Последние десять лет движение Оpen Source является одним из ключевых факторов развития ИТ-отрасли и важной ее составной частью. Роль и место Оpen Source не только усиливается в виде роста количественных показателей (число потребителей и поставщиков, финансовые объемы сопутствующих услуг), но происходит и изменение его качественного позиционирования на ИТ-рынке в целом. Уже стал почти общепризнанным тезис о значении Open Source не только для повышения эффективности применения ИТ конечными пользователями (снижение затрат, повышение гибкости, уменьшение зависимости от поставщика), но и для формирования потока инноваций — главного источника развития ИТ. В последние годы мы видим, что вопросы открытого кода как бы отходят на второй план, уступая место более высокоуровневым вопросам открытости ИТ — стандартам, методам создания ИТ, формам взаимоотношений поставщиков с потребителями и между собой, взаимодействию ИТ-отрасли с регуляторами и пр.

Какова роль движения Open Source и практика применение этих подходов на российском ИТ-рынке, какие тут есть сегодня проблемы и как их следует решать — с этими вопросами в преддверии намеченной на 19 апреля конференции Russian Open Source Summit (ROSS) 2017 мы обратились к экспертам из числа ИТ-поставщиков и разработчиков ПО.

Open Source в мире — состояние дел и тенденции

Направление Open Source сегодня можно уверенно называть одним из ключевых трендов развития ИТ. Споры о жизнеспособности этой модели ушли в далекое прошлое, и сегодня ни у кого не вызывает сомнения ее важность для современной ИТ-отрасли. Принципиальным изменением последнего десятилетия является то, что модель Open Source вышла за рамки нишевого движения и сегодня пронизывает практически все сферы ИТ, играя ведущую роль в создании ИТ-инноваций. Можно достаточно уверенно говорить, что уже нет достаточно жесткого разделения ИТ-мира на проприетарный и открытый сегменты, что мы наблюдали еще относительно недавно. Практически все ведущие ИТ-компании мира все шире используют модели Open Source в своей деятельности, одновременно являясь спонсорами различных открытых проектов. Лучшее доказательство этого — тот факт, что Microsoft, которая раньше воспринималась сообществом Open Source, как главный противник открытого ПО (что-то вроде «исчадье проприетарного ада»), сегодня признается одним из ведущих контрибьюторов Open Source.

Об этом сказали все участники нашего опроса. «Еще десять лет назад многие корпоративные заказчики с недоверием относились к использованию Open Source, а сейчас ПО с открытым кодом — признанная часть мировой ИТ-отрасли и ключевой двигатель инноваций», — отметил, в частности, региональный менеджер Red Hat в России и СНГ Максим Семенихин.

«В последние годы мы отмечаем устойчивый спрос на свободные решения и наблюдаем рост интереса со стороны ранее скептически настроенных заказчиков», — подтверждает этот тезис и директор департамента вычислительных комплексов компании «Ай-Теко» Сергей Телевинов. И хотя клиентов, планирующих построение всей серверной инфраструктуры исключительно на СПО, по его мнению, по-прежнему крайне мало, замена отдельных систем и решений уже становится обычной практикой. Это позволяет говорить о постепенном повышении уровня проникновения СПО в корпоративный сегмент.

«Глобальные исследования свидетельствуют о том, что все больше компаний выбирают модель Open Source для более быстрой и эффективной разработки инновационных продуктов и решений, сокращения расходов, повышения конкурентоспособности, — отметил директор департамента развития облачных сервисов и продуктов компании „Сервионика“ (ГК „Ай-Теко“) Вячеслав Самарин. — Open Source становится ключевой моделью и даже стандартом разработки решений в таких актуальных технологических областях, как облака, контейнеры, Big Data. Помимо этого Open Source играет важную роль в формировании рынков IoT и искусственного интеллекта».

