С известной долей условности можно считать, что именно в этом году ИТ-направление, именуемое в последние годы как СЭД/ECM (системы электронного документооборота и управления корпоративным контентом), отмечает свое двадцатилетие. Отправной точкой вполне можно считать 1994 г., когда появились две отечественные ИТ-компании, определившие своим главным направлением бизнеса автоматизацию делопроизводства организаций, — “ИнтерТраст” и “Электронные офисные системы”, не просто здравствующие и ныне, но входящие в группу лидеров этого рынка.

Разумеется, некоторые работы в области автоматизации делопроизводства с помощью ЭВМ велись и в СССР, но тогда это в основном было ограничено небольшой территорией Старой площади в Москве (квартал ЦК КПСС), в народ эти средства (как и ИТ в целом) пошли только после перестройки. Хотя, если быть более точным, на звание первого российского СЭД-вендора может претендовать фирма “1С”, она была создана в 1991 г., и уже тогда в ее арсенале был продукт “1С:Документооборот”. Но для “1С” в то время продуктовое направление не было главным, а потом ставка была сделана на другой сегмент рынка — бухгалтерию, склад и прочие учетные задачи. Впрочем, сегодня фирма “1С” тоже входит в числе российских СЭД/ECM-лидеров…

Двадцать лет спустя

Разумеется, за это время рынок СЭД/ECM (хотя нужно сказать, что самих терминов СЭД и ECM двадцать лет назад просто не было, ECM появился примерно на рубеже веков, а СЭД — немного позднее) проделал огромный путь развития. Программы, первоначально ориентированные почти исключительно на учет бумажных документов и на применение узкой категорией делопроизводителей в сугубо специализированных подразделениях (канцелярия, общий отдел), сегодня стали системами, пронизывающими практически все сферы деятельности организаций, пользователями которых являются многие сотрудники, включая менеджеров верхнего звена. По данным аналитиков, в России ежегодно реализуются тысячи проектов по внедрению и обновлению систем, число вводимых в эксплуатацию рабочих мест исчисляется сотнями тысяч, есть новые проекты с десятками тысяч рабочих мест.

Чтобы понять прогресс за два десятка лет, лучше посмотреть на изменения в относительном положении СЭД/ECM на ИТ-рынке в целом. Если в 1990-е СЭД были сугубо нишевыми средствами, решающими частные, причем совсем не первостепенные для бизнеса задачи, то сейчас они все чаще позиционируются как важная часть корпоративных ИТ-систем, а порой даже и основа таких систем. Нужно также отметить, что именно СЭД являются основой автоматизации деятельности государственных структур всех уровней, а госсектор занимает весьма значительную часть в экономике страны.

Если посмотреть на историю развития процесса автоматизации деятельности предприятий, то можно увидеть, что 10—15 лет назад основной фокус делался на учетные задачи. СЭД тогда имели явно второстепенное значение. Но потом ситуация стала быстро меняться, и сейчас можно говорить, что именно СЭД/ECM выходят на передний план в числе ИТ-приоритетов заказчиков. Более того, если посмотреть глобальные тренды развития ИТ (облака, мобильность, социальность), то нетрудно заметить, что именно СЭД/ECM находятся на переднем фронте реализации этих новых идей и технологий. Причины такого повышения роли СЭД/ECM в целом понятны. Это объясняется продолжением проникновения ИТ в жизнь организаций и общества в целом, когда акценты смещаются с вычислительных задач на поддержку деятельности людей.

Но при этом нельзя сказать, что в России уровень использования ИТ в задачах управления документами соответствует лучшим мировым образцам. Конечно, тут ключевую роль играют некоторые объективные факторы, общеэкономическая ситуация в стране, но все больше на передний план выходят и субъективные моменты. Так, нормативно-законодательное регулирование явно не успевает за ростом потребностей рынка и развитием технологических возможностей. Это хорошо видно на примере явно затянувшегося перехода к безбумажным технологиями, необходимость которого всем очевидна, но реальных действий по решению этих вопросов пока не очень много.

СЭД vs ECM

Почти вот уже пятнадцать лет разговоры о российском рынке управления документами так или иначе идут в контексте сравнения, а порой и противопоставления двух идейно-технологических концепций — российской СЭД и мировой (хотя, возможно, лучше говорить американской или англосаксонской) ECM. Тема весьма спорная, эксперты высказывают порой прямой противоположные мнения, начиная с того, что СЭД и ECM являются чуть ли не антагонистами, и заканчивая точкой зрения, что эти термины по сути синонимы (СЭД — это адаптированный для России перевод ECM).

