«Российские железные дороги» — компания уникальная как по своим масштабам, так и по роли, которую она играет в экономике нашей страны. В ее штате свыше 1 млн. сотрудников. Выполняемые в РЖД ИТ-проекты в силу своего масштаба и географического охвата оказывают существенное влияние на отечественный рынок ИТ и в определенной степени становятся примером для других предприятий самых разных сфер. ИТ-вертикалью руководит вице-президент А. В. Илларионов, она включает в себя Департамент информатизации (отвечает за бюджет и исполнение программы информатизации холдинга), Главный вычислительный центр (эксплуатация информационных систем), проектно-конструкторское бюро по системам информатизации (системы управления первозками), всего более 10 тыс. человек. На недавнем заседании круглого стола, посвященном практическому применению технологий больших данных, заместитель начальника Департамента информатизации РЖД Вадим Москаленко сообщил о запущенной программе перевода целого ряда ответственных прикладных систем железнодорожного ведомства на платформу in-memory СУБД SAP HANA. Об этом проекте и о стратегии информатизации РЖД с ним беседует научный редактор PC Week/RE Сергей Свинарев.

PC Week: Что из себя представляет ИТ-департамент РЖД, и какую роль в проекте по SAP HANA исполняет ОЦРВ (Отраслевой центр разработки и внедрения информационных систем)?

Вадим Москаленко: Департамент информатизации отвечает за формирование и реализацию стратегии развития автоматизированных систем управления ОАО «РЖД». Ключевыми задачами департамента являются разработка и контроль применения корпоративных политик и стандартов в области информационных технологий, определение и прогнозирование потребностей в создании и развитии автоматизированных систем управления на основании стратегии и планов развития РЖД. Департамент управляет программой информатизации, портфелем ИТ-проектов, формирует техническую политику в области информатизации.

ОЦРВ — это дочернее общество РЖД, которое в основном выполняет функции генерального подрядчика и интегратора в проектах по развертыванию бэк-офисных приложений (бухгалтерия, кадры, экономика, логистика), то есть тех, где в основном применяются решения SAP. В последние годы ОЦРВ начал заниматься также производственными задачами — управлением инфраструктурой, грузовыми и пассажирскими перевозками. В целом за счет относительно низкой себестоимости работ ОЦРВ мы получаем возможность оказывать снижающее давление на цены других подрядчиков при проведении конкурсов.

Кроме того, в ОЦРВ много специалистов, давно работающих в железнодорожной отрасли (а всего в штате около 600 сотрудников). Они в состоянии «выполнить перевод» задач с языка бизнес-пользователей другим подрядчикам.

PC Week: Можно ли рассматривать ОЦРВ как аутсорсера ИТ-подразделений РЖД?

В. М.: У каждого свои функции. Для нас ОЦРВ — это инструмент оптимизации затрат на проекты и жесткого контроля подрядчиков. Кроме того, ОЦРВ осуществляет также вторую линию поддержки, когда дело касается кастомизированных функций прикладных систем, а на первой линии работает ГВЦ. Это позволяет большую часть рутинных проблем решать собственными силами и с небольшими затратами и только в наиболее сложных случаях обращаться к другим подрядчикам, занимающимися разработкой.

PC Week: Ведет ли ОЦРВ какие-либо работы в роли аутсорсера вне РЖД?

В. М.: ОЦРВ создавался прежде всего для решения задач информатизации МПС, а затем РЖД. Сегодня Центр выполняет также заказы дочерних обществ на внешнем относительно холдинга РЖД рынке. ОЦРВ ведет ряд проектов, но объем этих проектов ограничен его ресурсами компании, поскольку главной задачей все-таки является реализация проектов основного заказчика — РЖД.

PC Week: Бизнес-приложения каких вендоров (наряду с SAP) кастомизирует и внедряет ОЦРВ?

В. М.: Прежде всего хочу отметить, что даже у одного вендора существуют разного класса продукты, например линейка продуктов SAP сама по себе весьма обширна: SAP HANA — это совершенно не то же самое, что ERP. И не все компании могут иметь компетенции и в том, и в другом семействе продуктов. Мы же работаем со всеми. ОЦРВ, привлекая ряд внешних компаний, ведет сейчас несколько проектов по переносу бизнес-приложений SAP на платформу in-memory СУБД SAP HANA. Одной из таких внешних компаний является немецкая SNP — поставщик миграционных технологий, применяемых как для перехода на другие платформы, так и для миграции со старых версий продуктов SAP на новые. С ее участием мы переходили с SAP ERP 4.0 на версию 6. Некоторые системы приходится одновременно переносить на другую платформу и обновлять версию. К примеру, если бухгалтерская подсистема к моменту миграции на HANA уже работала у нас на шестерке, то кадровый модуль пришлось переносить и с версии 4.7 на 6, и с СУБД Oracle на HANA, при этом нужно было сохранить все исторические данные и учесть трансформацию оргструктуры, произведенную в ходе реформы РЖД. Ну и к тому же изменилась аппаратная платформа: система, прежде развернутая на Unix-серверах IBM, теперь будет функционировать на сертифицированных под HANA серверах стандартной архитектуры. Аналогичная миграция ожидает нашу систему подготовки налоговой отчетности от SAP, которая прежде работала на мэйнфреймах IBM с СУБД DB2.