«Проекты коллективной инициативной разработки ПО с открытым кодом показали, что даже весьма сложные высокотехнологичные проекты могут успешно выполняться в рамках бизнес-моделей экономики сотрудничества, — признает директор по перспективным технологиям Microsoft в России Владислав Шершульский. — С переходом ИТ-индустрии (и всех остальных отраслей экономики) с продуктовой на сервисную модель Open Source нашел свое естественное место в ИТ-экосистеме в основном как ПО сервисов, запускаемых в рамках глобальной облачной ИКТ-платформы».

Место ПО с открытым исходным кодом в современном ИТ-мире сегодня можно в целом охарактеризовать как связующее звено, так как оно создается на стыке интересов всех заинтересованных сторон, считает старший консультант по развитию бизнеса Ericsson в регионе Северная Европа и Центральная Азия Андрей Чистов. Он также отмечает рост числа небольших проектов по разработке инструментов для специальных целей, например тестирования, анализа кода, которые вместе образовали среду, позволяющую быстро решать самые разные задачи.

Директор по работе с госучреждениями Samsung Electronics Марат Гуриев считает, что Open Source выгодно использовать, например, когда необходимо найти единую платформу для решения сразу нескольких задач. Данную модель удобно использовать в образовании, эта концепция является ведущей в высоконагруженных системах.

На настоящий момент развитие Open Source вышло из той фазы, когда интерес к нему был мотивирован исключительно низкой ценой и технологическими плюсами, уверен исполнительный директор компании VDEL Милан Прохаска. Новая фаза связана с интересом заказчиков к современным и быстро развивающимся платформам, обеспечивающим кроссплатформенность и легкую встраиваемость в имеющийся ландшафт. Open Source теперь — это не только образовательные и исследовательские цели, но и масштабные проекты, связанные с высокой производительностью и повышенными требованиями к безопасности.

Руководитель направления импортозамещения и ПО с открытым кодом компании КРОК Александр Беляев обращает внимание на то, что открытые СУБД стали весьма конкурентны в сравнении с коммерческими продуктами, особенно при условии их бесплатности. «Open Source стал площадкой для создания инноваций и развития всей глобальной мировой ИТ-отрасли, — делится своим мнением управляющий директор компании „Росплатформа“ Владимир Рубанов. — За счет эффекта „разрабатываем вскладчину, а полный результат одинаково доступен для всех“ использование созданных интеллектуальных ресурсов становится гораздо эффективнее, чем при многократно дублируемых разработках за закрытыми дверями проприетарных компаний. При этом никто не мешает коммерческим компаниям создавать собственные коммерческие продукты на базе общей Open Source-основы, внося свои уникальные функции, доработки и сервисы».

Открытое и проприетарное ПО: единство и борьба противоположностей

Успех и широкое распространение Open Source в решающей степени объясняется переходом ИТ-отрасли к новой модели создания инновационных технологий. Сейчас все более значимую роль играют не традиционные исследовательские центры крупных компаний (которые при этом остаются важным двигателем ИТ-прогресса), а разного рода небольшие стартапы и вовлечение в процесс создания новшеств широкого круга участников ИТ-сообщества, в том числе частных лиц. Open Source является питательной средой для создания инноваций, и понимание этого заставляет крупных игроков (причем не только из ИТ-отрасли) заниматься реализацией собственных открытых проектов или объединяться в разного рода консорциумы для развития независимых проектов.

При этом еще некоторое время назад на ИТ-рынке сложилась достаточно понятная схема взаимодействия и разграничения полномочий между открытым и проприетарным ПО, когда Open Source рассматривался в основном как исследовательский инструмент для разработки инноваций, а проприетарные методы — для создания продуктов для конечных пользователей, в том числе на основе открытого ПО. Однако в последние годы можно наблюдать отчетливую тенденцию все более широкого использования Open Source корпоративными заказчиками не только в исследовательских целях, но и при реализации своей «боевой» ИТ-инфраструктуры.