На самом деле истина, конечно, лежит где-то посередине. Наверное, наиболее правильным является восприятие СЭД как некоторого подмножества ECM, состав которого отражает актуальность тех или иных классов задач для нашей страны, а конкретная реализация — российскую специфику управленческой модели организацией.

Но при этом нужно отдавать себе отчет, что когда говорят о СЭД и ECM, речь идет не просто о количественных соотношениях (подмножество — множество), но и о серьезных концептуальных различиях. Дело в том, что истоки СЭД лежат в решении достаточно узкого класса задач управления организацией, а ECM изначально были нацелены на задачи повышения эффективности деятельности предприятия в целом (см. табл. 1). В несколько упрощенной форме можно сказать, что различия эти выражаются в том, что в центре внимания СЭД находятся документы (более того — учетные карточки документов), а ECM — поддерживают работу людей через управление именно содержанием документов.

Такие концептуальные различия находят непосредственное отражение в архитектурно-технологических подходах к реализации ИТ-продуктов и в методах их внедрения в конкретных проектах. Эти аспекты очень важны для заказчиков как при выполнении отдельных ИТ-проектов, так и выстраивании долгострочной ИТ-стратегии своего развития.

Конечно, четкого деления на СЭД и ECM (в отношении и программных продуктов, и проектов внедрения) сегодня нет (уже давно идут процессы конвергенции, взаимопроникновения), но все же эти две линии пока просматриваются на нашем рынке достаточно хорошо. Но, возможно, как раз сейчас направление СЭД/ECM в России переживает качественный момент своей трансформации, который можно сформулировать как переход от бумажного документооборота к электронному, от классических СЭД на основе традиций российской модели организации управления к комплексным ECM-системам, ориентированным на повышение эффективности работы предприятия в целом (рис. 1).

Итоги прошедшего года

Хотя мы сказали о происходящих качественных изменениях на российском рынке СЭД/ECM, все же нужно подчеркнуть, что трансформация тут происходит сугубо эволюционным образом, более того, возможно, медленнее, чем хотелось бы и чем ожидалось. Наверное, одна из причин такого не очень быстрого развития событий заключается в том, что коррекция нормативно-законодательных документов явно не поспевает за требованиями и возможностями времени. Тем не менее процесс развития идет, и тут хотелось бы выделить основные события и тенденции прошедшего года.

1. Активизация межорганизационного обмена финансовыми документами через операторов ЭДО (электронного документооборота). По сути, речь тут идет о двух параллельных, но во многом взаимосвязанных направлениях: о передаче предприятиями различной отчетной документации (налоговой, страховой, пенсионной и пр.) в государственные органы власти, а также о взаимодействии между предприятиями в рамках совместной хозяйственной деятельности, главным образом об обмене электронными счетами-фактурами (e-invoicing). Первый вариант развивается в России уже давно, и в целом можно говорить, что эти процессы уже достаточно отработаны, пример показывает ФНС, которая уже практически полностью перешла на прием отчетности в электронном виде.

E-invoicing стал культивироваться в нашей стране только последние два-три года, переход на электронное взаимодействие находится еще только в начальной стадии. В прошлом году в этой сфере достаточно четко обозначилась проблема роуминга (взаимодействия операторов между собой), которая показала, что весь этот механизм был не очень хорошо продуман на этапе проектирования и создания стандартов взаимодействия. В обоих случаях в России используется модель взаимодействия контрагентов через сертифицированных операторов, что тоже вызывает определенные нарекания со стороны заказчиков, поскольку такая схема наряду с плюсами имеет и минусы.

2. Повышение активности в области потового ввода. История преобразования бумажных документов в электронный вид насчитывает также уже почти двадцать лет, но, как это ни странно, именно в прошедшем году это направление получило как бы второе дыхание. Наверное, это связано с активными проникновением ECM-средств в сферу финансовой деятельности компаний.

