Андрей Семенов называет блейд-системы топовым решением рынка серверов, отмечая, что такая система, объединяющая в одном шасси (корзине) несколько «лезвий» (blade), имеет некоторые черты мэйнфреймов. Как следствие, считает он, такие конфигурации потеряли свою «открытость», что в свое время привело к потере популярности мэйнфреймов IBM. Лезвие одного производителя не подойдет к корзине другого производителя и наоборот.

Вторым очевидным недостатком блейд-систем, по мнению Андрея Семенова, является их стоимость по сравнению с обычными стоечными серверами. Но несмотря на все подобные недостатки, блейд-системы пользуются популярностью на рынке ввиду их более высокой производительности, возможности масштабирования, уменьшения стоимости владения, повышения надежности систем (в частности, питания и охлаждения), повышения удобства управления системой и т. п.

«Серверный рынок все более сегментируется по техническим признакам и областям использования, — говорит Дмитрий Бакай. — Появляются новые области применения серверных решений: интернет-сервисы, провайдеры, социальные сети, дата-центры, а также более плотные серверные решения — блейд-серверы. И все это время дистрибьюторы наращивали свои компетенции с опережением, готовя рынок, подбирая решения и продвигая новые технологии».

«Сегодня мы можем с уверенностью сказать, что рынок серверов продолжает развиваться: увеличиваются как вычислительная мощность, так и масштабируемость и отказоустойчивость систем, — полагает Андрей Семенов. — Имеет место также и тенденция к дальнейшей сегментации серверного направления с тем, чтобы предложить потребителю именно такую систему, которая наиболее соответствует его задачам и потребностям и оптимальна для него по соотношению цена/качество».

«На сегодняшний день совокупный объем мирового ИТ-рынка превышает 2 трлн. долл., — говорит Алексей Шалагинов. — Наибольшую его долю составляют серверы и системы хранения данных. Взрывной рост облачных вычислений и связанный с ним экспоненциальной рост объемов информации стимулирует спрос на серверы, а также приводит к быстрому росту их производительности. Если бы производительность серверных процессоров и пропускная способность интерфейсов и каналов связи не увеличивались такими опережающими темпами, существующие объемы корпоративной и публичной информации было бы невозможно обработать уже сейчас».

Серверный рынок в кризисные периоды

Как и весь российский ИТ-рынок, сегмент серверных решений прошел ряд кризисных периодов в своем развитии. «В кризис компании в большинстве случаев сокращают CAPEX, поэтому мы видели, что в такие периоды дешевые сервера продаются лучше, — констатирует Алексей Перевозчиков, менеджер по продуктам и решениям IBM Power Systems в России и СНГ. — Как только экономика начинает налаживаться, начинают расти продажи более „взрослых“ серверов, так как заказчики сталкиваются с высоким OPEX на поддержку и обслуживание младших моделей серверов. В то же время стоит отметить, что в кризис открываются новые возможности для компаний, которые изначально были нацелены на построение ИТ-инфраструктуры с использованием последних наработок в этой области. Для таких компаний не настолько остро стоит вопрос трат на обслуживание инфраструктуры, соответственно они чувствуют большую свободу действий и зачастую используют кризис как благоприятное время для расширения своего бизнеса».

По мнению Андрея Семенова, кризис 2008 г., как и кризис 1998-го, имел одинаковые последствия для всего ИТ-рынка, что обусловлено использованием в основном серверного оборудования импортного производства. За счет удешевления национальной валюты серверный сегмент ИТ-рынка подобно другим сегментам вырос в цене в рублевом эквиваленте. Рынок конечного потребителя готовится к следующему году, формируя бюджет в предыдущем году, а поскольку бюджеты в России формируются в рублях, то при критичном изменении курса рубля стоимость оборудования из-за курсовой разницы увеличивается. Как следствие цены на ИТ-оборудование в рублевом эквиваленте вырастают, и конечный потребитель уже не в состоянии реализовать свои потребности, поскольку бюджет остался на уровне, запланированном в предыдущем году. В результате потребитель перераспределяет бюджеты на те статьи, которые более критичны для бизнеса, и рынок ИТ стагнирует, формируя отложенный спрос. Однако если после кризиса 1998-го рынок восстановился практически через год, то после кризиса 2008-го в докризисное состояние он вернулся только через два года.

Дмитрий Бакай отмечает сходство кризисов 1998 и 2008 гг., указывая на резкое в обоих случаях падение рынка, достаточно быстрое достижение «дна», непродолжительную стагнацию и дальнейший рост.

По его мнению, прошлые кризисы были показательны тем, что первым «сигналом» о росте рынка явилось возобновление закупок ИТ-оборудования в банках. В преддверии роста операционной деятельности банки готовили обновление и расширение своих ИТ-инфраструктур. Дальше шел рост показателей экономики и возобновление закупок техники другими секторами экономики и промышленности. Каждый раз производители делали выводы и предлагали новые концепции серверной архитектуры — облачные и конвергентные решения, понижение стоимости владения, различные финансовые услуги и прочее.

