Статья только в электронной версии журнала

Статья только в электронной версии журнала

ТРУДОУСТРОЙСТВО

Германия обеспокоена проблемой дефицита ИТ-кадров

Уже год прошел с того знаменательного дня, когда, открывая CeBIT’2000, канцлер ФРГ Герхард Шредер выступил с предложением ввести в стране программу так называемых “зеленых карт” (green card) для ИТ-специалистов, и немногим меньше - с момента получения индонезийцем Харианто Виджайя (Harianto Wijaya) первого разрешения по этой программе. Самое время подвести некоторые итоги.

Европе требуются...

Вначале напомним, с чего вдруг такое внимание компьютерщикам и что представляет собой эта самая программа, тем более что в немецком варианте она несколько отличается от известного американского прототипа (строго говоря, немецкая программа скорее является вариацией американской Н-1В).

По сути грин-карта (воспользуемся получившим широкое распространение термином) есть не более чем совокупность определенных законодательных льгот при получении права на работу по некоторым специальностям, как правило - в сфере вычислительной техники и программирования.

Не секрет, что во многих государствах (особенно входящих в ЕС) рынок труда охраняется предельно строго, и получить доступ на него порой куда сложнее, чем, скажем, право на жительство. В той же Германии до сих пор действуют запреты на работу, например, для эмигрантов, обратившихся с просьбой о предоставлении политического убежища, которые нередко годами живут на госдовольствии, ожидая оформления официального статуса. Не случайно в начале этого года генсек ООН Кофи Аннан выступил с весьма жесткой критикой иммиграционного законодательства государств - членов ЕС, приведя им в пример политику Северной Америки.

Не является секретом и то, что ввиду сложившейся демографической обстановки в большинстве промышленно развитых стран их экономикам без широкого привлечения иностранных специалистов грозит коллапс - сначала на рынке труда, а затем, как закономерное следствие, в производственном секторе. И здесь страны ЕС снова оказываются в незавидном лидерстве: дошло до того, что глава союза Романо Проди, подобно своему ООНовскому коллеге, был вынужден потребовать от европейских правительств проведения “скоординированной и открытой иммиграционной политики”, соответствующей текущим экономическим требованиям.

Германия среди ведущих государств Европы занимает особое место. Страна, бесспорно признаваемая всем мировым сообществом как экономический локомотив европейского континента, играет ведущую роль и в секторе современных информационных технологий и телекоммуникаций (ИТК). В то же время иммиграционная политика ФРГ, прямо-таки изобилующая парадоксами и внутренними противоречиями, представляется весьма сомнительной.

По статистике на территории Германии в настоящее время проживает свыше 7,3 млн. иностранцев, что составляет порядка 9% от общего населения страны. При этом нельзя забывать, что иностранцами здесь считаются не выходцы из других государств, а люди, не имеющие немецкого гражданства. С учетом этого формального фактора планка фактического присутствия таковых должна быть поднята еще выше (только из восточноевропейских стран за последние годы приехали сотни тысяч людей немецкого происхождения, сразу получившие статус бундесбюргеров).

Послевоенное немецкое государство гордится своей непросто давшейся ему толерантностью в отношении к различным нациям и конфессиям: оно имеет одно из самых либеральных законодательств в области предоставления политического убежища, одну из самых больших квот приема беженцев. Вместе с тем практически на всех (за очень небольшим исключением) политических уровнях вплоть до последнего времени постоянно звучали напоминания, что Германия - это страна немцев, а не иммигрантов (в отличие, например, от США). Эти, прямо скажем, вовсе не красящие облик ФРГ лозунги во многом обусловлены рекордно высокой за последние десятилетия безработицей, отчасти связанной с объединением западных и восточных земель.

Принимая иностранцев (особенно определенные группы населения) по гуманным соображениям, немцы относятся к ним скорее как к временным гостям и уж вовсе не как к партнерам, которым рады, тем более на рынке квалифицированного труда. Заметно оживившиеся в последнее время правоэкстремистские партии и группировки (в 2000 г. МВД зарегистрировало 60%-ный всплеск правонарушений на почве вражды к иностранцам) активно поддерживают эти настроения, пугая обывателя самыми страшными прогнозами о снижении прожиточного уровня (например, за счет демпинговых зарплат, на которые якобы те будут приниматься) или о потере исключительной национальной самобытности (здесь вовсю обыгрываются ошибки политики приглашения гастарбайтеров, главным образом выходцев из Турции). Даже одна из ведущих партий ФРГ, солидная и консервативная ХДС, не побрезговала ввести в политический оборот термин “ведущая культура” в приложении ко всему немецкому - как условие, при соблюдении которого иммигранты могут надеяться на снисходительное к себе отношение.