3. Новая группа участников СЭД/ECM-рынка — частные лица. К трем традиционным категориям участников рынка — организациям-заказчикам, ИТ-поставщикам и регулирующим государственным органам — в прошедшем году прибавилась еще одна, причем быстро растущая — граждане. Конечно, речь не идет (во всяком случае, пока) о создании средств поддержки их внутренней деятельности, но актуальность темы электронного юридически значимого взаимодействия частных лиц с государственными и коммерческими организациями, а также между собой растет довольно быстро. Этот процесс во многом стимулируется проводимой в последние годы работой по переводу оказания государственных услуг в электронные форматы.

4. Деятельность Минкомсвязи и других регулирующих госструктур. Сейчас в вопросах автоматизации органов власти на передний план явно выходит проблема обеспечения их электронного документационного взаимодействия. Работа в этом направлении ведется на уровне правительственных структур уже несколько лет (в частности, в рамках проекта МЭДО), но все же пока сколько-нибудь решительного перелома тут не произошло. Определенные успехи имеются в делах, связанных с системой оказания государственных услуг и СМЭВ, но все же эти задачи больше связаны с транзакционными операциями, а не с документационным взаимодействием. Серьезной проблемой остаются до сих пор не решенные вопросы архивного хранения электронных документов и взаимодействия организаций с архивным ведомством. Летом прошлого года некоторую активность в направлении решения всех этих задач проявило Минкомсвязи (создание общественного экспертного совета, запуск проекта, получившего названием “национальная СЭД”), но заметных успехов в этих делах пока не наблюдается.

5. Технологические тенденции: облака, мобильность, социальность, Open Source. Эти вопросы достаточно много обсуждаются, но вряд ли можно говорить о заметных прорывах в прошедшем году. Потенциальный интерес к использованию облачных моделей на рынке СЭД имеется, что пока все тут происходит больше на уровне ознакомления и пилотных проектов. Двумя годами ранее ожидалось, что расширение использования облаков будет обеспечено за счет новых крупных игроков, таких как “Ростелеком”, но эти прогнозы не сбываются. Мобильные средства действительно становятся почти обязательным атрибутом СЭД, но сейчас их применение сфокусировано в основном на уровне руководства компаний, а не широкого круга сотрудников. Есть интерес к социальным средствам взаимодействия, но по большей части на уровне начального ознакомления с их возможностями. Всплеск разговоров об использовании СПО в государственном секторе завершился, кажется, еще пару лет назад, но сегодня можно наблюдать некоторое повторное повышение интереса к этой теме, инициированного уже не административными средствами, а сугубо деловыми аспектами.

6. Выставки и конференции. Традиционно главным мероприятием российского СЭД-рынка много лет считается DOCFLOW. В этом году “зеркало рынка” (этот эпитет давно используется аналитиками) показало, что СЭД является лишь частью растущего ECM-рынка: мероприятие превратилось, по сути, в представление сугубо российских СЭД-разработчиков, западные ECM-вендоры там уже не были представлены вовсе. Впервые состоявшаяся в 2013 г. конференция Russian Enterprise Content Summit ( RECS ), конечно, не была такой масштабной, как DOCFLOW, но благодаря другому формату отразила важные тенденции рынка — расширение класса решаемых задач и растущую потребность в профессиональном диалоге всех участников рынка (поставщики, заказчики, регулятор) о проблемах развития отрасли.

Динамика развития рынка и конкурентная ситуация

Оценка объемов и динамики российского СЭД/ECM-рынка — крайне сложная и пока нерешенная даже в первом приближении задача. В отрасли до сих пор нет сколько-нибудь общепризнанных (хотя бы в виде ориентиров) исследований. Характерно, что, например, IDC уже почти 15 лет ведет такие подсчеты российского ERP-рынка (которые, несмотря на их недостатки, все же признаются отраслью), а для рынка СЭД компания попробовала выполнить такие оценки лишь два года назад, после чего прекратила эти упражнения.

У такой ситуации с аналитикой есть ряд причин, главные из которых: не очень высокий спрос на подобные исследовании и слишком большая их сложность. Рынок СЭД/ECM в силу весьма широкого спектра решаемых задач является крайне размытым, неструктурированным. По некоторым оценкам, в нашей стране имеется около 100 фирм-разработчиков тиражных СЭД-решений, только в группу лидеров входит около 15 компаний. Используемые для оценки рынка методики базируются на учете опубликованных данных о реализованных проектах, но, по мнению экспертов, вне поля зрения остается не менее 50% рынка, причем эта доля принадлежит не тем компаниям, которые находятся в “видимой” части рынка.

