Все говорят о цифровой трансформации, но что в действительности имеется в виду?

В разговорах, которые я вел на протяжении последних нескольких месяцев, постоянно возникала тема «цифровой трансформации». Да, это модное выражение, но представляющее интерес, поскольку за ним скрывается целый ряд различных идей.

Поскольку от разных компаний я слышу различные толкования, я стал рассматривать это как некое полезное краткое обозначение. За разнообразными дефинициями скрывается последовательно проводимая мысль. Речь идет о том, чтобы заставить людей задуматься о происходящем сейчас изменении основ современных ИТ и о влиянии этих изменений на бизнес.

Важно иметь какое-то краткое обозначение, поскольку много всего происходит, и есть смысл представить это таким образом, чтобы облегчить понимание. Так что же это за сдвиг?

Подобно большинству изменений в ИТ за последние четыре десятка лет или около того речь идет о вещах, развивающих технологии прежнего поколения и использующих преимущества того мира, который мы уже построили.

Первую волну изменений вызвало появление мэйнфрейма и возможности автоматизировать бизнес-процессы и сервисы.

За этим последовали ПК и внутриофисные сети, предоставившие нам инструменты, необходимые для создания приложений клиент-сервер, которые дают возможность разделить приложения на интерфейсы пользователя, бизнес-логику и данные. Это, в свою очередь, привело нас в тот мир, в котором появление глобальной сети и веб-браузера породило нынешний мир мобильного компьютинга, где мы погружаемся в вычисления независимо от нашего местонахождения, используя многоуровневые архитектуры.

Если вы посмотрите на сегодняшние ИТ, то быстро увидите, откуда мы пришли. Но теперь можно увидеть также, куда мы движемся, и маршруты, выбираемые различными представителями отрасли, чтобы туда попасть.

Эти маршруты лучше всего заметны в таких вещах, как микросервисы, API-интерфейсы, облачные архитектуры, Интернет вещей, разработка кросс-платформенных мобильных приложений, вычисления без серверов и распространение приёмов программирования в кодах низкого уровня. Однако помимо всего этого есть нечто, связывающее все эти изменения воедино: облако как основа подхода к инфраструктуре.

Более 70 лет назад, в 1943 г., тогдашний президент IBM Томас Дж. Уотсон якобы заявил перед аудиторией, что имеется «мировой рынок для, может быть, пяти компьютеров». Хотя нет доказательств, что он действительно так сказал, эти слова, тем не менее, считаются одним из худших предсказаний будущего.

В конце концов, разве компьютеры сейчас не вездесущи?

Кому бы ни принадлежали эти слова, он жил в мире, в котором компьютеры были огромными машинами на вакуумных лампах, предназначенными для решения наиболее крупных проблем. С этой точки зрения сегодняшние вездесущие компьютеры являются всего лишь расширениями нового общепланетарного компьютера, который мы создаем и который базируется на гипермасштабированных облаках, размещенных в ЦОДах по всему миру.

И если мы взглянем на мир сквозь эти новые линзы, то увидим, что только пять «компьютеров» действительно имеют глобальное значение: Amazon AWS, Google Cloud, Microsoft Azure, Facebook и (возможно) Baidu.

Все остальное является либо очень скоро станет всего лишь расширением или отображением этих гипермасштабированных систем на наши кошельки, наши столы и наши собственные частные облака.

И вот тут становится очень интересно, потому что начинает рушиться использовавшийся нами в прошлом порядок создания ПО.

Применявшиеся на протяжении десятилетий тесно связанные, процедурные, синхронные модели вычислений просто перестают работать, а там, где они продолжают работать, они становятся неэффективными.

Кроме того, они связаны с новыми оконечными точками. Не только с знакомыми нам ПК и смартфонами, но также с носимыми устройствами, видеостенами и с целой кучей оборудования для Интернета вещей, начиная с устройств типа Amazon Echo и Apple Watch и заканчивая дисплеями в вашем автомобиле.

Один из аспектов этого сдвига заключается в том, что теперь не имеет значения, где запускается приложение. Благодаря виртуализированным с помощью контейнеров наборам ПО (кроме ядра операционной системы) один и тот же код может работать на телефоне, ПК, облачном сервере. А теперь благодаря поддержке контейнеров маршрутизаторами и коммутаторами ядра сети он может работать и в сети. Мы виртуализировали не только вычисления и хранение. Виртуализированные сети составляют сердцевину наших современных облаков. Интерфейсы пользователя могут использовать гибкие веб-технологии, придавая всем нашим платформам способность реагировать.

Многое из того, что мы связываем с облаками, представляют собой только ступеньки на пути к такому будущему. Да, «инфраструктура как сервис» — важный инструмент отделения наших приложений от наших ЦОДов, но это всего лишь многоуровневая модель, использовавшаяся нами на протяжении последних пятнадцати лет или около того.

Анонсы многих крупнейших производителей ПО и облачных провайдеров и привлечение ими сотрудников различных специальностей можно рассматривать как указания на то, к чему мы придем. Поэтому не удивительно, что Amazon и Microsoft вкладывают средства в разработку операционных систем масштаба ЦОДа и применяют их в качестве инструмента перевода разработчиков с использования виртуальных инфраструктур на работу с оркестрированными коллекциями контейнеров и вычислениями без серверов.

Такой подход имеет большой смысл. Он означает, что облачные ЦОДы загружены в такой степени, которая была немыслима несколько лет назад, расходуя как можно меньше энергии впустую. Достаточно взглянуть на системы пятого поколения, которые создаются сегодня. Если прежде нам пришлось бы строить кластеры на уровне машин или, возможно, стоек, то сегодня они проектируются на уровне ЦОДов.

Сложите все это вместе, и вы увидите мир компьютеров, в котором компьютеры скрыты. Да, в наших карманах и на наших столах размещается огромная вычислительная мощность, но это лишь малая часть доступной мощи. Мы решаем задачи с помощью эфемерных вычислений без серверов в тех самых пяти гигантских глобальных облаках, реализуя давнюю мечту ИТ об использовании только необходимых нам вычислительной мощности и объема хранения и только тогда, когда мы в них нуждаемся.

Именно поэтому идея цифровой трансформации получила столь широкое распространение. Мы находимся в процессе реструктуризации инфраструктуры, на базе которой строились наши приложения и наш бизнес. А это означает, что придется изменить способ написания кода, чтобы воспользоваться предоставляемыми нам новыми возможностями. Для этого компаниям потребуется переосмыслить, как они используют технологию, а пользователи могут рассчитывать, что окажутся в выигрыше от этих изменений.

Генеральный директор Microsoft Сатья Наделла говорил, приступая к исполнению своих обязанностей, о «повсеместном компьютинге и окружающем интеллекте». Это сложная концепция, сформулированная в пяти словах и в значительной мере охватывающая описанную модель.

Компьютинг везде и во всем требует совершенно иного способа мышления. Такого, при котором необходимо принять помощь технологий машинного обучения, которые мы встраиваем в гипермасштабированное облако. Это означает также поиск новых путей использования технологий в компаниях.

Это большой шаг от традиционной архитектуры приложений к такой, которую можно использовать для предоставления преимуществ цифровой трансформации. Но нам необходимо сделать этот шаг хотя бы потому, что наши пользователи уже начинают жить в таком мире. Теперь мы должны обеспечить им то будущее, которого они ожидают.

Версия для печати