Разработчик архитектурного коммуникационного ядра, которое применялось при разработке продуктов для разных сегментов рынка, о том, почему развитие IT невозможно без развития модульной архитектуры и какие ее принципы позволяют российским компаниям решать типовые проблемы при разработке собственных продуктов.
В 2025 году российский IT-рынок окончательно перешел от разрозненных попыток импортозамещения западных продуктов к созданию абсолютно самостоятельной технологической базы по разработке сложных приложений. Как отметил член Комитета по информационной политике и информационным технологиям Антон Немкин в интервью изданию «Газета.ру», это ознаменовало начало системной работы сферы — превращение ее в автономный драйвер экономических и социальных изменений в России. При этом подобный переход не был безболезненным — отечественные компании столкнулись с проблемой роста сложности процесса разработки приложений и снижения стабильности систем: им пришлось с нуля формировать архитектуру, удовлетворяющую функциональные потребности и пользователей, и создателей.
Вместе с тем, по мнению экспертов, эти вызовы подарили российскому IT-сектору возможность создать уникальные технологические решения, обладающие более тонкими возможностями настройки, чем западные аналоги, и лучше адаптированные под реалии страны. Одним из удачных примеров подобной разработки стало архитектурное коммуникационное ядро, созданное старшим программистом «НПО Колибри» Игорем Буториным, который сумел переосмыслить способ взаимодействия модулей в сложных приложениях и команд, работающих над ними. Этот подход в частности позволил в сжатые сроки создать систему непрерывного мониторинга глюкозы, ориентированную на массового пользователя — класс задач, ранее практически не представленный на российском рынке.
Проблема взаимодействия модулей в современных IT-продуктах
Одна из основных проблем, которая стоит перед современными разработчиками — отсутствие универсального архитектурного решения для взаимодействия модулей сложных пользовательских приложений. Из-за этого многие команды вынуждены заново переизобретать логику связи компонентов при работе над каждым новым продуктом — это усложняет их поддержку и масштабирование. Кроме того, внедрение функциональных изменений в таком случае становится предметом ручной настройки, что увеличивает риск ошибок и сбоев. В результате архитектура справляется со своими основными задачами, но обрастает «костылями», которые сужают сценарии ее применения. Видя проблему, Игорь Буторин пошел другим путем — он создал единую модульную программную библиотеку, где все компоненты взаимодействуют друг с другом по единому архитектурному контракту, и назвал ее коммуникационным ядром.
«После подключения к ядру модуль автоматически становится частью общей коммуникационной сети приложения, — объясняет инженер. — Это позволяет централизовать обмен данными и наладить взаимодействие между модулями без жестких связей и необходимости дублирования логики».
Такой подход не только предполагает встроенную защиту от некорректных состояний, но и устраняет необходимость повторной реализации базовой инфраструктуры при расширении приложений. Так, до внедрения архитектурного ядра в компании около трети всего времени разработки уходило на интеграцию модулей; сейчас в отдельных проектах — не больше пяти процентов.
Кроме того, единое потокобезопасное ядро значительно повысило стабильность приложений — в том числе из-за снижения нагрузки на CPU и память за счет избавления от избыточной маршрутизации и перерасхода ресурсов. Это обеспечило фундамент для масштабирования приложений и систем. В итоге единая библиотека Игоря Буторина нашла применение в ряде государственных и коммерческих проектов с разными требованиями к надежности и масштабированию.
Онбординг в условиях сложных архитектурных решений
Еще одним вызовом для отечественного IT-сектора стал рост числа проектов при ограниченности кадров — необходимость в сжатые сроки обучать специалистов работать с новыми архитектурными решениями внутренней разработки заставил компании искать способ совместить сохранение качества конечных продуктов с передачей технической экспертизы внутри команд. Подход, предлагаемый Буториным, позволяет решить эту проблему на уровне базовой архитектуры.
«Когда архитектура формализована в виде ядра, сам процесс обучения уже становится частью разработки, — считает эксперт. — Если правила зафиксированы на уровне кода, новым сотрудникам не надо разбираться в десятках частных решений — они сразу начинают работу в системе, где все паттерны уже определены».
Снижение избыточной сложности при передаче команд между модулями стало одной из приоритетных задач в процессе работы над коммуникационным ядром. Пересмотр базовых механизмов взаимодействия позволил сократить количество обязательных операций до минимального набора, что упростило поддержку кода и заметно снизило порог входа для новых разработчиков.
В перспективе подобный подход также позволяет сосредоточится на на функциональности приложений, исключив реализацию сложной инфраструктуры обмена данными, что может ускорить разработку приложений в разных IT-отраслях. Например, под руководством Игоря на базе коммуникационного ядра сторонний разработчик за полгода собрал базовую версию приложения для непрерывного мониторинга глюкозы «Колибри». Уложиться в такой короткий срок помогли как раз отсутствие необходимости постоянного контроля и прозрачные технические код-ревью, продиктованные самой архитектурой приложения. Подход также нашел отражения и в других IT-продуктах, которые были представлены на одной из старейших международных выставок средств обеспечения безопасности государства INTERPOLITEX, где синтез кода и менторства привлек внимание профильных специалистов.
Архитектура как ответ на вызовы рынка
Переход отечественного IT-сектора к собственным архитектурным решениям подталкивает разработчиков к поиску оптимизационных механизмов, которые могут стать двигателем технологического развития отрасли. Так, архитектурное ядро Игоря Буторина доказывает, что на данный момент в России существует возможность создавать программные структуры, способные масштабироваться на большое количество проектов, одновременно выполняя консолидирующие функции внутри отдельных команд.
«Собственная архитектура — это форма технологической независимости, — считает Игорь Буторин. — Она дает сегодняшнему российскому IT-рынку возможность развивать продукты, а не просто реагировать на изменения».
Разработчик также подчеркнул, что суверенные архитектурные решения в настоящий момент — это не только ответ на существующие ограничения, но и возможность сформировать собственные технологические принципы, которые могут задать единый вектор развития всего рынка в долгосрочной перспективе.
