В последнее время все более активно обсуждаются перспективы переноса корпоративных бизнес-приложений в публичные облака. Много сказано о достоинствах такой схемы и сопровождающих ее рисках. Даже приняв во внимание все разумные опасения, сегодня очевидно, что модель SaaS доказала свою конкурентоспособность и на рынке бизнес-приложений. Самый убедительный пример демонстрирует поставщик облачных CRM-сервисов компания Salesforce, начавшая несколько лет назад с нуля и имеющая сегодня годовой оборот 3 млрд. долл. Согласно Gartner, объем продаж облачных CRM-систем в 2012 г. оценивается на уровне 4,48 млрд. долл. (объем всего CRM-рынка — 18 млрд. долл.), а к 2015-му достигнет 6,3 млрд. долл. Рынок облачных комплексных ERP-систем не столь активен, но и здесь о своих амбициозных планах уже объявили практически все ведущие вендоры. Можно смело констатировать, что отрасль стоит на пороге больших перемен. Но готовы ли к ним все игроки?

Чтобы лучше понять ситуацию, мы обратились к экспертам из ряда ведущих отечественных и зарубежных компаний. Одни из первых вопросов, волнующих всех игроков? были следующие: как переход к облачной эксплуатации бизнес-приложений скажется на вендорах, их партнерах-консультантах и заказчиках и каким основным требованиям должны удовлетворять приложения, чтобы их можно было запускать в публичном облаке?

“Несомненно, переход на облачную модель эксплуатации бизнес-приложений существенно повлияет на взаимоотношения вендоров, партнеров и заказчиков, — убежден директор департамента Microsoft компании TopS BI Максим Кислицкий. — Прежде всего, изменится структура инвестиций в проект: вместо существенных затрат на внедрение приложений появится модель оплаты за услугу по факту ее использования. В результате чего произойдет перераспределение средств, получаемых вендором и партнером. Поскольку приложения, запускаемые в публичном облаке, как правило, имеют меньшие возможности кастомизации, чем классические системы, то роль партнеров в процессе их развертывания снизится. В то же время у партнера появляется возможность выстраивания долгосрочных взаимовыгодных отношений со своими клиентами по комплексной поддержке SaaS-решений”.

По мнению эксперта по развитию бизнеса представительства SAP в СНГ Инны Ожогиной, вырастет роль сервис-провайдера, которая ранее была весьма незначительной. В западной, да и российской практике роль сервис-провайдера осваивают как системные интеграторы, предоставляющие сервисы из своих или арендованных дата-центров, так и консалтинговые фирмы, добавляющие в свой пакет услуг облачные ИТ-сервисы. А кроме того, многие вендоры (SAP, Microsoft, “1C”) сами становятся сервис-провайдерами, предлагая свои решения в виде облачных сервисов. “В бизнесе партнеров-консультантов тоже будет много изменений, — считает технический директор центра технической поддержки группы “Борлас” Александр Циолковский. — В выигрыше могут оказаться те из них, кто либо уже обладает опытом работы с вендорами облачных решений, либо имеет в своем портфеле быстро развёртываемые пакеты типовых облачных сервисов, пригодных к совместной работе с уже существующими прикладными системами”.

Директор департамента бизнес-приложений “Oracle СНГ” Елена Миронова отметила: “Системным интеграторам придется повысить свою компетенцию, поскольку им предстоит все больше заниматься не кодированием и переработкой приложений, а управлением и интеграцией бизнес-процессов. ИТ-департамент заказчика станет меньше, но будет играть более важную роль, осуществляя связь между сервис-провайдером и бизнесом. Возрастет роль бизнес-аналитиков — специалистов, которые проанализировав процессы, могут сказать, какую услугу стоит размещать в облаке, а какую — нет, с учетом существующих ограничений, например, накладываемых законом о защите персональных данных”.

Александр Шикинов, директор по продажам компании “Манго Телеком”, утверждает: “Интерес крупного бизнеса к облакам выражает надежду преодолеть, наконец, негативные черты традиционных ИТ: огромную стоимость внедрения и сопровождения, долгострой и невыполнение обязательств, необходимость содержать армию высокооплачиваемых специалистов по ИТ и ИБ. И, как следствие, — задерживать реализацию бизнес-идей, подгоняя их под неторопливый темп развития корпоративных ИТ”. По его мнению, сложившаяся инфраструктура ИТ-рынка несовместима с этими ожиданиями, а плавная трансформация вряд ли возможна.