Говоря об этом, Вячеслав Самарин, ссылаясь на мировые авторитеты, отмечает, что сегодня инициаторами инноваций в мире ИТ в большинстве случаев являются не разработчики, а пользователи. И проекты с открытым кодом развиваются как раз ими. Например, платформа OpenStack, которая сейчас все чаще используется для создания крупных высоконагруженных облачных ИТ-инфраструктур, изначально применялась для тестовых сред. В этом качестве ее изначально использовали и российские заказчики. Однако сейчас ситуация меняется под влиянием двух факторов: роста зрелости самой платформы и увеличения числа реальных проектов, в которых она применяется.

Свой вклад в создание ИТ-инноваций вносят и Open Source, и проприетарные модели, сейчас трудно судить, чья доля тут выше, считает Владислав Шершульский. Но фактом является то, что наибольшего успеха модель Open Source действительно добилась на границе университетских академических исследований и разработки делового программного обеспечения. Примеры — большие данные и машинное обучение. Скорость появления новых научных идей и результатов в этих областях так велика, что даже самые крупные и требовательные коммерческие потребители охотно используют свежие исследовательские разработки с открытым кодом.

«Действительно, Open Source-проекты часто являются площадкой для исследований и генерации передовых инноваций, которые затем включаются в продукты для конечных пользователей, разрабатываемые и коммерчески поддерживаемые конкретными вендорами, — делится своим мнением Владимир Рубанов. — Некоторые конечные пользователи создают внутренние отделы по разработке решений для собственных нужд на базе Open Source, хотя полноценно довести Open Source до промышленного качества без помощи вендора могут себе позволить только крупные клиенты».

Впрочем, технический эксперт SUSE СНГ Кирилл Степанов уверен, что никакого распределения ролей" нет: «Есть две модели разработки ПО — свободная и проприетарная. Есть две бизнес-модели — продажа лицензий и продажа услуг по поддержке СПО. Обе доказали свою успешность. Одни разработчики выбирают одно, другие — другое. С точки зрения конечного пользователя, никакой разницы нет. Качество самого ПО и услуг по его поддержке может быть как хорошим, так и плохим, вне зависимости от модели разработки — примеров полно».

«Доля ПО с открытым исходным кодом в решениях увеличивается, — констатирует Андрей Чистов. — К тезису же о том, что ПО с открытым исходным кодом — это исследовательский инструмент для инновационных разработок , а проприетарные методы — для создания продуктов для конечных пользователей, я отношусь, как к справедливому в его первой части, и устаревшему во второй. Действительно, ПО с открытым исходным кодом идеально подходит для инноваций, так как при достаточной компетенции позволяет целенаправленно и без покупки ПО создать прототип решения. При этом при создании продуктов для конечных пользователей в качестве основы также всё чаще используется ПО с открытым исходным кодом, так как обеспечивает существенное снижение затрат на разработку. В интеграционных проектах доступность открытого исходного кода позволяет заказчику сделать углубленный анализ безопасности решений».

С определенного момента проприетарный подход к созданию ПО (правообладатель сохраняет за собой монополию на его использование, копирование и модификацию) стал тормозить развитие инноваций, поскольку доминирующим игрокам проще уничтожать конкурентов, чем предлагать что-то новое, считает Максим Семенихин. В случае Open Source пользователи могут принимать непосредственное участие в разработке проекта, добавляя к нему то, чего им не хватает для решения собственных задач. Но, конечно, далеко не все пользователи нуждаются в продукте, исходный код которого можно самостоятельно модифицировать, более того, не все это могут сделать, и в таком случае проприетарные решения, безусловно, могут быть для них удобнее.

«Считать проприетарное ПО только для повседневного использования, а Open Source относить исключительно к инновациям не стоит, такое положение дел осталось в прошлом», — уверен Сергей Телевинов. Он считает, что все основные производители и отечественных, и зарубежных открытых решений, как правило, готовы предоставлять техническую поддержку на том же уровне, что и вендоры проприетарных решений, при этом не закрывая свои исходные тексты и обладая гибкостью в плане доработки и кастомизации продукта под нужды заказчика.

