В минувшем году произошло одно давно ожидавшееся событие — структуризация российского СПО-сообщества. Этот процесс проходил довольно нервно. Например, порой звучало слово “раскол”, имеющее вполне определенную эмоциональную окраску.

Надеюсь, всё это останется в прошлом. Страсти утихнут, обиды забудутся. И мы наконец начнем обсуждать сугубо практические вопросы и сравнивать две концепции развития СПО в России. Правда, с поправкой на то, что полной информацией мы так и не владеем. Текст официального отчета по прототипу НПП до сих пор не опубликован, да и о деятельности концерна “Сириус” по развитию ТП НПП во многом приходится только догадываться. Разумеется, это не попытка обвинить других, а желание оправдаться на тот случай, если из известных фактов сделаны неверные выводы.

Итак, на начало года мы имеем две основные группы по разработке и внедрению СПО, у каждой из которых своя точка зрения на то, как должны проходить эти процессы. И не имеем никаких предпосылок к тому, что в ближайшее время что-то радикально изменится.

Первый участник — РАСПО, в основу идеологии которой легли разнообразие и конкуренция при условии соблюдения неких базовых стандартов. К этой организации тяготеют негосударственные предприятия, работающие на более-менее свободном рынке. Или, по крайней мере, желающие на нем работать.

Второй участник — ОАО “Концерн Сириус” (входит в ГК “Ростехнологии”), организовавший ТП НПП (форму частно-государственного взаимодействия в инновационной сфере) и АНО НПП (Автономную некоммерческую организацию содействия развитию индустрии программного обеспечения “Национальная программная платформа”). Его концепция фактически предполагает развитие одного дистрибутива; официально это нигде не звучало, но практические действия компании приводят к именно такому выводу. Концерн объединил вокруг себя госучреждения, в том числе академические институты и госпредприятия.

Сразу хочу сказать, что обе концепции имеют как слабые, так и сильные стороны. Поэтому вряд ли разумно делить их на “чистые” и “нечистые”. Значительно продуктивней сравнить идеологии по ресурсозатратности и реалистичности. Но для этого сначала надо оценить плюсы и минусы каждой.

Консолидация ресурсов вокруг одного проекта — путь, проверенный временем. Один из сторонников создания ГосОС Виктор Алкснис прямо ссылался на советский опыт, утверждая, что максимальный результат достигался именно таким методом. Однако следует принять во внимание тот факт, что советские условия радикально отличались от российских. Да и расхожее мнение о тотальном социалистическом монополизме не соответствует действительности. В частности, в авиации всегда было несколько КБ, работающих над аналогичными машинами. И практически во всех жизненно важных отраслях было именно так — без состязательности действительно качественный продукт создать непросто.

Другое дело, что конкуренция была зачастую “внутрикорпоративной”, но это уже специфика тотальной госсобственности. Но все яйца в одну корзину складывали редко.

Более практичный плюс одного госдистрибутива заключается в принудительном ограничении роста “разработчиков систем”, которые по сути ничего не разрабатывают, а только создают некую инфраструктуру для того, чтобы могли работать другие. В результате мы имеем одну большую проблему Linux — огромное количество разнообразных дистрибутивов при крайне ограниченном числе прикладных программ, особенно узкоспециализированных.

Если государство пресечет активное “дистрибутивостроение”, то это гипотетически сможет заставить других участников разработки заняться более продуктивными и полезными делами. Но практика может оказаться не такой, как ожидалось. Во-первых, у компаний, которым не посчастливилось попасть в число разработчиков ГосОС, может не хватить компетентности для создания узкопрофильного прикладного ПО, и они попросту уйдут с этого рынка. Или переквалифицируются во внедренцев.

Во-вторых, совершенно непонятно, как при такой схеме будет осуществляться финансирование разработчиков свободного прикладного ПО. Разве что за счет грандов от производителя самой ГосОС. Но вряд ли таким образом можно создать что-то действительно серьезное.