Готовы ли приложения

Что касается приложений, то как полагает директор по развитию бизнеса облачных вычислений компании IBS Олег Фатеев, они должны изначально проектироваться под облачную модель услуг и быть довольно узконаправленными, решающими вполне определенную бизнес-задачу. Так, CRM-система Salesforce была облачной и ориентированной исключительно на модель SaaS уже изначально. “Перенести в облако традиционное готовое приложение без существенных доработок практически невозможно, — согласен с ним Максим Кислицкий. — В ряде случаев миграция требует полной переработки приложения, т. е. написания его с нуля на базе Windows Azure, Amazon EC2 или другой PaaS-платформы. Надо также учитывать, что приложения для публичного облака, работающие по модели SaaS, должны быть оптимизированы для одновременного использования несколькими организациями (multitenancy)”.

“Облачные приложения должны быть кроссплатформенными, легко масштабируемыми, совместимыми с существующими системами виртуализации и обладать повышенными по сравнению с классическими системами характеристиками надёжности и отказоустойчивости, — подчеркнул Александр Циолковский. — Для заказчиков переход на облачные технологии должен сопровождаться снижением стоимости эксплуатации промышленных систем и повышением их общей надёжности. Заказчиков могут привлечь также обретение независимости от конкретного провайдера программно-аппаратной платформы, возможность одновременного использования облачных сервисов от разных, зачастую конкурирующих между собой провайдеров”.

По мнению Елены Мироновой, облачные решения должны базироваться на отраслевых стандартах. Такой подход позволяет заказчикам в случае необходимости легко переносить приложения из своего дата-центра в облако и обратно.

Александр Шикинов уверен, что облачное бизнес-приложение, предоставляемое по модели SaaS, обязательно должно допускать самостоятельное внедрение без привлечения внешних консультантов, совмещая простоту пользовательского интерфейса с широкой функциональностью, которая исключает необходимость подгонять бизнес под возможности ИТ или экстренно переходить на другой сервис. При использовании же нескольких сервисов, они должны интегрироваться автоматически, обнаруживая максимально возможный синергизм, о котором пользователь, возможно, и не подозревал. Сегодня предприятие СМБ уже может закрыть свои потребности в бизнес-приложениях помощью облачных систем, но сервисов, полностью отвечающих этим критериям, крайне мало. Однако лучшие из них убедительно демонстрируют преимущества облачного пути. Он отмечает: “создание таких “бескомпромиссных приложений” требует экспериментов с новыми архитектурами, юзабилити и способами интеграции в бизнес заказчика. Это дорого и чревато ошибками. Поэтому на рынке заметны и другие тенденции: создание упрощенных приложений; портирование традиционных бизнес-систем в PaaS-облака; создание полнофункциональных облачных SaaS-приложений, но рассчитанных на внедрение с привлечением внешних консультантов. Каждый из этих подходов крайне невыгоден заказчику”.

А руководитель департамента Microsoft SharePoint компании “АНД Проджект” Андрей Викулин напоминает, что перевод приложений в облачную среду требует серьезного пересмотр архитектуры, так как облачные решения требуют совершенно иного подхода к администрированию, управлению правами доступа, данными и т. д. Отсюда следует, что перед размещением подобных приложений в публичном облаке они должны быть протестированы с пристрастием”. Любой облачный сервис — это некая “коробка”, которую можно в определенных границах настраивать под клиента. Но ни о какой разработке под заказ тут речь идти не может. Это надо четко понимать и заказчику и исполнителю в момент формирования требований, подписания договора и на протяжении всего проекта.

Инна Ожогина обращает внимание на то, что публичные облачные сервисы должны обладать пятью ключевыми характеристиками: допускать самообслуживание, предоставлять доступ к своим функциям через Интернет, использовать общий пул ресурсов, обладать мгновенной эластичностью (способностью увеличивать количество абонентов или выделенных ресурсов “на лету”, а не за несколько дней) и иметь средства измерения, позволяющие взимать оплату по факту использования.

Готовы ли бизнес-модели

Какой должна быть бизнес-модель продвижения облачных решений, чтобы они стали выгодными для всех участников: вендора, партнера и заказчика? “Общего понимания в деле продвижения облачных бизнес-приложений на рынке пока не наблюдается, — посетовал Андрей Викулин. — Некоторые игроки пытаются предлагать облачный хостинг существующих версий программного обеспечения, но массового спроса, который является одним из ключевых факторов успеха новой бизнес-модели, пока не отмечается”. Не согласна с ним Инна Ожогина: “Облачные сервисы долгое время успешно используются и быстро развиваются на рынках Европы и Америки, поэтому бизнес-модели их продвижения уже созданы и апробированы. Думаю, нам в России не стоит изобретать велосипед, нужно лишь взять и адаптировать известные лучшие практики, предполагающие сочетание партнерства и конкуренции (coopetition)”.