Новые страхи у бундесбюргеров появляются и по мере приближения сроков вступления в ЕС ряда восточноевропейских стран. Политики, оказавшиеся между Сциллой обывательских настроений и Харибдой экономической целесообразности, снова предпочли выступить в роли ведомых, вплоть до того, что канцлер-технократ Шредер предложил ввести до 2010 г. запрет на трудоустройство в Германии поляков, венгров, прибалтов и т. д. - как бы из альтруистических побуждений, дабы не обескровливать их национальные трудовые рынки.

Действующее иммиграционное законодательство ФРГ и без того не оставляет претендентам из стран, не являющихся членами ЕС, почти никаких шансов на нормальное, не ограниченное массой запутанных оговорок рабочее место (вроде бы все из тех же самых благородных побуждений). Например, не имеют права на трудоустройство в Германии иностранцы, окончившие немецкие вузы, - это сделано для того, чтобы не “выкачивать” национальные кадры из развивающихся стран. В итоге толковая молодежь, за годы обучения прекрасно адаптировавшаяся к немецкой жизни и при этом не желающая терять блага, предоставляемые западными цивилизациями, преспокойно перебиралась в Америку или Канаду, где действуют гораздо более гибкие правила.

При всем при том именно Германия, как никакая другая страна, остро нуждается в постоянном и массивном притоке квалифицированных кадров - об этом говорят как экономические показатели, которые иначе не удержать на нужном уровне, так и неутешительные демографические выкладки. Все же вышеперечисленные причины превращают ФРГ чуть ли не в изгоя в ряду государств-работодателей. По словам Райнера Мюнца, сотрудника Берлинского университета им. Гумбольдта, у Германии и в помине нет статуса “вожделенной земли” для трудо- и честолюбивых претендентов.

Все эти проблемы общего характера как нельзя более ярко проявились на рынке труда в компьютерно-информационных отраслях. Немецкие предприниматели, особенно представители крупного капитала, которые первыми почувствовали надвигающийся кризис, буквально криком кричали, указывая властям предержащим на бедственную кадровую ситуацию в секторе ИТК.

Еще 12 лет назад (!) компьютерная газета Computerwoche (“Компьютерная неделя”) писала о нехватке порядка 40 тыс. специалистов. С тех пор нужда в них только в рамках предприятий непосредственно ИТК-профиля усилилась как минимум вдвое; к этому надо добавить спрос со стороны многочисленных банковских, страховых и прочих компаний, непосредственно зависящих от развитой и бесперебойно функционирующей информационно-коммуникационной инфраструктуры.

Согласно данным Федерального министерства образования, текущая нехватка ИТ-профессионалов составляет 100 тыс. человек, другое исследование (о нем чуть позже) и вовсе называет 150 тыс. И все эти годы, невзирая на то, что проблема признана на всех уровнях, политики ровным счетом ничего не делали для ее решения. Более того: по иронии судьбы как раз нынешний инициатор ввода грин-карт в бытность свою премьер-министром земли Нижняя Саксония распорядился о сворачивании преподавания информатики в Ганноверском университете (Ганновер - столица земли).

По данным Федерального союза по информатике, телекоммуникациям и новым медиасредам (Bundesverband Informationswirtschaft, Telekommunikation und neue Medien, BITKOM) - профессионального отраслевого объединения, рупора отрасли, на сегодняшний день в национальном секторе ИТК работает свыше 1 млн. специалистов. Каждый год здесь возникает по крайней мере 60 тыс. новых рабочих мест. Кто закроет эту кадровую дыру?

В 1999 г. в отрасль пришло 8 тыс. свежеиспеченных выпускников вузов и 1 тыс. так называемых ацуби (тех, кто получает профобразование непосредственно на предприятиях, где обучение совмещается с производственной практикой). Кроме того, благодаря широко развернутым курсам переквалификации путевку в новую профессию получило порядка 30 тыс. специалистов как смежных, так и “посторонних” специальностей (математики, физики, инженеры и даже не нашедшие себе работу географы). Путем несложных арифметических вычислений получаем 20 тыс. рабочих мест, которые невозможно обеспечить за счет только внутренних ресурсов.

