На прошедшем в начале марта заседании Рабочей группы по вопросам электронного документооборота при Торгово-промышленной палате РФ в центре внимания были вопросы новых возможностей электронного взаимодействия ФНС России с субъектами российского бизнеса.

Как известно, одной из актуальных задач для ФНС является сбор налога на добавленную стоимость (НДС). Задача эта не только важная, обеспечивающая огромную долю пополнения бюджета страны, но и очень сложная технически, поскольку она базируется на контроле порой очень длинных и весьма запутанных деловых цепочек и с математической точки зрения ее решение связано с использованием вероятностных моделей. Как рассказал начальник Управления камерального контроля ФНС России Александр Егоричев, сейчас основной объем налоговой отчетности поступают в ФНС исключительно в электронном виде, а это означает не только резкое увеличение объема исходной информации, но и ее почти стопроцентную целостность. Все это позволяет существенно повысить качество анализа, но для этого применять новые архитектурные и математические подходы. Повышение эффективности работы ФНС базируется в существенной мере на создании централизованной базы данных ведомства, автоматизации и унификации бизнес-процессов сбора налоговой отчетности и налогового контроля, в том числе с использованием технологий больших данных.

Одним из методов выявления нарушений с уплатой НДС является проведение камеральных проверок сотрудниками ФНС. Понятно, делать это можно только выборочно, причем желательно максимально точно определяя «группу риска», выявляя подозрительные организации, которые нужно держать под усиленным контролем. Именно на решение этой задачи нацелена созданная в ФНС в 2013 г. автоматизированная система контроля (АСК) «НДС», которая выполняет категоризацию налогоплательщиков по трем уровням: зеленый (низкий риск правонарушений при уплате налогов, упрощенный вариант контроля со стороны ФНС), желтый (средний риск, обычный контроль), красный (высокий риск, усиленный контроль). Масштаб системы можно оценить хотя бы по тому, что поток обрабатываемых налоговых деклараций составляет 1,5 млн. документов (1 млрд. строк, 20 Тб) в квартал, из которых 61,1% относятся к уплате НДС, а 1,7% — к возмещению налога.

Система проводит категоризацию по 84 критериям (общие сведения о деятельности компании, регистрационные данные, налоговая истории организации, сведения о бенефициарах и пр.), при этом алгоритм является закрытым и постоянно совершенствуется на основе постоянного изучения разнообразной внутренней и внешней информации. (Нужно сказать, что ряд операторов ЭДО предлагают в качестве услуги собственные средства оценки налоговых рисков, утверждая, что при этом используют собственные алгоритмы, построенные на основе анализа работы алгоритмов ФНС.) Такой механизм автоматического выявления потенциальных нарушителей оптимизирует деятельность ФНС при проведении камеральных проверок и имеет вполне конкретный эффект — за два года число попыток мошеннического возмещения НДС сократилось в три раза, а самое главное — существенно увеличилась собираемость налога. Также заметна тенденция к снижению числа ошибок в налоговой отчетности (за 2015 г. доля деклараций с расхождениями сократилась с 31 до 21,3%). Учитывая столь позитивные результаты, ФНС решила распространить в 2016 г. использование данной системы на анализ отчетности не только по НДС, но и по другим видам налогов.

Как подчеркнул Александр Егоричев, по начальному замыслу сведения об уровне налогового риска компании (зеленый, желтый, красный) являются сугубо внутренними, они служат для оптимизации работы самой ФНС. Однако сейчас в службе обсуждается возможность раскрытия такой «маркировки» и функционала анализа (без раскрытия самого алгоритма), чтобы эти средства были доступна для самих субъектов. Это было бы полезно компаниям не только для понимания собственной деятельности (и качества налоговой отчетности), но и для оценки качества своих контрагентов.

Переход на всеобщую электронную отчетность позволил перейти к использованию углубленной аналитики: если АСК «НДС» основана на анализе отдельных налоговых деклараций, то созданная в прошлом году АСК «НДС-2» позволяет оценивать всю цепочку формирования НДС при деловых операциях между различными организациями, формируя при этом целостные товарные потоки. Уже сейчас эта система позволяет 18 тыс. налоговых инспекторов по всей стране работать с единой базой счетов-фактур (около 15 млрд. документов), выявляя различного рода нестыковки в документах и как следствие — нарушителей налогового законодательства.