Александр Циолковский полагает, что основные изменения в существующих бизнес-моделях должны быть произведены на стороне вендоров. Прежде всего, это касается подходов к лицензированию облачных приложений. Определённые подвижки в этом направлении уже есть. Так, Oracle даёт возможность использования модели лицензирования Business Process Outsourcing (BPO), в рамках которой организация передает BPO-провайдеру не просто выполнение отдельных задач, а замкнутую функциональную область внутри своего бизнеса. При этом стоимость лицензий и технической поддержки программного обеспечения Oracle входит в единую стоимость услуг BPO, оплачиваемых по подписке. Определенные шаги должны быть предприняты и компаниями-интеграторами, в первую очередь в плане расширения портфеля предлагаемых решений и пакетов услуг по внедрению и поддержке облачных решений.

“При создании бизнес-модели, выгодной всем участникам рынка, вендору изначально следует ориентироваться не на прямые продажи, а на создание партнерской сети, — уверен Максим Кислицкий. — Партнер, в свою очередь, может осуществлять сервисное обслуживание облачного приложения и предоставлять консультационные услуги по его настройке и расширению функционала. Такой подход поможет вендору успешнее продавать его решения, а заказчику получать от партнера более персонифицированный и локализованный сервис”.

Иная точка зрения у Олега Фатеева: “Роль партнера кардинально меняется. Если для того чтобы заказчик смог пользоваться приложением, перенесенным в облако, требуется штат консультантов, то это все что угодно, но не облачное приложение и не облачная услуга, так как нарушены критерии широкой доступности сервиса и самообслуживания потребителей. Поэтому в облачной бизнес-модели позиции вендора и заказчика сохранятся, а партнер должен будет превратиться из консультанта в разработчика, помогающего расширять экосистему вокруг облачной бизнес-платформы”.

Радикальное изменение доминирующей бизнес-модели предсказывает Александр Шикинов: “Будущее SaaS за сервисно-ориентированной моделью, в которой основной денежный поток идет от заказчика к сервис-провайдеру, а он уже распределяет средства между другими участниками цепочки. Последние могут обеспечивать продажи, помогать доставлять чувствительный к задержкам контент, правильно настраивать инфраструктуру и последнюю милю, участвовать в разработке приложений и их специализированных версий, осуществлять техподдержку на других языках. Получат распространение и такие схемы, когда партнер участвует в предоставлении услуги в режиме реального времени (синхронный перевод во время телефонного разговора или обмена сообщениями и пр.). Центральная роль провайдера как единой точки расчетов и ответственности естественна, так как именно с ним абонент заключает соглашение о качестве обслуживания (SLA). Причем биллинговая система провайдера может автоматически проводить необходимые расчеты, сделав их достаточно прозрачными. Такая модель сохраняет важнейшее свойство облачных систем — оплату только за реально потребленные услуги”.

Есть ли спрос в России

Ситуация на ИТ-рынке меняется очень быстро, и поэтому хочется понять, есть ли сегодня реальный спрос на предоставление функций бизнес-приложений в виде облачной услуги в России? В каких областях он наиболее активен, и что может его стимулировать в будущем? “Российские заказчики пока настороженно относятся к такой модели, — считает руководитель отдела продвижения ERP-систем Microsoft в России Владимир Егоров. — Особенно это касается крупных компаний, которые больше склонны развертывать бизнес-приложения в собственных частных облаках. На наш взгляд, особую привлекательность бизнес-приложения в виде сервиса имеют для компаний малого и среднего бизнеса, ведь они таким образом получают доступ к ранее недоступным решениям корпоративного уровня по привлекательной цене”.

Александр Шикинов, напротив, полон оптимизма: “Виртуальные АТС, CRM и некоторые другие сегменты облачного рынка уже несколько лет устойчиво показывают рекордные для ИТ темпы роста, причем сегмент ВАТС достиг половины объема всего рынка корпоративной телефонии. А ведь у нас пока основной потребитель облачных сервисов — это СМБ, развитию которого многое мешает. Но ВАТС уже начинают использовать и корпоративные заказчики, уставшие от того, что сроки реализации важных бизнес-проектов приходится подгонять под долгие циклы внедрения традиционных ИТ-систем. Если задержка создает реальный риск крупных потерь, то заказчик уже сегодня решается задействовать публичный облачный сервис. Такие случаи пока немногочисленны, но они происходят! А ведь им мешают корпоративные стандарты, стратегии развития, инвестиции в прошлые решения, давление вендоров и интеграторов и даже просто малый масштаб бизнеса облачных провайдеров и связанные с этим опасения, что они не смогут отработать SLA. Но когда положительный опыт достигнет критической массы, темп перехода крупных предприятий в облака изменится скачком”.