Марат Гуриев обращает внимание на проблему организации софтверного бизнеса: «Проприетарные решения позволяют реализовать более четкую модель получения прибыли, например через продажу лицензии. В этом случае компания-разработчик несет полную ответственность за надежность решения, исправление ошибок, защищенность и т. д.». Монетизация Open Source имеет намного более сложную схему, при этом достаточно существенно меняются взаимоотношения между поставщиком и потребителем, последний берет на себя больше ответственности за используемое ПО. Успех Open Source говорит о выходе ИТ-рынка на новый уровень зрелости, когда можно реализовывать более сложные бизнес-модели. Следующий уровень зрелости — это переход к сервисной модели, которая в существенно мере стирает различия между открытым и проприетарным ПО, считает он.

Open Source в России

Можно достаточно уверенно констатировать, что роль и значение Open Source в России возрастают. Однако трудно сказать, насколько эти темпы и доля СПО на отечественном ИТ-рынке, соответствуют требованиям времени и уровню мировых достижений в этой сфере. Хотя в последние годы правительство достаточно часто говорит о поддержке идей Open Source и даже принимаются государственные документы на этот счет, по факту сложно определить, каково реальное влияние этих факторов. Порой складывается впечатление, что продвижение Open Source в России идет не столько за счет государственной поддержки, сколько именно в силу общемировых рыночных тенденций, в том числе благодаря реализуемым мировым сообществом проектам. Более того, некоторые аналитики высказывают мнение, что действия правительства порой тормозят ускоренное развитие рынка открытого ПО в стране. В настоящее время многие эксперты связывают возможное ускорение продвижения Open Source в России с реализуемой в последние три года политикой импортозамещения.

Другим аспектом темы является то, что до недавнего времени российские ИТ-компании выступали в основном как потребители базовых открытых проектов, занимаясь внедрением этого ПО или созданием на его основе собственных продуктов. Но в последние годы появились определенные сдвиги в направлении более активного участия отечественных разработчиков в реализации именно базовых проектов.

Именно об этом аспекте говорит Вячеслав Самарин: «Пока недостаточно примеров, когда российские компании выступают в роли лидеров глобальных проектов ПО с открытым исходным кодом. Есть вклад российских программистов в развитие важнейших глобальных проектов, например OpenStack, PostgreSQL. Однако тенденция приобщения российских компаний к культуре создания ПО с открытым исходным кодом остается слабой, их интересует в основном использование международных проектов как поставщиков бесплатного ПО. При недооценке важности глобальной поддержки наблюдается тенденция к замкнутости российских проектов».

По мнению Максима Семенихина, исторически главными заказчиками Open Source являются компании из финансового и банковского секторов, сферы телекоммуникаций и нефтегазовой промышленности, и Россия не является в этом исключением. Но если сравнивать состояние российского и мирового рынков Open Source по востребованности продуктов с открытым кодом, то стоит признать, что Россия несколько отстает в этом плане. Такие инфраструктурные решения, как виртуализация, частные и гибридные облака и оркестрация, еще только в начале своего развития и внедрения в России, в то время как западный рынок насыщен ими, а наиболее востребованные технологии на Западе — контейнерная разработка и интеграционные решения.

Все наши эксперты согласны с тезисом о росте присутствия Open Source на российском ИТ-рынке, но оценивают ситуацию исключительно на качественном уровне. К сожалению, систематических исследований на эту тему практически нет, как нет и общепризнанных показателей для оценки положения дел. В этой ситуации Владимир Рубанов оценивать успехи Open Source на местном рынке по количеству продуктов (и их внедрений), сделанных российскими компаниями на базе открытых компонентов, и разработчиков, обладающих собственной инфраструктурой и человеческими ресурсами, с признаваемым международным участием в исходных открытых проектах.

Вячеслав Самарин в качестве позитивного примера приводит участие своей компании в сообществе OpenStack, сейчас она возглавляет в нем проект Watcher (задачи балансировки нагрузки в облачных ИТ-инфраструктурах). Правда, Владислав Шершульский придерживается более скептичного мнения: «В плане участия российских компаний в международных проектах пока ничего существенно не изменилось. Есть интересные нишевые проекты и отдельные авторитетные разработчики, но особого влияния на мейнстрим нет. Дело, вероятно, в том, что у нас чисто исторически вузы не являются катализаторами подобных активностей, а за их пределами привлекательность коммерческой разработки для молодых специалистов пока утилитарно выше».