«Кризисы 1998 и 2008 гг. существенно отличаются друг от друга, — не соглашается Алексей Шалагинов. — Прежде всего потому, что кризис 1998-го был вызван внутренними причинами, а 2008-го — внешними. В 1998 г. ИТ-рынок России находился в процессе становления, а к 2008-му бурно развивался со скоростью 9% в рублях и 5% в валюте. Однако после мирового кризиса 2008 года, в 2009-м, наблюдался спад до 20% в рублях и до 35% в валюте. Но уже в следующем, 2010 г. те же цифры фигурировали в показателях со знаком „плюс“. Эйфория была недолгой. Уже к 2014 г. российский рынок серверов снова стал показывать отрицательные цифры роста, даже в рублях. В текущем году ожидается все же небольшой рост в рублях: 0,8–1,2%».

«Примечателен следующий факт: если в 2007 г. между не-брендовыми (no name) производителями и брендами на рынке наблюдался паритет, то в 2008-м преимущество перехватили крупные компании, предоставляющие заказчику оборудование под собственным брендом (по данным IT Research)», — говорит Дмитрий Варёнов. По его мнению, в кризис 2008 г. российский рынок серверов фактически повторил тогдашние ключевые тенденции мирового рынка, что позволило относительно безболезненно и без серьезных потерь пережить кризис. Отечественный рынок серверных решений был еще весьма далек от насыщения, что позволило ему продемонстрировать темпы роста, существенно опережавшие мировые показатели и составлявшие порядка 15–20%. Повышенный спрос на серверные решения обуславливался, в первую очередь, необходимостью срочной модернизации и развития серверной инфраструктуры большинства корпоративных заказчиков, столкнувшихся с проблемой нехватки ресурсов для обеспечения работы с возросшей нагрузкой. Зачастую речь шла о необходимости замены как морально, так и физически устаревшего оборудования, на которое было прекращено предоставление официальной технической поддержки вендора, с использованием технологий его новых линеек и поколений серверов.

«То, что происходит сейчас в ИТ-отрасли, нельзя сравнивать с 1998 г., — уточняет Андрей Тищенко. — Тогда ИТ-рынок был на два порядка меньше, чем сейчас, и абсолютно другим по структуре, в частности, практически отсутствовал сегмент услуг и сервиса. А в 2008 г. всё довольно быстро вернулось к прежним показателям и продолжило рост в отличие от того, что происходит сейчас».

«Говоря о ключевых тенденциях, повлиявших на отечественный рынок серверных решений в 2008 г., — подчеркивает Дмитрий Варёнов, — стоит отметить серьезный рост спроса на серверы со стороны малых и средних предприятий, происходивший на фоне незначительного сокращения корпоративных заказчиков из числа крупных компаний. Эта тенденция была замечена лидерами рынка, которые, будучи разочарованы невозможностью сиюминутного увеличения продаж крупным предприятиям, начинали все больше ориентироваться на СМБ-сегмент, до этого не избалованный вниманием со стороны вендоров. В частности, в компании IBM поворот к малому и среднему бизнесу стал категорическим требованием для всех подразделений, предлагающих программное обеспечение, оборудование и услуги».

«Сейчас рынок серверов уже сильно сегментирован и, думаю, это продолжится, — считает Дмитрий Бакай. — Явно выделены рынки интернет-провайдеров, телекоммуникационных услуг, банковского сектора. Все эти отрасли требуют своих, нишевых решений. Некоторые вендоры готовы предложить такие решения. А кто-то уходит от модных концепций последнего времени, облачных решений и дата-центров, к безопасности данных».

С прицелом на перспективу: российский серверный рынок сегодня и завтра

«Нынешний кризис отличается тем, что он не был предсказуем, как предыдущие кризисы, которые развивались в рамках стандартных макроэкономических циклов, — отмечает Алексей Перевозчиков. — Этот кризис носит скорее политический характер. Достаточно вспомнить такой термин как „импортозамещение“».

По аналогии с прошлыми кризисами эксперты сегодня отмечают падение продаж серверного оборудования. «С другой стороны, — оптимистично утверждает Андрей Тищенко, — формируется отложенный спрос, который со временем только увеличивается. Вместе с тем в текущих условиях есть стабильный спрос на услуги аренды коммерческих ЦОДов и облачные услуги, которых в 2008 г. еще просто не существовало. Некоторое позитивное влияние оказала законодательная инициатива по хранению персональных данных российских граждан только на серверах, расположенных в России. Закон вступил в силу 1 сентября этого года, а в полной мере рынок прочувствует его значение, вероятно, в начале-середине следующего. Хотя мы уже сейчас видим рост проектов по переносу данных в наш ЦОД или облако, обусловленный желанием заказчиков соответствовать требованиям закона».

Текущий кризис, по мнению Андрея Семенова, отличается от предыдущих тем, что помимо прежних сложностей появилась необходимость соблюдать санкционные ограничения на поставки оборудования ряду организаций. Еще одной характерной чертой стал курс на импортозамещение, который широко декларируется, но пока реализуется с большими сложностями.

Эксперт выражает также определенный оптимизм в отношении будущего: «Хотя о том, что пик кризиса пройден, говорить преждевременно, мы смотрим на развитие рынка позитивно. После сокращения поставок серверов всех типов и платформ на 5,6% (143 тыс. единиц), по итогам 2014 г., наблюдается тенденция к восстановлению спроса. Игроки и вендоры адаптируются к новым условиям работы в России».

Версия для печати (без изображений)