Вместе с тем в картотеках бирж труда насчитывается примерно 30 тыс. безработных программистов, годами ищущих себе работу. Их беда - устаревшие знания и навыки, не находящие спроса на стремительно меняющемся рынке, нередко - близкий к пенсионному возраст. Надеяться на подспорье с их стороны почти не приходится: многим из них проще довольствоваться пособием по безработице, чем сызнова садиться за парту, осваивать новые технологии, начинать все сначала, становясь подмастерьями для коллег из молодой генерации.

Правила программы грин-карт

Если коротко, то соглашения, достигнутые на правительственном уровне в ходе ожесточенных боев между предпринимателями и профсоюзными объединениями, состоят в следующем: в течение пяти лет начиная с 1 августа 2000 г. разрешение на работу (арбайтсэрлаубнис, Arbeitserlaubnis) в Германии смогут получить до 20 тыс. ИТ-специалистов из государств, не входящих в ЕС. При этом после первых 10 тыс. разрешений предполагается провести оценку эффективности всей программы (в частности, определить, по-прежнему ли кадровый голод имеет место или все уже наладилось, - риторический вопрос с заранее известным ответом) и соответственно ситуации внести необходимые коррективы.

Срок действия инициативы грин-карт также не случаен: считается, что как раз за пятилетку немецкие вузы смогут подготовить требуемое число молодых специалистов. Этот же срок ограничивает право на жительство компьютерных варягов. Соискателю грин-карты необходимо иметь высшее образование или же, в случае отсутствия оного, гарантии от будущего работодателя на годовую зарплату не менее от 100 тыс. DM “брутто”. Работодатель же в свою очередь получает право на вербовку рабсилы только при условии, что не может найти соответствующих специалистов в рамках всего ЕС. Эту (довольно формальную) проверку берут на себя местные отделения Федерального управления по трудоустройству (арбайтсамты, Arbeitsamt). При положительном ответе арбайтсамты обещают максимально ускоренную обработку необходимых бумаг - не более двух недель.

Лучшим местом встречи для обеих заинтересованных сторон является сетевая биржа труда, созданная на сайте Федерального арбайтсамта - www.arbeitsamt.de. Он же (сайт) является официальным информационным источником по всей проблематике грин-карт. Правда, заметим в скобках, сайт, выступающий в данном контексте как бы визитной карточкой всей немецкой ИТ-отрасли, своим примитивным и лишенным всякой изюминки дизайном справедливо вызывает даже у самого непривередливого и неискушенного пользователя, мягко говоря, насмешливое недоумение (к сожалению, у многих перерастающее в общую оценку всего состояния уровня немецких программистов - а это уже несправедливо).

Кроме того, допускаются и другие формы решения проблемы - например, путем прямого рекрутирования непосредственно за границей, проводимого самостоятельно или через уполномоченное посредническое бюро. С недавних пор арбайтсамт подключил к рекрутированию специалистов и Международную организацию по вопросам миграции (International Organisation for Migration, IOM), имеющую весьма разветвленную сеть представительств. Цель кооперации - ускорение обработки документов (перевод на немецкий язык, подтверждение квалификации претендентов), а также помощь в проведении интервью по месту жительства и поддержка в соблюдении необходимых при переезде формальностей.

Неоднозначные итоги

Программа выдачи грин-карт, официально стартовавшая 1 августа 2000 г., как до, так и после старта сопровождалась барабанным боем в исполнении профессионалов политической рекламы. Впрочем, интерес к ней был и без того высок: можно сказать, в стране произошла маленькая революция в вопросах трудоустройства иностранцев. Чиновники из арбайтсамта охотно давали интервью, с явным удовольстием рассказывая о наплыве заявок от претендентов на рабочие места. Так, уже в первый месяц действия новых правил представительница Управления по трудоустройству предрекала (вычислив путем простой линейной экстраполяции исходя из 500 разрешений в первую неделю) выход на контрольный 10-тысячный рубеж еще до конца 2000 г. Не было лишь учтено, что в начальный период значительная доля разрешений была выдана иностранным студентам ИТ-специальностей.