Но с ним, в свою очередь, не согласен Марат Гуриев. Ссылаясь на независимые исследования, он говорит, что в последнее годы Россия резко рванула вперед и вошла в двадцатку самых передовых в плане ИТ стран мира. «Open Source — это универсальный инструмент, и российские Linux-разработчики сегодня востребованы и работают по всему миру», — считает он. Его поддерживает Кирилл Степанов: «Лично знаком со многими, кто не первый год активно участвует в тех или иных проектах. Причем таких даже не десятки, их много больше. Некоторые весьма популярные проекты, например nginx или OpenVZ, родились в нашей стране, но развиваются интернациональными командами разработчиков. Думаю, что если посчитать количество разработчиков СПО и оригинальных проектов „на душу населения“, как это принято в статистике, то Россия окажется далеко не на последнем месте».

«Много талантливых российских разработчиков являются участниками мирового сообщества Open Source. Но на данный момент они в основном помогают развитию англоязычных проектов или выпускают локализованные редакции международных проектов, крупных же российских Open Source-проектов все еще немного», — делится своими наблюдениями Максим Семенихин

Милан Прохаска отмечает, что зарубежное Open Source-сообщество так или иначе оказывает влияние на продвижение открытых технологий в России, но в нашей стране есть и своя специфика, в том числе по части безопасности. Поэтому местные разработчики дорабатывают и совершенствуют Open Source-продукты для их соответствия всем специфичным для России требованиям по безопасности.

Всё большее число наших программистов вносят свой вклад в развитие международных проектов, но, несмотря на сравнительно высокую компетенцию российских программистов, среди проектов, получивших глобальную поддержку, трудно найти проекты, инициированные отечественными компаниями, считает Андрей Чистов. Российские компании являются в основном пользователями результатов глобальных проектов, и основной причиной, по-видимому, является специфика управления отечественными проектами по разработке и продвижению ПО с открытым исходным кодом.

Владимир Рубанов уверен, что серьезные российские компании-разработчики, стратегически опирающиеся на использование Open Source, всегда активно участвовали в исходных международных открытых проектах. Он приводит ряд примеров, в частности международный Центр верификации Linux при ИСП РАН, на базе которого разрабатывались основные средства автоматизированного контроля качества и совместимости, используемые всеми мировыми Linux-разработчиками и услугами которого пользовались Intel, HP, IBM, Nokia, Red Hat, SUSE, Samsung и др. Из коллег по цеху он также упоминает о Postgres Pro, ROSA, Alt Linux, об отдельных OpenStack-проектах. «Лично у меня складывается субъективное впечатление, что участие России в мировом сообществе Open Source растет, хотя допускаю, что это, возможно, моё искаженное восприятие благодаря той прослойке профессионалов, которой мне посчастливилось быть окруженным», — добавляет он.

Вопросы поддержки Open Source в России со стороны государства

В течение последних лет часто звучат тезисы о необходимости поддержки продвижения идей Open Source со стороны государства. В то же время порою говорилось о том, что российская нормативно-законодательная база в чем-то препятствует более широкому применению Open Source. Какова же роль государства в этом деле, и есть ли сегодня в России препятствия на пути Open Source и как их можно преодолевать?

Вячеслав Самарин отмечает позитивное изменение позиций государства в отношении СПО. В качестве примеров он говорит о создании и развитии нормативной базы использования СПО, о том, что решения на базе открытого кода включаются в состав Реестра отечественного ПО, получая преференции для использования в госсекторе, об обсуждении осенью 2016 г. Госдумой законопроекта, устанавливающего приоритет открытого ПО над проприетарным при использовании в госучреждениях.

