На днях компания Google объявила о переводе своего сервиса Google Cloud, функционирующего на базе IaaS-платформы (использование виртуальных машин) Google Compute Engine (GCE), из режима тестирования в промышленную коммерческую эксплуатацию. В целом в этой новости нет ничего необычного: такие сервисы предоставляют на рынке очень многие компании, от небольших локальных сервис-провайдеров до глобальных ИТ-лидеров. Интересно это событие другим: оно подтверждает довольно четкую тенденцию развития рынка облачных инфраструктурных сервисов: развитие успешного бизнеса в данной сфере не может “перепрыгнуть” через ступеньку поддержки IaaS-модели (иными словами — унаследованных ИТ-архитектур). Первой это признала Microsoft в своей Azure, а теперь и Google.

Точкой отсчета нынешней облачной ИТ-эпохи можно, хотя и весьма условно, считать 2008 г. Именно тогда в отрасли для обозначения нового направления ее развития стало использоваться знакомое сегодня каждому слово Cloud, которое по одной из наиболее правдоподобных версий пошло от быстро набиравшего популярность сервиса Amazon Elastic Compute Cloud. А своеобразным закреплением термина в качестве стандарта де-факто стало сделанное в сентябре 2008-го заявление только что назначенного на пост руководителя VMware Пола Марица о намерении его компании создать Cloud OS, которая должна была отправить существовавшие тогда традиционные ОС (читай — Windows) на свалку истории.

Однако как раз тогда в ИТ-отрасли обозначилась дискуссия: каким путем идти ей в светлое облачное будущее? А именно — путем поддержки унаследованной x86-архитектуры, перенося приложения из локальных ЦОДов в облако в виде уже хорошо известной технологии виртуальных машин, или для эффективной реализации облачных идей нужны качественно новые архитектуры, изначально ориентированные именно на облачное применение? Не вдаваясь в подробности отметим, что немного позднее эти два направления получили названия IaaS и PaaS, хотя, строго говоря, такое соответствие архитектурных идей и этих названий не очень верно. Но что интересно, тогда, в 2008 г., основными теоретическими оппонентами в вопросе облачного развития были как раз VMware (IaaS) и Google (PaaS), что нашло отражение в заявлении Марица, сказавшего, что Google, не понимая значения виртуализации, идет по неверному пути.

Такое различие в подходах двух компаний было вполне понятным, оно четко определялось их позициями на рынке. VMware уже тогда была ведущих игроком мирового рынка корпоративного инфраструктурного ПО и шла очевидным путем эволюционного развития. А Google, имея мощные внутренние технологические наработки в области построения эффективных вычислительных ресурсов, была все же новичком на этом рынке и пыталась обогнать ветеранов за счет реализации качественно новых идей. Кстати, Amazon была из той же среды “новичков”, что и Google (для нее выход на ИТ-рынок был побочным развитием основного бизнеса розничной интернет-торговли).

Однако в облака Amazon и Google пошли разными путями: свои инфраструктурные облачные сервисы они создали и начали продвигать примерно одновременно, но Amazon EC2 изначально был ориентирован на поддержку виртуальных машин по модели IaaS (хотя внутренняя реализация этой системы отличалась от гипервизорных архитектур), а Google App Engine — на PaaS с использованием новой собственной архитектуры приложений. И сейчас уже можно подвести некоторые итоги исторического спора о перспективах путей развития: Amazon является признанным лидером облачной сферы, имеющим достаточно сильные позиции на корпоративном рынке, а Google остаётся в числе перспективных, но все же новичков.

В том же 2008-м, но в конце октября о своей облачно-инфраструктурной стратегии объявила и Microsoft, впервые анонсировав (в виде предварительной версии) платформу Azure. И тут выяснилось, что Редмонд решил идти по варианту Google/PaaS, а именно по пути построения качественно новой, ориентированной именно на облачное применение операционной среды, не совместимой с традиционной Windows Server. То есть речь шла о создании чего-то вроде Windows Azure Server (хотя такого названия Microsoft не использовала), которая при этом могла функционировать только в дата-центрах Microsoft на ее внутренней платформе Windows Azure Hypervisor (сугубо внутреннее, непубличное название самой облачной среды).

Такой шаг Microsoft (несовместимость между Windows Server и Azure Server) казался удивительным, поскольку традиционная сила корпорации заключается именно в эволюционном подходе к развитию своих ОС и в обеспечении простого перехода огромной массы текущих пользователей на новые версии систем. Но, похоже, компания как раз за счет такого прыжка через две ступеньки хотела обойти VMware, имевшую к тому моменту “железобетонные” позиции в области виртуализации традиционных ОС. Такое впечатление, что с помощью Azure корпорация хотела “отправить на свалку истории” облачную платформу VMware, ориентированную на поддержку “обычных” виртуальных машин.

Разумеется, тезис о том, что ИТ-архитектура, изначально ориентированная на облачную модель применения, в облаках должна (во всяком случае в теории) работать лучше, чем поддержка там унаследованных систем, созданных для онпремис-развертывания (PaaS и IaaS соответственно), представляется вполне правильным. Но тут есть другой, еще более важный момент. Ведь вопрос о том, насколько такие новые архитектуры эффективнее адаптированных для новой жизни традиционных решений, является спорным. А вот то, что с помощью IaaS можно достаточно просто реализовать схему гибридного облака (с достаточно простым перемещением виртуальных машин из ЦОДа заказчика в облако провайдера и обратно), а с использованием PaaS это пока практически невозможно, — на сегодня “исторический факт”. И как раз этот факт, похоже, играет решающую роль в деле конкуренции между IaaS и PaaS.

Тут следует напомнить, что облачная концепция в своем первозданном виде ориентировалась поначалу на модель сугубо публичных сервисов, но уже в 2009 г. эти идеи стали развиваться в сторону частных, а потом — гибридных схем. PaaS-сервисы в такому повороту событий были не готовы чисто архитектурно, их разработчикам нужно было что-то делать.

Вся эта ситуация очень хорошо прослеживается на примере метаний Microsft с развитием своей Azure. Напомним, что поначалу Azure была ориентирована на работу в инфраструктуре самой корпорации. Но уже через полгода Microsoft стала говорить о возможности развертывания Windows Azure Hypervisor у партнеров-провайдеров и у заказчиков. Вроде бы были даже реализованы такие пробные проекты, но дальше “пилотов” дело, кажется, не пошло, и разговоры о продаже платформы прекратились. Почему так получилось, сказать трудно, но вполне вероятно, что возникли проблемы чисто технического порядка: облачная система оказалась слишком сложной, чтобы ее можно было тиражировать как программный продукт.

В результате Microsoft вынуждена была реализовать “ступеньку”, которую изначально хотела перепрыгнуть: в 2012-м в составе Windows Azure Hypervisor появилась поддержка “обычных” виртуальных машин, той самой IaaS. И более того, создается впечатление, что именно IaaS-архитектура, а не родная PaaS, является с тех пор основным направлением развития всей платформы Azure. Для примера скажем, что даже собственные прикладные решения, скажем EPR-системы, Microsoft реализует именно в варианте IaaS, а не PaaS.

Вот и компания Google, пионер создания облачных инфраструктур, хотевший ворваться в заветный мир корпоративных заказчиков с помощью своих “настоящих” облачных инноваций, решила посоревноваться на поле поддержки “унаследованных” IaaS-моделей. А поле это уже довольно хорошо освоено, лидеров догнать будет не так-то просто. А ведь осваивать облака Google и Amazon начинали почти одновременно, примерно с одинаковых позиций…

Версия для печати