Интересный анализ конкурентной ситуации на СЭД/ECM-рынке дал в конце прошлого года руководитель компании “ИнтерТраст” Андрей Линев, который предложил выделить на рынке три среза рынка по размерам реализуемых проектов (табл. 2) и такие группы ИТ-поставщиков:

  • компании, делающие ставку на собственные тиражные решения (вендоры СЭД).
  • компании, делающие ставку на создание заказных решений на базе платформ ECM: универсальные российские системные интеграторы, “карманные” системные интеграторы (при заказчиках), зарубежные системные интеграторы;
  • государственные компании и компании, лоббируемые государством;
  • новые разработчики, ориентирующиеся на облачные SaaS-модели;
  • новые поставщики услуг, делающие ставку на сервисы по реализации защищенного межорганизационного обмена документами.

Если же попробовать на основе этой классификации составить полную картину рынка, добавив к ней западных ECM-вендроров, регулятора и заказчиков, то структуру участников можно представить в виде схемы, приведенной на рис. 2. Нужно обратить внимание, что на российском СЭД/ECM-рынке деление на “вендоров” и “внедренцев” весьма условно, поскольку большинство игроков совмещают эти роли.

По мнению экспертов, традиционные российские СЭД-разработчики будут испытывать нарастающие сложности, поскольку рынок уже близок к насыщению, при этом конкуренция будет усиливаться за счет проникновения на средний рынок системных интеграторов, на которых, в свою очередь, будет давить усиливающееся прямое присутствие мировых вендоров (в первую очередь IBM и Microsoft). В то же время в малом сегменте наверняка будет повышаться доля “1С”, которая уже сейчас активно продвигается также в средний сегмент и вряд ли остановится на этом.

Важная особенность российского рынка — сильное присутствие государства, которое не только выступает как крупный заказчик, но и усиленно пытается играть роль ИТ-поставщика. К сожалению, видны тенденции на монополизацию рынка СЭД для государственных органов управления и на повышение роли внерыночных методов планирования и принятия решений.

Таблица 1. СЭД-задачи как подмножество ECM
Направления ECM Степень присутствия в СЭД
Управление документами +
Управление Web-контентом (WCM) -
Управление записями (Records management) +
Обработка изображений (подразумевает управление образами документов; Document Imaging) ++
Управление социальным контентом -
Workflow/BPM (потоки работ и управление деловыми процессами) +++
Расширенные компоненты ECM +

Таблица 2. Структура СЭД/ECM-рынка по размерам проектов (источник: “ИнтерТраст”)
Сегмент рынка, число рабочих мест в проекте; доля рынка в деньгах Основные игроки Характеристики
Малые проекты, до 50; 39% "1С”, Cognitive Technologies, ЭОС, “Тезис”, bb workspace, IRM Doc, “Кодекс”, “Гранит Центр”, “Глобус” и другие компании, в том числе региональные разработчики ПО Спрос на относительно простые СЭД коробочного типа, большие объемы поставок, развитая партнерская сеть, низкая маржинальность проектов
Средние проекты, 50-500; 33% "Логика бизнеса”, DocsVision, LanDocs, CompanyMedia, “Дело” и EOS for SP, ЛЕТОГРАФ, “Мотив”, Directum, “1С-Документооброт”, “ГранДокс”, “Кодекс”, “Евфрат”, “Наумен” Проектный характер бизнеса (и ПО, и услуги), основной продукт — СЭД коробочного типа с развитыми элементами настройки и конструкторами форм, видов и процессов, ориентация на директивное, проектное и процессное управление. Ранее здесь до 60% занимала как базовая платформа IBM Lotus Domino, но сейчас ее доля сокращается во многом из-за экспансии Microsoft SharePoint
Крупные проекты, более 500; 28% Ведущие системные интеграторы (КРОК, IBS, “АйТеко”, “Техносерв”, TerraLink, Inline), “карманные” интеграторы и государственные компании “Логика бизнеса”, Digital Design+DocsVision, “ИнтерТраст”, “ЭОС”, Directum В основном это заказные разработки на базе универсальных ECM-систем. Этот сегмент почти полностью закрыт от публичного внимания. часть рынка

Версия для печати (без изображений)