В действительности же к началу 2001 г. было выдано ровно 4214 арбайтсэрлаубниса. Соответственно изменилась тональность заявлений чиновников: “Стало ясно, что наем новых высококвалифицированных сотрудников требует времени”. Ничего неожиданного не произошло: во-первых, лишний раз подтвердились уже приводившиеся выводы о слабой привлекательности ФРГ как государства-работодателя, во-вторых, наглядно проступили конкретные недостатки в правилах программы грин-карт, в-третьих, стало ясно, что в первоначальных официальных прогнозах была существенно недооценена роль интеграционного фактора и одного из его решающих элементов - владения немецким языком.

На последнем следует остановиться чуть подробнее. Хотя немецкий и относится к числу самых распространенных языков мира, однако для подавляющего большинства программистов “материнской речью” (Muttersprache, как говорят немцы) является английский. Даже при том, что в ИТ “говорят” на эсперанто языков программирования (наверное, ни в одной сфере экономики интернационализация трудовых ресурсов не достигает такой степени, как здесь, - достаточно вспомнить о виртуальных сетевых проектах, являющихся чисто ИТ-шным феноменом), даже при том, что уже существуют фирмы, где английский де-факто стал языком служебного общения, от необходимости сносного владения немецким никуда не уйти (конечно, если трудоустраиваться в одиночку, а не командой, где кто-то берет на себя функции толмача): постановка задачи, выяснение деталей и нюансов предметной области, согласование интерфейсов, еженедельные летучки, сдача отчетов, документация - все это в той же степени относится к повседневному хлебу программиста (во всяком случае, в Германии), как и писание собственно кода. Есть исключения, но они, как известно, только подтверждают правило.

Немецкие менеджеры вообще довольно ревностно относятся к такому аспекту трудового процесса, как “производственный климат”. При отборе соискателей на рабочее место коммуникативным способностям человека, его умению вписаться в команду, воспринять то, что здесь называется “корпоративным стилем”, придается не меньшее значение, чем самим профессиональным знаниям и навыкам. К тому же из-за особенностей трудового законодательства ФРГ цена ошибочного кадрового решения предельно высока: сотрудника, принятого на постоянной основе, уволить примерно так же сложно, как в доброй памяти советском государстве, а обходится он фирме очень и очень недешево.

Естественно, все перечисленные обстоятельства существенно притормозили наплыв в страну компьютерных варягов. Согласно последним данным, за время действия новых правил работу в Германии получили немногим более 5300 ИТ-специалистов из “дальнего зарубежья”. Большинство из них прибыло из Индии, значительное число из стран Восточной Европы - Румынии, Чехии, Словакии, бывшей Югославии; есть представители Африки и Латинской Америки. Немало и наших соотечественников: в некоторых регионах (скажем, в Южной Вестфалии) российские компьютерщики даже преобладают над выходцами из других стран.

Не менее любопытны прочие статистические данные. Например, наибольшая часть вновь приехавших обосновалась в Баварии - свыше 1,5 тыс. человек нашли работу в этой самой крупной земле Германии (невольно вспоминается, как на одном из бесконечных телевизионных диспутов перед вводом грин-карт находящиеся в оппозиции баварские политики нападали на федеральное правительство, упрекая его в неспособности решить кадровую проблему за счет внутренних ресурсов и ставя в пример положение в Баварии; критика продолжалась до тех пор, пока министр труда не отпарировал в том духе, что если в Баварии все так хорошо, то она никого и не получит, - на этом дискуссия прекратилась). За Баварией следуют другие западные земли из числа экономических доноров: Баден-Вюртемберг, Гессен, Северный Рейн-Вестфалия. Наименьшее число приехало в восточные земли - в общей сумме всего 230 человек. “Иностранный легион” состоит преимущественно из мужчин, женщин в нем насчитывается лишь несколько сотен. Около 80% всех прибывших приняты на работу предприятиями среднего уровня.

Кадровому дефициту конца не предвидится

Невзирая на предпринимаемые меры, ИТ-отрасли Германии, как и всего ЕС, не приходится рассчитывать на безоблачное будущее. Вышеупомянутый союз BITKOM исходит из того, что количество незанятых рабочих мест в западноевропейском ИТК-секторе до конца 2003 г. удвоится, поднявшись с нынешних 1,9 млн. (по данным, приведенным Романо Проди, - 1,6 млн.) до 3,8 млн. И если в настоящий момент 13% рабочих мест пустует либо занято недостаточно квалифицированными работниками, то через три года этот показатель грозит подняться до 18%. По некоторым расчетам, остающиеся свободными рабочие места в ИТ-отрасли могут стоить Старому Свету 2,5-3%-ной потери экономического роста.