В-третьих, проблемы могут начаться в рядах самих разработчиков ГосОС, особенно в ее независимой части. Работать ради идеи на госмонополиста — это что-то из ряда вон выходящее. Также наивно рассчитывать на то, что оставшиеся не у дел участники других коллективов будут гореть желанием поскорее влиться в команду тех, кто фактически остановил их проект. Безусловно, все эти вопросы решаемы, но только деньгами — на “just for fun” в такой ситуации поведутся очень немногие.

Конечно, с точки зрения потребителя единообразие — очень большой плюс. Однако при одном условии: предлагаемый государством продукт должен быть заведомо лучше остальных. Практика же показывает, что пока мы выдаем желаемое за действительное. В частности, некоторые работники образования считают, что процесс внедрения СПО в школы пошел бы значительно быстрее, если вместо ПСПО учебные заведения получили Ubuntu (на создание которой, кстати, наше государство не потратило ни копейки).

Тем не менее при наличии политической воли и достаточного количества свободных ресурсов все эти вопросы вполне решаемы. Если, конечно, ими заниматься.

Концепция РАСПО — “пусть цветут все цветы”. Государство должно определить только стандарты, что даст возможность потребителю выбрать лучшее из того, что предлагает рынок. Прагматизм такого подхода заключается в том, что его реализация не требует значительных бюджетных затрат. Однако существует опасность в очередной раз понадеяться на “невидимую руку рынка” и в результате остаться у разбитого корыта. Что мы, кстати, неоднократно проходили в своей новейшей истории.

Дело в том, что конкуренция приводит к положительному эффекту только тогда, когда она добросовестная. Но в нашем случае придется делать поправку на две российские беды — некомпетентность и коррупцию. Да-да, именно в таком порядке, поскольку безграмотность значительно хуже всех распилов и откатов вместе взятых.

Не исключено, что наш бизнес традиционно выберет то, что попроще: будет собирать дистрибутивы и внедрять их. А ядром и прикладными программами пусть по-прежнему занимается мировое сообщество. Очевидно, что говорить в таких условиях о каком-то подъеме отрасли по меньшей мере наивно.

Впрочем, причина выбора самого простого пути может быть вполне уважительной — банальное отсутствие денег. Рынок и так небольшой, а если фирмы начнут его дербанить, то получится обратная сторона социальной справедливости: каждому достанется едва-едва на пропитание, а о каком-то развитии даже мечтать не придется. И пожаловаться будет некому и не на кого — сами выбрали свободу.

Не исключено, что в наших реалиях декларируемое разнообразие приведет к точно такому же монополизму, только “главным по Linux” станет не государственный назначенец, а компания, располагающая лучшими стартовыми условиями. Остальные могут рассчитывать только на вторые роли.

На первый взгляд, хрен редьки не слаще. Будет как в анекдоте про конверсию, когда на выходе получался только танк при любых начальных условиях. Но это не так. Во-первых, концепция РАСПО все-таки значительно лучше. Во-вторых, она стала таковой только благодаря действиям оппонентов.

Парадокс? Ничего подобного. Допустим, в РАСПО появится ярко выраженный лидер (или договорившиеся о разделе рынка лидеры). Конкуренция при этом только обострится, поскольку существует альтернативный центр — АНО НПП. Причем очень мощный и интеллектуально, и материально (учредители — “Ростехнологии”, РАН, Российский союз ректоров, “Отечественный софт” и РУССОФТ).

Вот и получится добросовестная конкуренция, ведь стороны наверняка будут следить друг за другом, чтобы соблюдалась честная игра. Если одна из сторон попытается задействовать административный ресурс, то другая, можно не сомневаться, раструбит об этом на весь Интернет. Вряд ли кто-то из чиновников решится так явно и откровенно подставиться.

С точки зрения пользователя ситуация практически идеальна. Две конкурирующие группы, имеющие достаточно высокие возможности, для него значительно лучше кучи мелких предприятий. Вероятнее всего, в выигрыше будут и специалисты: “охота за головами” в условиях конкуренции всегда обостряется.

Иными словами, развитие НПП как набора стандартов при двухполярной системе — благо для отрасли. Впрочем, во что это выльется на практике, мы пока не знаем. Но, думаю, в этом году должна появиться ясность.

Версия для печати