«На мой взгляд, реальными препятствиями для внедрения Open Source являются дефицит специалистов и относительная сложность получения поддержки и консалтинга по большинству интересных решений», — так видится главная проблема по этому направлению Владиславу Шершульскому

Андрей Чистов дополнительно напоминает, что законодательная поддержка использования ПО с открытым исходным кодом обеспечивается федеральным законом № 35-ФЗ от 12.03.2014 г., разрешающим использование такого ПО в РФ. Поэтому сейчас никаких препятствий на пути использования ПО с открытым кодом со стороны российской нормативно-законодательной базы нет . Но государство могло бы поддержать продвижение идей Open Source за счет стимулирования и поддержки вклада российских компаний в международные открытые проекты для повышения конкурентоспособности наших разработчиков на глобальном рынке.

Кирилл Степанов также уверен, что в части нормативной базы сделано многое, если не все. Так, он напоминает о распоряжении правительства РФ № 2299-р, касающемся плана перехода органов государственной власти на СПО. Правда, сетует он, ведомства, выполнившие этот план, можно пересчитать по пальцам одной руки.

В условиях сокращения бюджетов государство начинает обращаться к решениям с открытым кодом в стремлении сократить стоимость владения ПО, считает Максим Семенихин. Он напоминает, что Open Source также применяют и в рамках программы по импортозамещению, например у всех на слуху разработка операционной системы «Гослинукс».

«Препятствия на пути Open Source, если и остаются, то по большей части только в сознании тех людей, которые привыкли к проприетарным системам, — уверен Милан Прохаска. — На государственном и законодательном уровнях я не вижу каких-то особых препятствий, напротив, если вчитаться в документы, регламентирующие, например, безопасность при хранении персональных данных, то тут некоторые открытые системы могут дать фору многим проприетарным, требующим больших усилий со стороны вендоров для выполнения соответствия всем требованиям безопасности и получения соответствующих сертификатов».

Никаких нормативных препятствий на пути широкого применения Open Source нет, но есть важные вопросы финансовой или технологической целесообразности использования в том или ином случае, уверен Александр Беляев. Помимо уже упоминавшегося плана перехода федеральных органов власти и бюджетных организаций на использование свободного ПО на сегодняшний день дополнительно появились еще и преференции (в виде нескольких законодательных актов) ИТ-продуктам, которые разрабатываются российскими разработчиками (а в идеале еще и экспортируются за рубеж), причем существенная часть таких продуктов базируется как раз на открытых инструментах.

«Внедрение любого нового ПО — сложная задача, требующая переобучения конечных пользователей этого ПО, системных администраторов — управлению им, — считает Сергей Телевинов. — Необходимо учитывать затраты на вынужденные простои на время перехода на новое ПО и первоначальные сложности с его эксплуатацией. Ключевой критерий успеха продвижения СПО на государственном уровне — это не только финансовая, но и материально-техническая, консультативная, образовательная и техническая поддержка тех организацией, где планируется планомерное внедрение и переход на СПО, что позволит обеспечить нормальную работу сотрудников на новом ПО. К сожалению, есть и куда большая проблема — взаимодействие организации, перешедшей на СПО, с внешним миром, по-прежнему работающим на широко известных проприетарных решениях. Чтобы обеспечить соответствие форматов документов, шаблонов, корректный обмен информацией между взаимодействующими учреждениями независимо от используемого ими ПО, придется вести серьезную доработку СПО-решений, причем силами как разработчиков ПО, так и заказчика, знающего все нюансы внутреннего workflow».

«Сегодня нет проблем получить исключительные права на российский продукт, являющийся производным или составным произведением на базе Open Source», — говорит Владимир Рубанов. Если правильно декомпозировать составляющие продукта, то такой продукт можно продавать, не нарушая никаких лицензий и являясь полноценным правообладателем. Другое дело, что для того, чтобы ПО было достаточно российским с точки зрения обеспечения цифрового суверенитета страны одних прав мало, необходимо обеспечить еще и организационно-техническую сторону независимости: иметь локальную инфраструктуру и критическую массу компетенции в продукте, чтобы уметь его самостоятельно поддерживать, исправлять и развивать.

Версия для печати (без изображений)