Согласно исследованию, проведенному BITKOM совместно с European Information Technology Observatory (EITO), сегодня в странах Западной Европы работает 14,5 млн. ИТ-специалистов. К 2003 г. экономика потребует уже 22 млн. Из 7,5 млн. создаваемых таким образом позиций только 5,6 может быть покрыто за счет внутренних ресурсов, благодаря подготовке квалифицированных кадров в университетах и вузах евростран. Всех прочих придется набирать за пределами Европы.

Председатель правления BITKOM Бернард Роледер (Bernhard Rohleder) считает, что среди партнеров по ЕС Германия оказалась в наиболее драматичной ситуации. По его словам, результаты исследования вызывают тревогу за дальнейший рост экономики в целом. Его заместитель Йорг Менно Хармс (Jorg Menno Harms) говорит, что из-за кадрового дефицита к 2003 г. порядка 723 тыс. рабочих мест в ИТ-отрасли не получат адекватного кадрового “покрытия”. К числу неотложных мер руководители BITKOM относят глубокие реформы в образовательной системе, сокращение длительности обучения в вузах, всемерное привлечение женщин в информатику и переход к “активной иммиграционной политике”, для начала - снятие временных рамок действия грин-карт: “Образование и иммиграция должны стать стратегическими элементами нашей экономической политики”. К исходящим из BITKOM’овских кругов идеям стоит прислушаться: та же пресловутая инициатива выдачи грин-карт впервые прозвучала именно в его стенах.

Аналогичная аналитическая работа (практически с теми же выводами и предложениями) была проведена по заказу движения “Инициатива-D21” (Deutschland - XXI век, www.initiatived21.de), сформированного совместными усилиями государства и бизнеса. Согласно результатам этого масштабного многомесячного исследования, охватившего 60 немецких университетов и вузов, в настоящее время в Германии не хватает около 150 тыс. компьютерщиков, из них - 60 тыс. специалистов с университетским образованием.

Для того чтобы заполнять освобождающиеся и вновь создающиеся в ИТК рабочие места, вузы должны ежегодно давать путевку в жизнь как минимум 25 тыс. человек. Даже с учетом последних титанических усилий в этом направлении (сегодня у проблемы чрезвычайно высокий приоритет, как здесь говорят, - Chefsache, вопрос уровня начальства) более 12-16 тыс. выпускников ожидать не приходится. Чтобы залатать кадровую дыру, на освоение премудростей ИТ-науки в немецкие вузы должно ежегодно поступать 40 тыс. человек с учетом того, что свыше половины (около 60%) отсеивается в процессе учебы.

В 2000 г., после череды громких кампаний и дискуссий на эту тему, к тому же сопровождаемых всевозможными спекуляциями о сверхзаработках в секторе ИТК, в институты рванулось сразу 38 тыс. абитуриентов - на треть больше, чем годом раньше (по сравнению же с 1995-м рост составил целых 74%). Обозреватели, однако, считают, что всплеск интереса к ИТ-специальностям - лишь временное явление: “Проблема нехватки высококвалифицированных профессионалов с дипломом о высшем образовании в ближайшие годы только обострится”. Да и качество подготовки вызывает определенные нарекания.

По мнению руководителя образовательного подразделения немецкого филиала компании IBM Ханса-Петера Кинки (Hans-Peter Cinka), принявшего участие в исследовании, преподавание в немецких вузах чрезмерно теоретизировано, выпускникам не хватает важных практических навыков, приобретать которые им приходится лишь по месту работы. Образовательная система нуждается в срочных переменах, в числе прочего - в расширении палитры преподаваемых дисциплин и их ориентации на практические потребности бизнеса. Кроме того, должна быть внедрена промежуточная образовательная ступень, позволяющая уже через три года выпускать специалистов с дипломом бакалавра.

Согласно другим данным, предоставленным Центром по европейским экономическим исследованиям (Zentrum fur Europeische Wirtschaftsforschung, ZEW), к 2002 г. Германии потребуется около 350 тыс. компьютерных специалистов. К их числу относятся как собственно разработчики ПО, так и электроинженеры, машиностроители, физики и математики, владеющие компьютерными технологиями на профессиональном уровне.