“Россия отстает от западного рынка лет на пять с точки зрения принятия самой концепции SaaS, — сетует Елена Миронова. — На американском и западноевропейском рынках есть множество нишевых CRM-вендоров, которые работают только с SaaS-технологией. Они появились буквально за последние два-четыре года, и рост у них колоссальный. Это тренд”.

По мнению Максима Кислицкого, слабый спрос на облачные приложения связан с тем, что не решены многие вопросы, относящиеся к управлению персональными данными в публичном облаке. Кроме того, предприятия не решаются выносить данные на сторону, особенно если мощности провайдера услуг размещены за пределами России. А отечественных систем, работающих по модели SaaS пока единицы. Активизацию спроса можно наблюдать в тех областях, которые компании не рассматривают как бизнес-критичные. Происходит постепенный перевод в облака коммуникационных сервисов, офисных программ, решений по совместной работе. В то же время различные учетные системы пока остаются на уровне on-premise.

По оценке Инны Ожогиной, наибольшим спросом в нашей стране пользуются облачные решения для управления талантами (например, SuccessFactors), для организации внутрикорпоративных социальных сетей и CRM. А основные сдерживающие факторы — предубеждения заказчиков, связанные в большинстве случаев с недостаточной информированностью, и невысокая общая культура автоматизации компаний среднего и малого бизнеса.

Олег Фатеев обращает внимание на очень интересное и динамически развивающееся облачное направление BPaaS (Business Process as a Service). Успех здесь будет сопутствовать тем, кто сконцентрирован на узких задачах и использует эффективную платформу облачной разработки. Сейчас заказчикам проще выбрать несколько облачных сервисов, успешно решающих отдельные бизнес-задачи, чем пытаться найти в облаках что-то универсальное и многоцелевое. С учетом этого есть хорошие перспективы для компаний, занимающихся агрегацией, интеграцией и кастомизацией облачных сервисов. Не случайно появился даже соответствующий термин: облачные брокеры. Но в их роли должны выступать не просто посредники и консультанты, а в большей степени компании-разработчики.

“В основном спрос наблюдается на рынке “быстрых проектов”, когда заказчику (от малого предприятия до крупной корпорации) нужно в течение нескольких месяцев запустить стандартное решение, — полагает Андрей Викулин. — Движущей силой подобного спроса является желание получить быстрый результат, который позволит заказчику в течение двух-трех месяцев перейти к новой модели управления. Думаю, спрос на облачные бизнес-решения будет в существенной степени зависеть от того, насколько волатильной будет экономика нашей страны. Дело в том, что в условиях постоянно изменяющейся среды компании предпочитают инвестировать с минимальным риском в проекты с малым сроком окупаемости, а облачные относятся именно к таковым. Отдельного внимания заслуживает национальная облачная платформа О7, продвигаемая компанией “Ростелеком”. С ее помощью предполагается покрыть за счет облачных сервисов базовые потребности государственных органов. Если данная госпрограмма завершится успехом, то это можно будет расценивать как официальное начало эры SaaS в России”.

По мнению Александра Циолковского, наиболее перспективными с точки зрения развертывания облачных бизнес-приложений являются госсектор, образование, здравоохранение (федеральные и бюджетные учреждения), а также малый и средний бизнес. Что же касается корпоративного сектора, то там наиболее вероятен эволюционный сценарий, при котором сначала происходит плавный процесс перемещения в облака непроизводственных экземпляров промышленной системы (в первую очередь — тестовых и находящихся в состоянии разработки), а также отдельных, наиболее ресурсоёмких ее модулей. Этот подход уже сегодня способен дать заказчикам возможность существенно сэкономить на инвестициях в собственные ЦОДы, избежав при этом рисков, связанных с использованием новых технологий. Кроме того, такой сценарий позволит заказчикам постепенно накопить вместе с партнёрами опыт эксплуатации облачных систем и в конечном счёте принять аргументированное решение относительно возможности использования облачных сред в качестве основной корпоративной платформы. Спрос на облачные бизнес-приложения мог бы быть значительно выше, если бы была создана единая нормативно-правовая база, а партнеры и консультанты были готовы представить потенциальному заказчику действующие прототипы облачных бизнес-приложений и сервисов. Ну и конечно, необходима активная позиция вендоров облачных решений по их продвижению на российский рынок.

Версия для печати