Хотелось бы также отметить, что ОЦРВ успешно реализовывал для РЖД проекты на основе продуктов не только SAP, но и ряда других вендоров, и здесь хотелось бы в первую очередь упомянуть систему управления активами IBM Maximo, на которой в РЖД реализован крупнейший в Европе проект информационной системы управления железнодорожной инфраструктурой (а это более 19 млн. объектов). Отдельные задачи «продвинутой» аналитики решаются с помощью ПО SAS. В настоящее время у нас идет пилотный проект, в котором это ПО выступает в роли аналитической библиотеки по отношению к HANA.

PC Week: Ставит ли технология SAP HANA какие-либо ограничения на объем обрабатываемой базы данных?

В. М.: Мы таких ограничений не испытываем. Типичные размеры наших БД составляют 20–40 Тб для аналитических приложений и 2–4 Тб для транзакционных. Поскольку максимальный объем ОЗУ в предлагаемых сегодня для HANA Intel-серверах варьируется от 6 Тб (Hitachi) до 12 Тб (HP), HANA сжимает данные в 3–5 раз, то для наших транзакционных задач достаточно одного сервера, а для аналитических — небольшого кластера из таких серверов. Следует иметь в виду, что поскольку с течением времени поддерживаемый в Intel-серверах размер оперативной памяти растет (еще пару лет назад он составлял 1–2 Тб), мы не видим особых ограничений и в обозримом будущем.

PC Week: Преимущества приложений реального времени на платформе HANA для аналитики и подготовки отчетности вполне очевидны, но какой смысл переносить на эту платформу систему управления персоналом?

В. М.: Действительно, в этой системе если и есть необходимость в высокопроизводительных вычислениях, то только в модуле расчета зарплаты. Проблема в данном случае шире. Сегодня у нас эксплуатируется довольно старая версия 4.7, которую мы существенно кастомизировали (особенно в алгоритмах расчета зарплаты). В то же время SAP недвусмысленно делает ставку на платформу HANA в качестве основы для всех своих бизнес-приложений. Поэтому перенос кадровой системы на HANA позволит нам планировать её развитие на отдаленную перспективу, даст возможность развивать ее в будущем, используя преимущества, предоставляемые HANA, и откроет дорогу к модернизации серверного хозяйства в сторону более дешевых машин стандартной архитектуры.

У HANA есть еще одно важное достоинство, общее для самых разных приложений. Она позволяет осуществлять аналитическую обработку или генерацию отчетности в оперативной памяти непосредственно по транзакционным данным, не требуя предварительного построения хранилища данных. Это дает возможность существенно упростить целый ряд бизнес-процессов. В целом, внедрение SAP HANA позволило нам сократить сроки подготовки отчетности по затратам в 43,5 раза (с 14,5 часов до 20 минут), повысить скорость и точность распределения в 40 раз, тем самым обеспечив эффективность инвестиционного планирования и тарифного регулирования.

PC Week: Применяются ли в РЖД какие-либо облачные решения? Каковы планы в этой сфере?

В. М.: Все информационные системы, используемые в РЖД, развернуты в ее собственных четырех дата-центрах с изолированной от внешних сетей коммуникационной инфраструктурой, что является прямым следствием нашего серьезного отношения к информационной безопасности. Поэтому никакие публичные облачные решения у нас применяться не будут. В то же время все более широкое распространение в наших ЦОДах технологий виртуализации позволяет говорить о последовательной реализации в РЖД концепции частного облака. Мы можем гибко перераспределять нагрузку на те или иные инфраструктурные ресурсы, а все подразделения заключают с ГВЦ SLA-соглашения, которые, правда, фиксируют показатели качества, сроков предоставления услуг, не содержат пока финансовых параметров.

PC Week: Собираетесь ли вы разрабатывать собственные приложения на платформе HANA или инициировать внешние заказные разработки такого рода?

В. М.: Мы рассматривали такие возможности, в том числе по отношению к основным производственным системам. Но сегодня подобных планов у нас нет, нам нужно максимально «утилизировать» нашу безлимитную лицензию на ERP-on-HANA.

PC Week: Используете ли вы публичный платформенный облачный сервис SAP HANA Enterprise Cloud для тестирования и пилотного развертывания модернизированной SAP ERP?

В. М.: Конечно, возможность быстро нарастить ресурсы для проверки тех или иных функций привлекательна, но доступ к ней по соображениям безопасности для нас закрыт. На самом деле у нас достаточно большое ИТ-хозяйство, чтобы инфраструктуру для тестирования сформировать собственными силами. Да и тестирование отдельно взятой функциональности в облаке нам не очень интересно. Тестирование же на реальных данных, которое действительно представляет для нас интерес, можно выполнять только в интеграции с действующими продуктивными системами компании, поэтому мы в большей степени ориентируемся на использование собственной инфраструктуры.

PC Week: Спасибо за беседу.


Версия для печати (без изображений)