Неудивительно, что капитаны немецкой экономики по-прежнему весьма критично смотрят на перспективы развития сектора ИТК в стране. Глава немецкого филиала IBM Эрвин Штаудт (Erwin Staudt), возглавляющий, кстати говоря, и ранее упомянутую инициативу D21, считает, что в делах Интернета Германия все еще плетется в арьергарде передовых наций мира - например, отставание от США оценивается им в три-четыре года.

Немецкая промышленность, по его мнению, и так прозевала первые две волны информационных технологий - пора уже извлекать горькие уроки и не повторять старых ошибок. И не только политики несут ответственность за прошлые недочеты: представители бизнеса (особенно предприниматели среднего уровня) также не распознали смены вех в экономическом развитии и даже сегодня весьма скептичны в вопросах внедрения современных технологий. Чем быстрее государство и бизнес смогут ответить на вызов времени, тем больше у них будет шансов обеспечить стране достойное положение в ряду мировых лидеров.

Сегодняшняя Германия находится в стадии перехода от промышленного общества к информационному, и сектор ИТК в этом процессе играет ключевую роль. Отрасль может и должна стать локомотивом всей экономики страны: по данным Штаудта, если еще в 1999 г. в развитие Интернета было вложено около 2,5 млрд. DM, то год спустя объем инвестиций взлетел уже до 52 млрд. марок; на 2004 г. прогнозируется и вовсе немыслимый, фантастический показатель - 700 млрд. марок. В этом отношении отрасль может сыграть решающую роль и в борьбе с непомерно высокой, годами не снижающейся безработицей.

А пока что приходится говорить лишь о положительных подвижках в правильном направлении, но никак не о преломлении ситуации. По отчаянному признанию того же Кинка, Германия пребывает в вакууме. Актуальнейшие проекты по-прежнему находятся в подвешенном состоянии, так как некому взяться за их исполнение.

Будущее программы грин-карт

По мнению многих представителей бизнеса и политики, в борьбе с нехваткой специалистов альтернативы масштабному внедрению системы грин-карт не существует. Так, статс-секретарь Зигмар Моосдорф (Sigmar Moosdorf) считает, что “в ходе глобализации борьба за талантливые головы будет только обостряться. И нет такого пути, идя по которому можно было бы обойтись без целевого применения правил грин-карт”.

Вместе с тем раздаются голоса, предлагающие и другие варианты. Например, глава мюнхенской консалтинговой фирмы ISC Infra Struktur Consulting GmbH Альфред Мюнх (Alfred Munch), утверждает, что “к положительным результатам может привести только такая ситуация, при которой труд обеспечен разработчикам в родном отечестве, с учетом их языковых, культурных и ментальных корней”. Лишь такая постановка дела может послужить на благо всем вовлеченным сторонам: немецким заказчикам, российским исполнителям, экономикам обеих стран. При совместной поддержке министерства экономики федеральной земли Бранденбург, администраций Московской области и г. Дубны стартовал проект с названием “Россия - фабрика ПО” (Softwarefabrik Russland, SWFR). Концепция проекта вполне очевидна: принимая заказы от немецкого бизнеса и выполняя их силами дубнинских разработчиков ПО, построить мост между двумя мирами, гарантируя в первую очередь осторожным западным заказчикам привычные им стандарты качества и своевременности.

В том же духе действует Интернет-фирма red-stars.com (www.red-stars.com), вообще говоря, австрийская “по национальности”, но в значительной степени относящаяся к столпу немецкой экономики компании Siemens. Ее восточный партнер российская компания Actis Systems (www.actis.ru) выполняет западные заказы по созданию сетевых порталов и систем э-бизнеса, оказывает хостинговые услуги. Как резонно замечает председатель правления red-stars Томас Хубер (Thomas F. Huber), во времена Интернета нет нужды в физическом ввозе требуемых специалистов - они прекрасно справляются со своей работой, сидя в Москве, Варшаве или Праге.

В сравнении с Индией, которую по шаблонам последнего времени Запад рассматривает в качестве поставщика компьютерных решений, потенциал России практически не востребован: если первая выдает в этой отрасли на-гора 4 млрд. долл., то российский объем западных ИТ-заказов составляет всего 70 млн. долл.