Оценивая в целом переход ФНС на электронные взаимоотношения с налогоплательщиками, Александр Егоричев отметил, что процесс идет весьма успешно. Так, несмотря на резкий рост объема передаваемых электронных документов первичный отказ в их приеме от налогоплательщиков составляет лишь 1,5-2% в общем потоке. Вместе с тем выявились некоторые юридические проблемы такого взаимодействия, но они носят скорее технический характер — нужно просто зафиксировать ряд аспектов на законодательном уровне, что и намерена сделать ФНС в ближайшем будущем.

В 2015 г. вступили в силу нормативные акты, позволяющие сдавать пакет документов (реестр) для подтверждения нулевой ставки НДС при экспорте в электронном виде, и уже в IV квартале таким вариантом воспользовался ряд организаций, созданная для поддержки такого электронного взаимодействия система находится, в стадии опытной эксплуатации. Заместитель начальника отдела НДС Управления налогообложения юридических лиц ФНС России Ирина Персикова обратила внимание на то, что решение этой задачи выходит за рамки деятельности налоговой службы, оно требует межведомственного взаимодействия, в данном случае с Федеральной таможенной службой.

Она сообщила, что для передачи данного реестра от клиентов ФНС разработала пакет ПО, но как раз по этому вопросу по ходу заседания возникла дискуссия. Представитель одной из крупных компаний высказал претензию в том, что реализованный интерфейс взаимодействия не позволяет организациями самостоятельно передавать информацию в ФНС: если раньше, в бумажном виде, это операция выполнялась просто отправкой соответствующих бумаг, то теперь для передачи в электронном виде нужно пользоваться услугами (платными!) спецоператоров. Почему нельзя открыть формат реестра, чтобы налогоплательщики могли сами готовить реестр в нужном виде и напрямую передавать в ФНС? Этот вопрос на совещании остался без ответа.

Как рассказал заместитель начальника отдела обеспечения электронного взаимодействия с внешними организациями в электронном виде Управления информационных технологий ФНС России Федор Новиков, в конце прошлого года в Минюсте были утверждены форматы двух документов (о передаче товаров и о передаче результатов услуг), но уже подготовлена их замена в виде формата универсального передаточного документа (на товары, услуги, имущественные права и пр.), утверждение которого можно ожидать в ближайшее время.

Важным событием этого года станет вступление с 1 апреля в силу нового порядка обмена электронными счетами-фактурами, который сформулирован в приказе Минфина от 10.11.2015 № 174н (зарегистрирован Минюстом приказом № 41145 от 18.02.2016). Одной из главных его новаций является нормативное требование к eInvoicing-операторам (передача счетов-фактур) обеспечить роуминг при взаимодействии организаций, находящихся у разных операторов. По мнению ФНС, реализация на практике этой возможности теперь целиком зависит от самих участников электронного взаимодействия, которые должны на совершенно законных основания выставлять подобные требования к своим операторам.

С 1 июля 2017 г. должен начаться переход на новую систему работы с контрольно-кассовой техникой (ККТ). Законопроект по этой теме прошел первое чтение в Госдуме, и ФНС надеется, что сроки рассмотрения и принятия документа будут выдержаны. Новый порядок предусматривает иной порядок регистрации этой аппаратуры (удаленно, через облачный сервис) и создания института операторов фискальных данных, которые будет осуществлять функции сбора и передачи соответствующей информации от пользователей в ФНС. При этом процесс перехода от текущей системы управления ККТ к новой будет идти эволюционно, по крайней мере, на первом этапе решение о таком переходе будет приниматься клиентами добровольно.

И еще одно интересное новшество с большими перспективами — запуск проекта физической маркировки (комбинация цифрового, штрих- и QR-кодов в сочетании с электронной RFID-меткой) продукции стран Евразийского экономического союза. Эта мера направлена на повышение прозрачности товарных потоков и на борьбу с серым импортом. Уже с 1 апреля этого года такая маркировка в обязательном порядке вводится для меховых шуб, но как подчеркнул Федор Новиков, пока речь идет о пилотном проекте, который в будущей будет постепенно распространяться и на другие категории товаров.

Версия для печати (без изображений)