Между тем о необходимости прибегнуть к заманчиво-простому способу восполнения нехватки специалистов путем “внешнего займа” все громче говорят и в других отраслях немецкой экономики. Так, по данным Союза по электротехническим, электронным и информационным технологиям VDE (Verband der Elektrotechnik, Elektronik und Informationstechnik, www.vde.de), нужда в инженерах в стране в два раза превышает число заканчивающих вузы. По оценкам VDE, в 2002 г. следует ожидать прихода не более 6,5 тыс. выпускников, в то время как ежегодная потребность отрасли - 13 тыс. человек.

Президент Немецкой промышленно-торговой палаты (Deutscher Industrie- und Handelstag, DIHT) Ханс-Петер Штиль (Hans Peter Stihl), критикуя нерешительность и запаздывания правительства, потребовал от него проведения более активной иммиграционной политики, открытия немецкого рынка труда для квалифицированных зарубежных специалистов.

Примечательно, что наиболее острой критике со всех сторон подвергается правило, ограничивающее длительность пребывания в стране “рабочей иммиграции” пятилетним сроком.

Требования капитала находят все большее понимание у ведущих политиков. В прошлом председатель бундестага, а ныне глава специально созданной правительственной комиссии по иммиграционным вопросам Рита Зюсмут (Rita Sussmuth) также видит во временном ограничении права на жительство главное препятствие в преодолении кадрового дефицита. Эти ограничения, считает г-жа Зюсмут, должны быть отменены. Кроме того, право на жительство следует давать всем членам семьи. Без принятия нового иммиграционного законодательства стране уже в 2010 г. грозит крах экономической и социальной систем.

В том же ключе (т. е. за снятие многих нынешних ограничений в отношении выдачи грин-карт) высказывается министр внутренних дел ФРГ Отто Шили (Otto Schily): иностранным специалистам при необходимости нужно предоставлять право на проживание в Германии в течение неограниченного срока, причем вместе со всеми членами семьи; иностранным студентам после получения диплома выдавать вид на жительство и разрешение на работу; нынешнее управление по делам беженцев в связи с этим имеет смысл преобразовать в управление по вопросам миграции.

Канцлер Шредер в последнее время все более настойчиво внушает своим избирателям, по-прежнему не испытывающим энтузиазма от либерализации рабочего рынка (согласно опросам, свыше половины населения высказывается против), что если немецкая экономика хочет оставаться конкурентоспособной, то нужно быть готовыми к широкомасштабному притоку в страну иностранных специалистов. Для этого в перспективе необходимо совершенствовать иммиграционное законодательство, а пока оперативно распространить действие грин-карт и на другие отрасли, как того и требуют капитаны немецкой экономики. Шредер высказался и за то, чтобы иностранные студенты, обучающиеся в Германии, получили по окончании учебы право на трудоустройство. Так что, хотят того немцы или не очень, им, видимо, придется смириться с тем, что зеленая карта еще долго будет разыгрываться на немецком поле.

Немного субъективных наблюдений

Проблема грин-карт, разумеется, не могла пройти мимо внимания многочисленных сетевых форумов и конференций. Пожалуй, со всей определенностью можно утверждать, что Интернет-аудитория мучается дилеммой, сводящейся к пресловутому “брать зонтик или не брать?”

Те, кто находится в границах одной шестой части суши, дотошно выясняют у перебравшихся в оставшиеся пять шестых, а стоит ли, собственно, овчинка выделки. И почему именно Германия, есть ли у нее какие-то существенные преимущества перед другими ИТ-алчущими государствами мира - от уже привычных США до недавно “примкнувшей к ним” Японии?

Отвечать на такие вопросы чохом, не входя в детали в каждом конкретном случае, так же бессмысленно и даже опасно, как заочно выносить врачебный диагноз. Вместе с тем можно попытаться обрисовать круг типичных вопросов и дать на них некоторые усредненные ответы, не забывая при этом, что усредненность сия все же подобна той самой средней температуре по больнице.

Один из основных вопросов касается уровня оплаты труда (для большинства участников форумов это, наверное, главный критерий в принятии решения). Сразу же приходится огорчить: по-настоящему разбогатеть, работая в Германии программистом, практически невозможно, это вам не Америка, да и там времена “стартапной” золотой лихорадки фактически позади. Примерная месячная зарплата, на которую может рассчитывать компьютерщик с пятилетним опытом, - 8 тыс. DM (в Мюнхене, скажем, заработки выше - но и траты тоже). В принципе это выше среднего уровня по стране, но не до такой степени, чтобы вызвать головокружение: вопреки бытующему представлению о сверхдоходах в секторе ИТК бесстрастная статистика говорит, что заработки там лишь на 10% выше, чем в других отраслях.

Бессемейному работнику (а если ваша семья не в Германии, то с точки зрения фискальных органов вы - одиночка) придется распроститься примерно с половиной зарплаты, уходящей на подоходный налог и страховые выплаты (медицинская пенсионная страховка, по безработице и т. д.). Насущные расходы слагаются главным образом из квартплаты, пропитания, транспорта, досуга. Тут уж все решается личным уровнем потребностей и запросов; но, вообще говоря, двух тысяч должно хватить с лихвой. Так что если материальный критерий является основным, то вот вам и некоторый базис для принятия решения.

Показательно, между прочим, что немецкие компьютерщики сами демонстрируют изрядную “охоту к перемене мест” - 2451 из них, согласно данным Джорджтаунского университета за 2000 г., в погоне за американской мечтой перебрались за океан и работают в США по хорошо известной программе Н-1В. Кстати, многие участники форумов буквально пытают своих соотечественников в Германии и Америке, требуя от них сравнительного анализа. “Немцы”, как правило, вяло отбиваются, ссылаясь на превосходное пиво, близость к мировым культурным ценностям и к исторической родине, а также на более спокойное существование. Тут, как говорится, к бабушке ходить не надо: жизнь в ФРГ значительно дороже, чем в тех же Штатах, но в сравнении с прочей Европой все-таки заметно выигрывает. Скажем, англичане или голландцы с удовольствием устраиваются на работу в Германии и задерживаются здесь на многие и многие годы.

Что касается других аспектов, то и тут возможны варианты. Так, относительно ранее упоминавшейся враждебности к иностранцам необходимо сделать существенную оговорку: в первую очередь она проявляется по отношению к людям с явными внешними отличиями - по цвету кожи, разрезу глаз, особенностям одежды. Поэтому тем, кто визуально принадлежит к европейской расе, не надо бояться уличной ксенофобии (конечно, это звучит немного цинично, но и окружающий нас мир вовсе не идеален). Что же касается непосредственно рабочего окружения, то программистская среда, по счастью, не имеет себе равных в плане интернационализации: здесь к вам будут относиться по вашим человеческим и профессиональным заслугам - не больше, но и не меньше.

В профессиональном плане все может сложиться по-разному. Как правило, немецкие программисты ментально мало похожи на российских коллег с их наркотической привязанностью к мерцающему экрану и невозможностью уйти с работы до тех пор, пока не будет выловлена “самая последняя” ошибка. Работать “от звонка до звонка” - хотя и несколько преувеличенная, но в принципе близкая к реальности характеристика немецкой ментальности (понятие “переработка” здесь тоже известно, но за свои сверхурочные немцы получают денежное возмещение или отгулы). Поэтому если вы привыкли работать в коллективе, где все одержимы идеей, то здесь у вас могут возникнуть проблемы.

Уровень профессиональной квалификации здешних программистов варьируется в самых немыслимых пределах. Как и везде, наряду с подлинными асами уживаются работники, за свою многолетнюю практику не усвоившие даже азов ремесла. Средняя же подготовка в принципе неплоха и уж никак не заслуживает заранее пренебрежительного отношения к “ихнему уровню” (тут важна интонация). Высокомерие, как известно, первый показатель собственной ущербности и лакмусовая бумажка комплекса неполноценности.

Очень важный, нередко недооцениваемый фактор - социальная вовлеченность. Общение вне работы дальше банкетов, устраиваемых фирмой раз-два в году, не простирается. Человеческие отношения ограничиваются служебными потребностями, после работы все разъезжаются по домам. Так что чувство одиночества, особенно если судьба забросила вас в маленький город, может довольно быстро возобладать над всеми прочими. На уже упомянутых сетевых форумах работающие в Германии российские программисты нередко договариваются о встречах “за рюмкой пива”, на которые они съезжаются из разных городов, покрывая расстояния в сотни километров (благо дороги позволяют).

Есть, конечно, еще масса самых разных вопросов - скажем, какие знания наиболее востребованы или как обстоят дела с учебой для детей; очень многих волнует, насколько красивы немецкие девушки и охотно ли они знакомятся с иностранцами. Но на важные вопросы ответ лучше искать самому, не так ли?

Версия для печати